Призванная. Душа волчицы - Надежда Чистая
Хотя смущение и не помещало мне прикоснуться к телу моего будущего мужа. Словно завороженная я проходилась кончиками пальцев по тренированному телу, заставляя парня вздрагивать, но терпеливо и с долей понимания ожидать конца исследований. Не сдержавшись, потянулась и вновь сомкнула клыки на шеи истинного, отмечая его меткой и довольно рыча, слыша возбужденное рычание моего черного волка. Чуть шершавые от тренировок с мечом ладони гуляли по моему телу, игрались с грудью, а после заскользили к бедрам, несильно их сжимая. Одна рука Аргиса оказалась между бедер, ощущая влажность, и лишь едва прикаснулась пальцами к нежной точке, как я, не сдержавшись, едва слышно вскрикнула и прогнулась в пояснице, с восторгом и непониманием воззрилась на истинного. Впитывая мои эмоции, Аргис продолжил свои действа, буквально сводя этим меня с ума. Уму непостижимо, что может быть настолько волшебно! С моих губ слетали далеко не тихие стоны, выкрики его имени и недовольное поскуливание, когда оборотень переставал дарить ласку, укрощая мой огонь страстными поцелуями.
Очередной такой поцелуй правда закончился аккуратным, уверенным толчком чем-то твердым, заставившим меня не только сжаться, но и прикусить до крови губу истинного. Зализав ранку, уставилась на напряженного оборотня взглядом, не предвещающим ничего хорошего. На что я подписалась вообще?!
— Доверься мне. — нежно попросил Аргис, покрывая легкими, быстрыми поцелуями мое лицо. Я доверяла моему волку как себе. Но вот то, что было внутри меня, неужели тоже от моего истинного?! Почему мне никто не рассказывал, как вообще это всё проходит?! — Я никогда не подвергну тебя опасности, моя Снежинка. Позволь нам стать близки, и я докажу, как нам может быть хорошо вдвоем. — Опираясь на одну руку, второй он нашел мою и переплел наши пальцы, с улыбкой вглядываясь мне в лицо.
Не отрывая взгляда от его синих бездонных глаз, в которых горел огонь желания и любви, а в зрачках я видела своё отражение и уверенная, что в моих Аргис видит себя — кивнула, расслабляясь, и счастливо улыбнулась. Нагнувшись, оборотень приник своими губами к моим, целуя так сладко и трепетно, что мое сердце от нежности, кажется, пропустило удар и захотелось стукнуть себя чего-нибудь по голове — как вообще могла подумать, что Аргис может причинить мне вред?
Окончательно расслабившись, раскачивающиеся поступательные движения между бедер встречала не только благосклонно, но и с каким-то неописуемым чувством и ожиданием чего-то необычного. Только кто бы мог подумать, что первым чувством станет боль? Пусть и кратковременная, она была неожиданной, но прочувствовать её по полной мне не дали, заглушив доминирующим укусом в шею с впрыскиваемыми в кровь феромонами моего волка. Волна жара прошлась по напрягшемуся вновь телу, не столько расслабляя, сколько окуная в эйфорию. Вынужденная отложить разборки на более удобный период, когда феромоны не будут мутить разум, с удовольствием и проснувшейся страстью отдавалась во власть моего истинного, признавая его право сильнейшего в паре. Толчки набирали темп, дыхание, что у меня, что у Аргиса, было прерывистым и горячим, одним на двоих. И если я думала, что лучше уже быть не может, то накрывший с головой оргазм и брачная метка истинного с частичкой его темной магии, прошившими всё моё естество — было прямым доказательством того, как много я еще не знаю о жизни. А уж с каким удовольствием я ставила свою метку на шеи Аргиса это вообще отдельная лунная песня. Не выпуская мою шею из захвата клыков, теперь уже муж, сделал еще несколько быстрых толчков и последовал за мной с утробным рычанием удовлетворенного хищника.
— Я люблю тебя, маленькая волчица. — с теплотой шепнул признание муж, аккуратно покидая мое разнеженное тело и ложась рядом, подгребая в свои объятия.
— А я люблю тебя, мой большой черный волк. — обвивая торс истинного руками, с улыбкой мурлыкнула, утыкнулась носов ему в грудь.
Я уже напредставляла себе сон в объятьях мужа, возможно даже повторение произошедшего, но все планы нарушили порталы, открывшиеся почти друг за другом. Тот, который открылся прямо под ничего не ожидающими нас с Аргисом, начав утягивать в себя — был первым. Из второго выскочила какая-то всклокоченная Медиа с круглыми глазами. Последнее, что мы с Аргисом услышали перед тем, как портал схлопнулся, был матерный спич божественной кошки.
Глава 16
— Милая, ты как? — приняв удар о землю и меня сверху на свою тушку, приглушенно поинтересовался муж, одновременно прислушиваясь к происходившему вокруг нас.
— Цела, но зла и хочу перегрызть горло виновнику, устроившему нам с тобой подобное приключение. — Пробурчала ворчливо, оценивая взглядом целостность Аргиса, и перекатилась на траву рядом с ним. Если ж с ним что-то случится, тем, кто нас сюда отправил, определенно не поздоровится, когда я начну их медленно и мучительно убивать.
Судя по запахам мы, оказались в лесу, но неподалеку находилось поселение оборотней. Листья деревьев были по большей части ещё свежи и зелены, но трава начинала уже увядать, становясь коричневой из-за влажного воздуха. Да и воздух был прохладным, быстро остужая наши разгоряченные тела, пропитанным запахами разнотравья вокруг и дымом костра из поселения. И вроде бы было всё хорошо, да только ипостась отчего-то злилась, готовая перехватить главенство. Чтобы хоть немного успокоиться, прижалась к мужу, утыкаясь в свою метку на его шее.
— Тебе как, не холодно? — обеспокоилась его обнаженным состоянием. Всё же это мне холод нипочем, а мало ли как оборотни здешнего мира его переносят? Моя метка, конечно, должна была передать ему иммунитет к низким температурам, но мама не рассказывала, насколько быстро он начинает действовать.
— Как ни странно, но всё нормально. — Поглаживая одной рукой по спине, а второй зарывшись мне в волосы, любовно перебирая белые пряди, выдохнул в макушку Аргис. — Айя, а ты ведь из другого мира, да?
— Да.
— И в твоем мире есть смена времен года? — расслабленно поинтересовался оборотень, смотря в дневное пасмурное небо, продолжая свои расслабляющие действия, от которых хотелось довольно порыкивать.
— Да как везде. — отвечаю лениво, разнеженно, довольно потираясь щекой о грудь мужа.
— Ну, в моем этого нет. На всех континентах по большей части температура не опускается
