(Не) Любимая драконом. Во власти обмана - Любава Ливада

Зима прошла быстро. За зиму я многое освоила и начала передавать свои знания Амине. Привыкла по жизни выполнять действия на несколько шагов вперед. Да, я надеялась, что мне не придется покидать эту таверну, но если из-за ребенка буду вынуждена это сделать, то уже буду готова к этому. Я не оставлю лес в одиночестве, у него будет сильная защита.

Наступила оттепель, на улице запели птицы и стали проклевываться первые цветы. Я пошла в лес вместе с Рыжиком и драконом. Последний сам не понял, почему увязался за мной. Хотя, нет, знаю. Всему виной клятва. Он нес за меня ответственность, боялся, что лес навредит или я заблужусь. Наивный, меня ведь слышит лес.

— Напомни, для чего тебе эти травы? Неужели они настолько ценны, что приходится шлепать по грязи? — фыркнул дракон.

— Они бесценны. И самое плохое, что их можно собирать лишь ранней весной, позже они теряют свои магические свойства, — пояснила я, направляясь к лесной опушке, где, по записям Мавры, должны расти упомянутые цветы.

Мы нашли немного и отправились в обратный путь, как лес тревожно зашумел:

— Прячься. Они наступают. Не верь этим людям. Они опасны.

— Элара, что-то случилось? — заволновался Рыжик.

Я кивнула, поймав недоуменный взгляд дракона. Не успела опомниться и прийти в себя, как в отдалении послышались чьи-то шаги. Михаэль прищурился, смотря на источник шума.

— Нам нужно возвращаться домой. Лесу не нравятся эти люди, — прошептала я.

Лес не зря меня предупреждал, ибо перед нами возникли две коренастые фигуры нелюдей. Воины, которые сейчас играли роли простых странников.

— Мы заблудились. Нам сказали, что в этом лесу есть таверна. Не подскажете, как к ней выйти? — спросил один из них.

Я кивнула и указала совершенно другое направление. Мы впопыхах развернулись и пошли прочь, и тут я поблагодарила судьбу за то, что дракон пошел со мной. В нас было выпущено сильное проклятие, и дракон успел выставить щит. Не простые воины, а маги высшего порядка, наверняка, с драконьей кровью в дальнем поколении.

Внезапный испуг или время, не знаю, что на меня повлияло, но у меня сильно схватил живот. После теплые потоки воды полились по ногам. Это могло означать лишь одно.

— У меня начались роды, — прошептала я.

Дракон выругался, посмотрел на меня, потом на странников, сплетающих сильное заклинание. Снова выругался.

— Дотронься до меня, только быстро. Я перенесу нас.

Рыжик запрыгнул мне на руки, я крепко вцепилась в запястье мужчины, тот прошептал какое-то заклинание, и мы переместились. В выбитое в камне помещение, из которого несло травами. Здесь было тепло. Дракон снова выругался.

— В чем дело? Где мы? — испугалась, чувствуя неладное.

— Не совсем там, где я хотел, но тоже сойдет, — пояснил мужчина, а после перешел на какой-то незнакомый язык, крикнул кому-то. Он вышел, оставив меня одну с адской болью.

— Элара, неужели началось?

— Судя по боли, да, — вскрикнула я, хватаясь за поясницу.

Михаэль вернулся с пожилой гномшей, которая держала в руках мешок, от которого пахло травами.

— Я бы предпочел переместить тебя в свой дворец, но…

— Я хочу домой, в лес, — пояснила я.

— Так и подумал, поэтому Гнохэллирата отправится с нами. Она лекарь в здешнем месте, она примет роды. Держитесь!

Он напоследок выругался, посетовал, что забота обо мне ему слишком дорого обходится. Оказавшись в таверне, Михаэль слегка пошатнулся. Портальные переходы отняли у него слишком много сил. Ему бы сейчас прилечь и восстановиться, но ни я, ни Амина не понимали язык, на котором говорила гномка. Поэтому он остался. Сел в широкое кресло у меня в спальне, развернув его предварительно к окну, и переводил все, что говорила гномка.

Принести горячую воду, чистые простыни и свободную хлопковую рубашку. Переводил буквально все. Она вложила мне в рот шарик из лекарственных трав, который должен был помочь мне, слегка расслабить мышцы, ускорить естественный процесс.

Пока я переживала схватки, Амина протирала мне лоб, я кричала от сильнейшей боли, дракон спал. Сидел на кресле и храпел. Помощничек.

Сова Мудрик держала наготове палочку, как только я ощутила, как меня распирает, гномка засунула ее мне между зубов, и начались схватки. Не растерялась, вспомнила физиологию, материалы, которые читала о беременности и родах когда-то на Земле.

Правда, в момент потуг нам не нужен был переводчик с гномьего. Она так кричала, что я сразу понимала, что пора дышать и тужиться. Три мучительные потуги, и я услышала его плач.

Маленький человечек дрыгал ручками и ножками. Гномиха отрезала пуповину и, обтерев плачущего младенца, дала подзатыльник дракону и вложила ему в руки младенца.

Я улыбнулась, прислушиваясь к плачу своего малыша, наблюдая, как за широкой спинкой кресла, разливается слабый желтый свет — драконья магия. Ребенок успокаивается. Дальше почувствовала сильную слабость. Я не чувствовала свое тело.

— Я… я… не могу дышать… — сказала я и потеряла сознание.

Меня разбудил яркий белый свет, прищурившись, увидела дракона. Свет исходил из его ладоней. Он был сосредоточен и сердит. Убедившись в том, что я нахожусь в сознании, он опустил ладони.

— Ребенок, — попробовала вскочить я, не слыша плачь младенца. Но сильная мужская рука прижимала к кровати, не давая возможности встать.

— С ним все в порядке. Он заснул, — спокойно произнес дракон.

— Он? Это мальчик?

— Да, Элара, или мне правильней называть тебя Ливией. Так вот ты какая, сбежавшая жена кронпринца?

Глава 20. Материнство и любовь

Я смотрела на мужчину, и буря чувств разрывала меня изнутри.

— С чего ты взял? — спросила я.

— Магия младенца. Слишком много силы потребовалось влить в него, — спокойно пояснил он. — А еще ты. Твои волосы и лицо. Я не видел Ливию, но много слышал о ней.

Неужели моя личина исчезла? Но почему? Я сглотнула, ужасно хотелось пить, но выяснить, что происходит, было важнее:

— Как долго я проспала?

— Полдня.

— Ты уйдешь? — неуверенно спросила я. — Сейчас, когда правда раскрылась.

— Нет. Мне все еще нужна лекарка, а тебе нужен дракон. Мои земли находятся слишком далеко от столицы. Мне нужен наследник. Я приму этого ребенка.

— Что это значит? — я не улавливала смысл его слов.

— Через месяц вы отправитесь со мной.

— А как же связь истинной пары?

— Она