Спящее искупление - Сэди Винчестер

Эта ночь прошла, как и многие другие до нее, и последующие ночи не будут отличаться. В самые темные утренние часы я наслаждаюсь желанием, разрушением и смертью. Мне казалось, что я видела больше ночей, подобных этой, чем дней за тысячелетие. Это стало происходить намного чаще с… того самого дня.

О том, что произошло на заснеженном утесе столетия назад, особо говорить не о чем. Дерьмо случается даже с небесными существами. Что бы вам ни говорили, ангелы и демоны не непогрешимы. Мы можем умереть, как и любые другие существа — просто убить нас немного сложнее. Мы вполне смертны… точно так же, как и та человеческая девчонка, что умерла этой ночью. Хотя её смерть была не напрасной — она послужила цели.

— Малышка, твои слёзы такие, блядь, вкусные, — пропела я, проводя языком по щеке пьяной девчонки. Солёность обожгла мои вкусовые рецепторы, заставив их дрожать от возбуждения.

Она лежала на кровати, дрожа, как осиновый лист, и всхлипывала, с трудом переводя дыхание между рыданиями.

— Пожалуйста, не надо больше… — умоляла она. Казалось, ей было наплевать на то, что мой нож скользил по ее коже, пока я проверяла правильность идиомы «смерти от тысячи порезов».

Я надула губы на то, как легко она отказалась от борьбы. Не было сомнений, что моя ангельская сила сокрушила ее хрупкое тело, но, по крайней мере, она могла бы еще немного цепляться за бесполезную надежду. Она даже не молила Бога о пощаде в отчаянной мольбе.

Глупый человек.

Должна ли я была использовать свои способности, чтобы убаюкать ее своими силами, чтобы она пребывала в блаженном неведении? Возможно. Но какое удовольствие было в том, чтобы подавить свободный человеческий дух, когда ты можешь просто сломать его пополам?

— Клянусь, я никому не скажу, — наивно прошептала она в надежде, что это понравится той части меня, которой не существовало.

— Шшш, шшш, шшшш… — Нежно приложив палец к ее губам, я просто мечтала, чтобы она заткнулась нахуй. Я провела кончиком своего окровавленного ножа по ее коже, очерчивая изгиб ее грудей. От страха и боли холмики быстро поднимались и опускались в такт ее дыханию.

Всхлипы продолжали висеть в воздухе вокруг нас двоих, особенно когда мой кинжал скользнул ниже к ее обнаженному бедру. Наклонившись, я резко вдохнула аромат ее кожи. Это было что-то среднее между розами и пионами, и те, и другие были пропитаны текилой.

Схватив её за ногу одной рукой — будто это чёртова ножка индейки на День благодарения — я вонзила кончик ножа в плоть и провела им вдоль бедра, аккуратно вспарывая ту самую артерию, что пульсирует под кожей. Вспарывая её как следует.

Из-за того, что в ее организме было столько выпивки, а ужас довел ее сердце до предела, из раны хлестнула красивая алая жидкость. Я наклонилась и сделала глоток. Медный привкус окутал мой язык, а алкоголь в ее крови придавал дополнительный привкус.

Скривив лицо, я выплюнула оставшуюся жидкость изо рта, брызги крови и слюны усеяли бледнеющее тело девушки.

— Не-а, все еще не люблю текилу.

Добрые старые Жемчужные Врата давно уже исчезли где-то вдалеке, в зеркале моей изжившей себя морали — и разворачивать эту машину я не собиралась.

Выйдя из главной ванной, я бросила полотенце на пол в спальне, прежде чем полностью обнаженной забраться в постель. Я понежилась под белоснежными простынями и закрыла глаза. Позволив тишине заполнить мой разум, я больше не придавала значения испуганным крикам в моей голове.

Прохладная ткань, покрывавшая мое тело, контрастировала с теплом, которое я внезапно почувствовала между бедер. Сегодняшний вечер заставил меня хорошенько возбудиться.

Моя рука скользнула ниже, пока кончики пальцев не коснулись возбуждения, уже присутствующего вдоль моих складок.

— Ммм… — Первый намек на удовольствие запульсировал в моей сердцевине, когда я нашла свой клитор.

Я заслужила это после тяжелой ночи на работе.

— Это верно, ты заслужила, Кинли. — Низкий голос раздался из тени, читая мои мысли.

Открыв глаза, моя рука прекратила поглаживания, и я тяжело вздохнула. — Я должна была догадаться, что ты будешь здесь.

Люцифер никогда не бывал далеко — особенно в этом городе, где был прямой вход в сам Ад.

Он усмехнулся, оставаясь в самом темном углу моей комнаты.

— Мое предложение всегда остается в силе. Я более чем счастлив вознаградить самых преданных. Ты ведь помнишь, на что это было похоже, не так ли?

Как кто-то мог забыть раздвоенный член чертового сатаны?

Приподнявшись на локтях, я посмотрела в ту сторону, откуда доносился его голос.

— Кроме того, что ты страдаешь от твердого члена, почему ты здесь?

Разочарование от того, что я ему отказала — снова — тяжелым грузом повисло в воздухе. Было время, когда я погружалась в грехи его тела чаще, чем хотела признать. В те дни мне стало скучно, но я не осмеливалась сказать ему об этом. Это было шоу пони с одним трюком (Прим. Сленг. Он мог предложить только одно).

— Баланс сил изменился. — Тон его голоса свидетельствовал о том, что не в его пользу. — Держи ухо востро. Я не хочу, чтобы всё это вылилось в очередную волну новообращённых христиан.

— Последуют убийства и хаос, поняла. Что-нибудь еще? — Он мешал мне хорошенько отдохнуть, а утром у меня была встреча.

В воздухе пронесся ветерок, и, следуя за движением, я повернула голову в противоположный угол моей спальни, откуда теперь доносился его голос.

— Дорогая Кинли, мне нужно нечто большее, чем души, отправленные ко мне. Если я собираюсь поддерживать в Аду свет, мне нужен непоправимый диссонанс.

Нараспев я поддразнила его. — Непоправимый диссонанс. — Я сбавила тон, прежде чем продолжить. — Если ты этого хочешь, позволь мне выпустить на волю новейший выводок щенков адской гончей в центре Чикаго. Вот это стало бы настоящим непоправимым диссонансом.

Улыбка расплылась по моему лицу при одной мысли об ужасе и насилии. Я представила, что сижу посреди всего этого, прижимаясь к самым милым маленьким щенкам на свете. Клянусь, это хорошие собаки, просто их неправильно понимали.

В комнате возникла удушающая вспышка жара, которая принесла слабый запах серы, прежде чем прогремел его голос: — Не издевайся надо мной, черт возьми, Кинли! Ты точно знаешь, что случается с теми, кто осмеливается перейти мне дорогу!

Хорошие новости? Мои волосы больше не были влажными после того порыва тепла, хотя и немного вьющимися. Плохие новости? Очевидно, он был не в настроении выслушивать мои язвительные замечания и выходки сегодня вечером.