Альфа для видящей Тьму. Сделка на жизнь - Нинель Верон
Если я хочу выжить, нужно им помочь, нужно продолжить притворяться. И пусть вурдалаки догадываются обо всем…
Стальная ментальная хватка усиливалась, перекрывая доступ воздуха. Ярость Антоля, смешанная с тьмой, струилась по моему телу ядовитым узором, причиняя боль…
— Если ты ее задушишь, брат, то она ничего не подскажет, — с ледяным спокойствием заявил Кирха.
Его глаза сверкнули зловещим огнем, а губы тронула презрительная усмешка.
— Я понимаю твое негодование, но придержи его пока. Впервые за много веков мы оказались столь близки к цели. Осталось совсем чуть-чуть, и мы победим. Достигнем всего, чего желали, что так долго искали…
Вурдалак на мгновение замолчал, словно с трудом сдерживался, чтобы не накинуться на меня.
Глава 19
Если бы взглядом можно было убить, Кирха бы сделал это не задумываясь. Разорвал бы в клочья без сожалений.
— А то, что эта сучка — наш единственный шанс… бесит меня не меньше, чем тебя. Но сейчас нам лучше смириться… Твое новое приобретение тоже не питает к нам преданности, — Кирха обратился к брату, даже не оборачиваясь. — Но все можно купить, верно? Так какова цена преданности волчицы? Что ты ей пообещал, брат? Из-за чего она до сих пор не вырвала тебе кадык?
— Вернуть человеческий облик… — вмешался в разговор Лаврентий, бесшумно опустив хрустальный бокал на деревянный столик, и, взяв пузатый графин, плеснул себе кровавой жидкости. — У всех есть своя цена… Даже у ведьмы, что столь рьяно ненавидит наш род. Иначе тебе бы, брат, не удалось купить ее расположение…
— Вы пугаете ее, — с ноткой сочувствия произнес Антоль.
Он отпустил магическую удавку, ослабив ошейник, и подошел к столу, где лежала большая карта какого-то дома. Его взгляд стал сосредоточенным, лицо — серьезным.
— Надо же ей предложить альтернативу наказанию. А если она не справится, тогда… умрет.
— И что же она хочет? — В голосе Лаврентия прозвучала усмешка и скрытая злоба.
— В благодарность... если все пройдет, как мы хотим, — Антоль медленно выдохнул, его глаза сверкнули лукавым огоньком, — мы подарим ей оборот! И разрешим быть человеком. Но очень редко. Мы ненавидим людей. Оборотней терпим... так как, по сути, они не люди! — Антоль хмыкнул и рассмеялся своей шутке, но в этом смехе было что-то зловещее.
— Ты легко разбрасываешься обещаниями... — оборвал его Лаврентий. Его тон был холоден, как сталь. — Но пусть так... Оборот, значит, оборот!
Лаврентий замолчал, не сводя с меня пристального взгляда. Словно пытался заглянуть в самую душу.
— Оборот, свобода и месть… как банально. — Казалось, Лаврентия забавляла сложившаяся ситуация.
Он снова пригубил темно-красную жидкость из бокала, причмокнул, раскатывая на языке вкус.
— Все твои желания лежат на поверхности, ведьма… — Его голос прошелестел тьмой по моей коже, оставляя на ней болезненные узоры. — Считать их не составило труда. Еще до того, как мой братец озвучил, чем подкупил тебя…
Грехи вурдалака, которые я видела, обжигали, словно раскаленным клеймом оставляя метки на моем теле. Сущность светлой ведьмы вопила, требовала пресечь его темные намерения.
Но я была вынуждена согласиться на сотрудничество. На все их чертовы условия.
Пока…
— Лаврентий, ты уверен, что ведьма не доставит проблем? Что поможет нам найти все артефакты? Мы столько веков шли к своей цели, и теперь, когда Земля снова станет нашей, древние атрибуты власти заставят людишек и всех иных вспомнить, кто был ее хозяином на протяжении долгих тысячелетий! — Кирха словно впал в эйфорию предвкушения: его рука нервно дернулась, а голос задрожал от волнения. — Одно неверное решение может погубить все!
— Если источник не лжет и ведьма не обманет... Столько разных «если», столько вариантов развития событий… — протянул Лаврентий, сидя в дальнем углу, лишенном света.
Его голос, усталый и настороженный, не соответствовал тьме, что струилась вокруг вурдалака.
— Мне кажется, этот источник что-то недоговаривает. Может, надеется, что мы погибнем? Или утаивает информацию? Возможно, эта ведьма нам вовсе не нужна?
Эйфория Кирхи мгновенно испарилась, сменившись леденящей душу яростью. Он медленно повернул голову в сторону Лаврентия, и я впервые увидела, как его лицо, до этого момента непроницаемое, исказила гримаса бешенства.
— Ты что-то хочешь сказать, брат?
В тишине его голос напоминал шипение змеи. Каждое слово было наполнено ядом.
— Что все мои усилия, все годы поисков могут быть построены на лжи? Что источник врал? Что мы не до конца все проверили?
Что за источник? О чем они вообще говорят?
Я внимательно слушала перепалку вурдалаков, надеясь выудить из нее хоть что-то полезное. Возможно, этот источник станет для меня другом, если он или она враг вурдалаков? Я впитывала информацию словно губка, даже не задумываясь, почему братья обсуждали столь важные вещи в моем присутствии.
Лаврентий не шевельнулся в своем кресле. Только слабый отсвет камина упал на его сложенные руки.
— Я хочу сказать, что слепая вера может погубить даже нас, Кирха. — В воздухе зазвенело напряжение, казалось, еще немного — и братья вцепятся друг другу в глотки. — Слишком вовремя появился источник. Слишком много он знает. А этот проклятый артефакт, это Зеркальное Око? Я не верю в такие совпадения. Такие подарки Судьба не дает просто так…
Антоль, до этого момента наблюдавший за братьями с хищной ухмылкой, вмешался. Он шагнул к ним, на мгновение придавив своей властной аурой нарастающий конфликт.
— Прекратите это немедленно, — прозвучало как удар хлыста, резко и жестко. — Мы не стая голодных псов, чтобы грызться из-за кости, которую еще даже не нашли. Лаврентий высказал опасение. Опасение, а не обвинение. Да, мы уже проверяли информацию, но думаю, следует все перепроверить…
Он повернулся к Кирхе, и его взгляд стал тяжелым, давящим.
— Ты уверен в своем источнике? В фактах. Отринь эмоции и подумай… Лаврентий — наш брат, семья. Он переживает. Он не раз спасал наши жизни своим даром эмпата. Можешь ли ты поручиться за источник собственной жизнью? Потому что именно этим мы и рискуем…
Кирха замер. Его ярость никуда не делась — она бушевала в нем, заставляя пальцы судорожно сжиматься и разжиматься. Но холодный расчет, столько лет руководивший им, взял верх. Он глубоко, с ненавистью вздохнул, признавая правоту Антоля и Лаврентия.
Братья никогда еще не подводили его. Они втроем всегда стояли друг за друга. Рисковали жизнью. Вытаскивали друг друга из ада…
— Я проверял. Каждый клочок информации. Все сходится. Место, защита, артефакты… Все. — Кирха бросил на Лаврентия взгляд, полный негодования. — Информация из источника верная. Если бы источником был человек или какой-то иной, я бы еще понял
