Госпожа Злодейка скрывается в тумане - Анна Герасименко
12. Чем дальше в лес…
Цяо Янмэй вынесла Ци Юньсяо с поля боя на руках. Лёжа без движения на золотистых наручах энергетического гиганта, взрослый мужчина казался ребёнком в объятиях матери. Увидев эту картину, я подумала, что примерно двадцать лет назад Ци Юньсяо точно так же вынес с кладбища малышку Янмэй, нарушая приказ о ликвидации неудобного ребёнка. Ступив на территорию лесного лагеря, гигант стал уменьшаться в размерах, но золотистое свечение поддерживало пострадавшего человека, пока шицзе несла его в палатку целителей.
— Что произошло? — спросила я, оглядывая мёртвенно-бледного Ци Юньсяо и не замечая каких-либо серьёзных внешних повреждений.
— Грёбаный мудила в особняке, главарь этих отбросов, сношать его со свиньями и собаками три дня без продыху! — от переживаний моя подруга перешла на “родную речь” бедняцких районов. — Устроил нам под конец самоубийственную атаку по площади! Это запретная техника, я про неё читала только! Нас бы ничего не спасло, но господин Ци что-то сделал, и у того сучары ничего не получилось, вся собранная энергия будто рассыпалась! Но… но господин Ци просто упал и его меч…
Заклинательский меч у Ци Юньсяо заметно растрескался и грозил вот-вот развалиться на осколки, а это лучше всякой диагностики говорило, насколько всё плохо. Только Талисман Безвременья удерживал заклинателя на этом свете. Если бы у меня не было обширной практики под руководством Шицзунь по возвращению к жизни товарищей-старейшин, стоящих одной ногой в могиле, я бы, наверное растерялась и не сразу решилась действовать, но, слава местным Богам, опыт у меня имелся, поэтому я уверенно взялась за диагностику.
— Ну что? — взволнованно переступая с ноги на ногу, спросила Цяо Янмэй.
Чтобы её успокоить, я сразу сказала:
— Поправимо, но долго, поэтому клади его сразу на ту кровать.
Кровать, на которую я указала, представляла собой тот самый Артефакт Безвременья — самый мощный из сделанных трёх, энергии он потреблял немерено, но зато позволял задержать человека на этом свете на целую неделю, а потом драгоценный камень-накопитель, установленный в изголовье, приходилось месяц заряжать. Каждый раз, когда я смотрела на крупный синий самоцвет, я вспоминала призрак мальчика Дин Синя, который его нашёл и который из-за него погиб. Теперь этот роковой камень будет спасать человеческие жизни, надеюсь, в следующем рождении парню это зачтётся.
Энергия Ци Юньсяо, вся, во всей системе разом, почему-то потеряла плотность и норовила расползтись и истаять, как туман на рассвете. Я уже встречала подобное рассеивание у некоторых пациентов с искажением Ци, и знала, что есть кое-какие боевые техники, которые могут довести энергосистему противника до такого состояния, но где-нибудь в одном месте, ну или в нескольких местах, а не вот так, чтобы ни одного целого участка… Ладно, метод уплотнения Ци мне был известен, так что я принялась за работу, по сути своей немудрёную, но энергозатратную, долгую и кропотливую, и пока руки были заняты, размышляла, что же такое сделал Ци Юньсяо, чтобы дойти до подобного состояния? Очень было похоже на ещё одну самоубийственную технику, только не бьющую по площади, а сконцентрированную на одном человеке. Не сомневаюсь, что его такому учили и морально готовили к возможности самопожертвования, вот наш благородный разбойник и остановил атаку главаря подонков-заклинателей ценой такого саморазрушения.
Постепенно в целительский шатёр начали прибывать другие пострадавшие. Слава местным Богам, среди них не было тех, кому не могли бы помочь обычные целители, я не знала, хватило бы меня на кого-то ещё. Доподлинно ясно было одно — я не смогу выпустить Ци Юньсяо из Безвременья, пока не верну нормальную плотность всей его системе Ци, да и потом надо будет много чего сделать, чтобы привести его Самосовершенствование в норму.
Из разговоров окружающих людей
