Не зли новенькую, дракон! (СИ) - Агата Лэйми

— Фифу? — я дёрнул бровью, поворачиваясь в сторону друга и лениво покручивая в руке сигарету, подставляя лицо солнечным лучам, что просачивались сквозь рыжие листья деревьев.

— Фэйт Беннет. Красивая, но, говорят, отбитая на всю голову, — он хмыкнул, дёрнув губой и расплывшись в улыбке.

Знать бы, к чему он клонит… Ведь в голове Дастина всегда появлялись идеи, из которых потом приходилось вытаскивать наши дымящиеся задницы.

Я затянулся, стараясь сохранить маску безразличия.

— И что? — спросил я, глядя, как пепел осыпается на землю. До занятий оставалось ещё минут двадцать.

— Спорим, что ты не сможешь подцепить её за две недели?

Я замер, едва не выронив сигарету из рук и повернув голову в сторону совершенно расслабленного друга, в зелёных глазах которого плясали демонята.

— Подцепить? Я думал, эти развлечения остались давно в прошлом, — я хмыкнул, раньше мы частенько спорили на то, кто быстрее сможет очаровать девушку. Пока не нарвались на одну ведьму, что послала проклятие так, что мы причиндалы лечили потом месяца два. После этого азарт угас.

— Именно. Ты же любишь вызовы, Эван, — он прищурился, достал смартфон и лениво откинул рыжую чёлку с глаз, пробираясь ближе и тыкая мне дисплеем прямиком в лицо. — Смотри, какая.

И с экрана телефона на меня смотрела девушка лет двадцати, с большими чёрными глазами, почти как тьма, и с настолько густой подводкой, от чего они казались ещё больше, вздёрнутым носиком, пухлыми губами, сложенными в недовольной гримасе. Черные как смоль волосы с небрежной чёлкой на лбу были собраны в две странные шишки на голове. На девушке надета блестящая фиолетовая кофта с высоким горлышком.

— Ну допустим, — я лениво смахнул пепел с сигареты, стараясь, чтобы рука не дрогнула. На экране она выглядела... нереальной, как иллюстрация из запретного гримуара: красиво, но с надписью «не трогать». Чёрные глаза будто следили за мной сквозь стекло, а губы складывались в усмешку, словно она знала, что я пялюсь на её фото как последний кретин.

— Допустим? — глаза друга лукаво заблестели. — И я вижу, как ты на неё смотришь. Где твой азарт, Эван?

— Сошёл после того, как причиндалы лечил после той ведьмы и нашего спора. Знаешь, неприятный осадок остался.

— А если я скажу, что, если ты её подцепишь за две недели, то игровая приставка Астралис про пять, лимитированная серия, твоя? — и он прищурился в точности как змей-искуситель.

Я хмыкнул, выпуская остатки дыма в сторону.

— Лимитированная серия, говоришь? — лениво протянул я, стряхивая пепел с сигареты. — Ты точно готов выложиться ради этого спора?

Дастин хитро улыбнулся, вытянув ноги и сложив руки за головой.

— А ты точно готов отказаться?

— Ладно, по рукам, — усмехнулся, вспоминая взгляд девушки с фото, казалось, он смотрел прямиком в душу. — Но если я выиграю, то Астралис и… ты две недели делаешь за меня домашку по трансформации.

— Пойдёт, — хмыкнул Дастин, хотя перспектива делать за меня домашку, кажется, его совсем не обрадовала. — Идём, я не хочу пропустить завтрак. Да и Фэйт может приехать с минуты на минуту.

— И откуда ты всегда достаёшь такую информацию? — я невинно похлопал глазами, хотя уже прекрасно знал откуда. Его отец работал в академии, и о всех интересных событиях друг узнавал одним из первых. Не благодаря отцу, а благодаря тому, что у него уши длинные.

— Да случайно подслушал разговор, — он беззаботно пожал плечами, пока мы шли по заднему двору академии в сторону здания — Говорят, её и брать не хотели, но родители очень настояли. И всё такое.

Глава 3. Фэйт

Вереск, почувствовав скорое приближение, поднял крошечную крысиную голову, его тёмно-синяя шерсть со слабыми серебристыми вкраплениями мерцала в солнечном свете. Длинные серебряные усы фамильяра зашевелились, а чёрные глазки любопытно заблестели при виде тёмных башен академии Аркан.

Вторая по презентабельности после Академии Теней и, наверное, скоро станет первой с того момента, как родители забрали оттуда часть своих финансирований.

Здесь хотя бы не будет противной физиономии моего бывшего.

Вереск забеспокоился у меня на плече, его крохотные лапки впились в ткань мастерки.

— Успокойся, — прошептала я, гладя фамильяра по спине. — Здесь лучше, чем там.

Сама в это не верила, но хотя бы здесь не будет Лиама и слухов, что после того случая следовали за мной, словно тень.

Ворота академии скрипнули, открываясь с тягучим стоном, будто нехотя впуская новую жертву. По аллее, усыпанной опавшими листьями цвета ржавчины, шагали адепты. Внутренний двор напоминал больше парк, чем территорию академии: витые резные лавочки тёмного цвета, фонтаны круглые и в виде скульптур, беседки, и всё это среди деревьев, что уже тронули первые осенние цвета. Рыжие, красные, они искрились в лучах солнца, пока первые листочки неторопливо кружились на ветру.

Но даже эта красота не смягчила тяжесть в груди. Воздух здесь был другим: густым, пропитанным магией, которая вибрировала на грани между светом и тьмой. Адепты, проходившие мимо, бросали на меня быстрые взгляды, шептались за спиной, пряча улыбки за ладонями. Я слышала обрывки: «Это та самая…», «Тени…», «Чуть не убила…». Вереск зашипел, чувствуя мое напряжение, его шерсть встала дыбом.

— Тише, — прошептала я, сжимая сумку с книгами так, что костяшки пальцев побелели. — Всё будет иначе. Здесь всё иначе. И больше никаких романов, слышишь, Вереск? Все беды от них, — хотя последнее слово скорее относилось ко мне, чем к моему фамильяру, у которого за всё время склонностей ловеласа обнаружено не было.

— Проводить? — раздалось над ухом, а меня окружило ароматом сигарет, от которого защипало в глазах и носу. Вереск оглушительно чихнул. — Кажется, ты заблудилась, — слишком наглый мужской баритон обжёг ухо.

— Себя проводи! — резко развернулась, сверкнув глазами и уставившись на наглеца, который был выше меня уж точно на головы две. Серые глаза самодовольно поблёскивали, светлые волосы, цвета золотистой пшеницы, растрёпаны. Высокий, мускулистый, облачённый в белую рубашку академии и расстёгнутый пиджак.

Его улыбка не исчезла, даже когда я посмотрела на него так, будто готова сжечь взглядом. А я ведь могла, запросто могла, столько уроков мамочки, как заставить кровь кипеть одними глазами, как управлять тенями…

— Агрессивно, — протянул он, засовывая руки в карманы пиджака и слегка покачнувшись, продолжая меня исследовать взглядом сверху вниз. — Эван Рейн.

Вереск, вопреки обычной осторожности, потянулся к нему, серебристые усы дрожали от любопытства.

— Вереск, — я щелкнула языком, но фамильяр лишь фыркнул, устроившись на плече Эвана, будто