Академия Эвейл. Мой шаг к мечте - Мария Устюженко
Из перехода открывался красивый и даже вдохновляющий вид на чуть подмёрзшую академическую жизнь: общежития стихийников, которые имели те или иные отличительные черты, полигон — в этот раз я видела расположенный там тренировочный инвентарь, и всё это мне живо напомнило студенческие годы. Физическая подготовка у меня всегда была слабоватой, поэтому при взгляде на полигон спина покрывалась мурашками. Но потом я вспомнила, что уже не студентка и стало немного легче. До тех пор, пока память услужливо не подчеркнула, что теперь я вообще-то преподаватель. Тогда я и представить не могла такой поворот, да и сейчас с трудом осознавала, когда задумывалась. Даже хорошо, что в эти выходные у меня совсем не было времени осмыслить новый статус — так спокойнее.
Возле двери Зое я застыла в нерешительности. Вроде как она вчера сама звала меня в гости, но вдруг уже передумала поддерживать общение? Я прикусила губу и всё же постучалась. Долгую минуту не было слышно ни звука, затем тишина сменялась приглушённым бормотанием, а потом и вовсе движением.
Когда дверь открылась, Зое выглядела как человек, который только что проснулся: распущенные густые волосы, накинутый тёплый халат поверх платья для сна.
И очень недобрый взгляд.
— Доброе утро, — попыталась я улыбнуться. — А ты, случайно, не знаешь историю самозарождения Эви?
Взгляд Зое изменился.
— Ты разбудила меня в такую рань в воскресенье, чтобы поговорить об этом?
Если бы проходило соревнование на самое большое количество улыбок за жизнь, то я бы точно победила. Кто вообще придумал такую глупость — прятать за улыбкой истинные чувства? Но важнее было другое: кто научил этому мою маму, внушающую мне это с детства?
— Не только, — призналась я.
— Назови вторую причину. Если она кажется более увлекательной, то я не натравлю на тебя обезумевших духов.
Улыбка на моих губах растаяла, как сахар в горячем чае, но не из-за угрозы. Я заправила прядь волос за ухо и перевела смущённый взгляд с лица Зое на деревянную дверь.
— Уже интересно, — неожиданно протянула она своим привычным язвительным тоном, изучающе пробежавшись по моему лицу. — Ты даже, кажется, покраснела.
— Что? Не может быть! — воскликнула я, тут же прижимая руки к щекам, которые были обыкновенной температуры.
Зое усмехнулась, схватила меня за руку и резко втянула в свою комнату.
— Можешь располагаться. В кабинете у меня есть планы занятий, можешь поизучать, чтобы приготовиться к лекциям по теории искажений. А я пока приму душ, — объявила она и исчезла за такой же дверью в ванную, как у меня. Почти сразу послышался шум воды.
Немного удивленная таким доверием — мы только познакомились, а она уже оставляет меня одну — я отвела взгляд от незаправленнной кровати и шкафа с открытыми дверцами и пошла в кабинет. Там царил порядок и… пустота. В отличие от квартиры, в которой жила я, у Зое в интерьере не было ничего лишнего, даже мелочей для уюта. Да и она сама, судя по отсутствию украшений, не жаловала яркость. Хотя в отличие от Деламорта, разделяющего с ней непринятие аксессуаров, она очень уместно смотрелась в своих брюках с высокой талией и закрытой рубашке на пуговицах. Вызывающе элегантно.
С самого детства мне нравилось думать, что стиль, который выбирает человек, является отражением его сущности. Так мне было легче понимать людей. С этим стало сложнее после того, как я оказалась смешанной, ведь в академии принято было носить форму и не выделяться. Но смешанные нарушали это негласное правило своей двойственностью магии. То ли поэтому, то ли ещё по какой причине, мы не носили никаких определяющих нашивок, как стихийники или старшекурсники. Из-за этого я решила выделять себя украшениями, потом привыкла, и это стало частью меня.
На столе у Зое, который был шире и выше моего, с одной стороны — высились стопки листков с работами студентов, а с другой — такие же стопки только с планами преподавателей на ближайшее время. И также расписание занятий, расписание сборов преподавателей, расписание отпусков, расписание зачётов приближающийся сессии… Голова шла кругом от обилия цифр, имен, планов.
В комнате прошлого куратора тоже, конечно, были данные по студентам и занятиям, но так как это был факультет смешанных… В общем, стопки были куда более куцые. Я искренне посочувствовала Зое и подумала, что, возможно, ее характер напрямую зависел от количества дел и ответственности.
Мне вдруг подумалось, что только в выходные у неё был шанс выспаться, и тут же устыдилась своего прихода. Теперь мне казалось, что я пришла из эгоистичных побуждений, ведь кроме Зои мне здесь и поговорить было не с кем. Я решила, что обязательно извинюсь и впредь не позволю себе подобного.
Но стоило моему взгляду зацепиться за строки одной из газет «…известно, что опасные зоны аномалий являются таковыми в том числе из-за сильных неупокоенных духов. С давних пор их принято изгонять — этот способ считается самым простым и надёжным. Но недавно к нам поступило мнение, что духи — жертвы обстоятельств. Они привязаны к месту смерти, и покинуть они его могут только развоплощёнными или попросту уничтоженными, а ведь не все из них опасны, кто-то мог бы даже обрести свободу… Если коротко, то мнение нашего читателя заключается в следующем: если духи не проявляют признаков агрессии, то разве они заслуживают уничтожения вместе с аномалиями, которые по-настоящему опасны своей непредсказуемой силой? Разве учёные не могут найти способ отвязать духов от места их смерти, если окажется, что они не опасны?
Несмотря на несколько наивное « духи могут обрести свободу» — теория звучит интересно. Будет ли это новым открытием или никто не захочет спорить со старым, проверенным методом?
Мы получили комментарийучёного Н: Когда-то борцы за свободные права поставили на место моих уже умерших коллег и добились освобождения призраков. С тех пор как вы знаете, призраков не используют в качестве слуг, только если по доброй воле. Ничего конкретного я сказать не могу на озвученную вами тему, но уверяю, что сегодня ни я, ни мои коллеги не хотели бы оказаться в том же положении, что наши предшественники …
Комментарий учёного Н прозвучал уклончиво,
