Связанная с Падшим Королём Теней - Джен Л. Грей
Одна из фигур в тёмно-сером капюшоне подошла к краю балкона.
Из-под длинных рукавов были видны только его худые морщинистые руки, а лицо оставалось скрытым в тени капюшона.
— Я Вираетос, Восходящий Королевства Теней и глава Теневого Совета, — его голос эхом разнесся по залу, словно звон далёкого колокола. — Сегодня состоится первое испытание в рамках свадебного состязания. Судьба распорядилась так, что это будет испытание на безжалостность.
По залу разнеслось несколько тихих вздохов, и по какой-то причине мне захотелось рассмеяться. Я не понимала, как это могло их удивить.
Элара сообщила нам об этом вчера вечером за ужином.
— Не все из вас пройдут, — фигура в капюшоне взмахнула запястьями, и на экране появился лист бумаги с теневыми надписями. — Лиаран, Хельра, Тириэль и Ярен уже умерли и были исключены из будущих испытаний.
У меня в животе образовался комок. Что же случилось с этими четырьмя ещё до первого испытания?
Вираетос поднял руку, пресекая все перешёптывания.
— Остальные из вас будут отведены в зал Безжалостности.
Кровь громко стучала у меня в ушах. Это было похоже на то, что Кейлен победила бы, не задумываясь. Я не могла хладнокровно убивать людей, которые мне ничего не сделали. Ни одна из моих стай так не действовала, и я отказывалась становиться тем, кто преуспеет в насилии.
— Раздайте медальоны, — громко приказал Вираэтос. — Эти медальоны символизируют вашу магическую силу и принадлежность к королевству.
Двери в зал Вознесения распахнулись, и в зал ввалились слуги в тёмно-синих туниках, которые ярко выделялись на фоне тёмных полов и стен.
У меня немного отлегло от сердца, когда я обратила внимание на то, во что были одеты другие участницы. У четверых были такие же медные оттенки, как у меня, в то время как остальные были одеты в синее, красное, коричневое, золотое и чёрное.
Слуги сновали между нами, раздавая маленькие прозрачные медальоны, которые мерцали, как стекло. Передо мной и Аэлир появился мужчина со светло-седыми волосами и вручил нам наши.
Аэлир взяла один из них дрожащими руками, цвета медальона отражали янтарное пламя, как в зеркале. Затем мне в ладонь вложили мой.
Он упал на несколько дюймов, прежде чем я крепко ухватилась за него. Он показался мне слишком тяжёлым для чего-то такого маленького. Рядом вспыхнул яркий розовый свет, и я, вскинув голову, обнаружила, что медальон Аэлир засветился. На медальоне сверкал золотой орел с широко распростёртыми крыльями.
Она действительно собиралась это сделать? Моё сердце дрогнуло от облегчения, затем меня снова охватила паника.
Почему её медальон изменился, а мой — нет?
Фиолетовый и бирюзовый цвета заискрились вокруг меня, отвлекая моё внимание от Аэлир, и я посмотрела на остальных. На каждом из остальных медальонов было изображено какое-то животное, обведённое фиолетовым, бирюзовым или розовым контуром.
Аэлир уставилась на свой, затем подняла глаза и встретилась со мной взглядом. На её лице была смесь ужаса и решимости, как будто она готовилась ко всему, что могло произойти.
Мой пульс участился где-то в горле, а холодный воздух сдавил лёгкие.
Я крепче сжала свой неизменный медальон и подавила панику.
Однако ни цвет, ни животное не появлялись.
Одна из девушек тихо вскрикнула, когда её медальон стал бирюзовым с изображением медведя, обведённым коричневым контуром.
Мой медальон по-прежнему ничего не делал. Мне даже не пришлось считать.
На меня всегда не обращали внимания, и теперь я знала почему. Моей ролью всегда было поддерживать моего альфу и товарищей по стае. И вот теперь я была здесь, одна и у меня ничего не было, что могло бы сохранить мне жизнь. Может быть, мне стоит просто лечь и сдаться?
В моей голове зазвенел голос Эмбер. «Встань и покажи им, что я вижу в тебе, Бриар. Твой альфа — это ещё и твой отец, и мы не из слабого рода. Мы с твоей волчицей всегда прикроем тебя. Никогда не сомневайся в этом».
Она сказала это мне, когда мне было шестнадцать и я не знала, как вести себя в школе с людьми. Осознание того, что она потратила время, чтобы рассказать мне об этом, сделало меня сильнее. Но здесь я была одна.
У меня в горле встал такой большой ком, что я не могла его проглотить.
— Что ты собираешься делать? — спросила Аэлир, возвращая меня в настоящее.
Моё сердце наполнилось другой решимостью. Аэлир искала у меня совета, и я не могла подвести её. Ну и что с того, что мой медальон ни черта не делает? Я бы доказала, что всё, что подпитывало его, было неправильно, и помогла бы кому-нибудь в этом процессе. Даже если бы я умерла, я бы не позволила им испытать удовольствие, видя, как я теряю себя. Я не собиралась умирать, поджав хвост, и не собиралась позволять им видеть, как я ломаюсь.
Одна из служанок, стоявших рядом со мной, протянула медальон высокой, эффектной фейри с ярко-розовыми волосами. Её пальцы сомкнулись на медальоне, и он засветился фиолетовым. В центре был выгравирован чёрный волк.
Риэль.
Её глаза встретились с моими с яростным вызовом. Короткий кивок в знак согласия не был спокойным и собранным. Её взгляд говорил о том, что у меня есть более важные угрозы, на которых нужно сосредоточиться.
Мой взгляд скользнул по остальным. Почти каждая девушка сжимала в руках светящийся медальон с изображением животного. Каждый подсвеченный медальон был как удар. Одна девушка была бирюзовой с орлом. Другая фиолетовой со змеёй.
И тут я заметила кое-что ещё: моя рука сжалась в кулак.
Я была не одна в темноте.
У четырёх других девушек были такие же прозрачные медальоны, в которых не было света, хотя на каждом из них было выгравировано какое-нибудь животное. На их лицах отразился лёгкий шок, когда они испуганно огляделись по сторонам, хотя и пытались это скрыть.
Голос Вираетоса эхом разнесся по залу, заглушая все мои мысли и вздохи.
— Свет, исходящий от ваших медальонов, символизирует силу вашей магии. Фиолетовый цвет указывает на кандидаток, обладающих наибольшей силой, в то время как бирюзовый — на умеренную. Розовый цвет предназначен для самых слабых кандидаток, а неосвещенные — это люди, обладающие неизвестной силой. Неизвестные замаскировали свою силу и магию, чтобы никто здесь этого не увидел.
