По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 2 - Ольга Камышинская
Вивьен вошла в свои покои, прошла в задумчивости мимо своего кабинетного стола и села на длинный диванчик у камина.
Тут же появилась Мирэй и засуетилась около нее, накинула на ноги плед, чтобы она быстрее согрелась и защебетала:
– Разжечь камин, миледи? Вы вся продрогли, вон руки покраснели.
– Да.
– А горячего отвара приготовить? Подать завтрак? Я прям сюда принесу. Вы же еще ни крошки не съели сегодня…
Вивьен не чувствовала голода, да в нее сейчас ни кусочка бы и не влезло.
– Спасибо, не хочу. Только отвар… И знаешь, – она подняла на Мирэй глаза, – как принесешь, на сегодня можешь быть свободна.
– Хорошо, миледи.
Мирэй ушла, оставив ее в одиночестве. Но долго не продлилось.
Вероятно, отсутствие магии и пережитое волнение от встречи с Домиником Алгейским чудесным образом усилили у Вивьен восприимчивость к опасности, и всем тем, кто ее для Вивьен представлял , – ни чем другим она не могла себе объяснить эту странность, – приближение Сандэра она почуяла задолго до того, как он вошел в ее покои.
Точнее, ворвался.
Пахнущий осенним холодом и ветром, он стремительно пересек комнату, сел рядом с ней, вплотную и обнял, притянув ближе к себе, тревожно всматриваясь в ее лицо.
– Ты как? Испугалась?..
– А надо было?..
Вивьен нахмурилась. Хотя да, испугалась. Напрасной крови, которая могла пролиться.
Она слегка отстранилась и хотела выпутаться из его объятий, но Моро не отпустил, лишь слегка ослабил хватку.
Вивьен высвободила руки, положив поверх его, и брезгливо тряхнула запястьями, закованными в браслеты:
– Сними.
А потом терпеливо ждала, пока Сандэр возился с мудрёными застежками, и разглядывала его.
Они были так похожи. Отец и сын. Император и Главный инквизитор.
Оба высокие, – хотя Сандэр был выше, – броские, яркие. Сильные. В обоих бурлила древняя магическая кровь.
И все же такие необъяснимо разные.
Или ей только так казалось? Может, она просто привыкла к Сандэру? Странно, но сейчас, без капли собственной магии она ощущала его присутствие совершенно по-иному, легко. Ничего не давило и не угнетало, было даже приятно вот так близко наблюдать, как он осторожно расстегнул один браслет и взялся за другой, как уютно чувствовать его внимание и заботу.
Ресницы у него длинные, черные и густые, такие, что любая девчонка позавидовала бы.
Сандэр улыбнулся уголками губ, понимая, что его изучают.
– Испугалась? – повторил он.
– Немного.
– Что он хотел от тебя?
– Ничего. Подарки привез и пригласил во дворец на обед. – и добавила, когда Сандэр вопросительно поднял на нее глаза: – Нас. Вместе.
– Одну я тебя туда всё равно бы не отпустил.
Одна она туда бы и не поехала, но вслух произнесла:
– Я знаю.
И при всей внешней схожести, смотрели они, отец и сын, на нее всё-таки по-разному. Во взгляде Сандэра сейчас читалось непонятное ей выжидание и, кажется… немного заботы и беспокойства. А Его Величество смотрел, как охотник, жадно и цепко.
Кружевной металл браслетов громыхнул по гладкой поверхности столика, стоявшего у дивана. Сандэр освободил ее от оков, но почему-то чувство неприятной тяжести не ушло. Ах да… Тиара.
Вивьен, зацепив несколько длинных прядей из прически, стащила украшение с головы и сунула в руки Сандэру так, что он едва не выронил его, еле успев подхватить.
– Она должна была достаться вашей матери, а не мне. Пусть лежит вместе с остальными украшениями.
– Они всё равно теперь твои.
Моро тряхнул головой, чтобы смахнуть упавшую на глаза челку, и Вивьен не удержалась, протянула руку и сама убрала челку со лба. А Моро поймал ее ладонь и прижал к губам тыльной стороной, обжигая дыханием.
– Я хотел спросить, а что у тебя с магией? Мне показалось или… – начал он, едва отпустив ее ладонь.
Всё-таки заметил.
Или догадался? Моро и раньше легко считывал ее мысли и состояния. Она давно перестала пытаться объяснить себе, как ему это удавалось. Но знала по опыту: неприятные разговоры и неудобные вопросы лучше пресекать в корне, пока они не прозвучали вслух.
Она подалась к нему, обвила одной рукой шею, другой вцепилась в ворот камзола, притянула к себе и прижалась губами к его губам.
Неизбалованный ее нежностями, Сандэр замер от нежданной ласки, ничего не предпринимая, словно боясь вспугнуть, и давая Вивьен полную свободу действий.
И она быстро осмелела и вошла во вкус, целуя его по-настоящему.
Стоило признать, Моро знал толк в поцелуях. Только с ним она забывала про постоянный контроль и немного отпускала себя. С другими так не получалось, да и не нравилось. Почему?.. У нее не было ответа. И вот пальцы уже путались в шелковых волосах на его затылке, а другая рука лежала на обнаженной шее, где нервно вздрагивала в такт его сердца упругая жилка. Вивьен быстро поняла, что ей больше нравилось трогать Сандэра не через шелк рубашки, а касаться голой кожи. Так было приятнее и… правильнее. И было бы еще замечательнее снять с него всё лишнее: и камзол, и рубашку, и…
В комнату шумно вошел слуга, держа в руках вязанку дров для растопки камина, и Вивьен медленно, с сожалением, отпустила Моро и отстранилась.
– Кажется, я только сейчас понял смысл слов «заткнуть рот поцелуем». Молодец, – выдохнул Сандэр и облизал нижнюю губу, – быстро научилась…
– Целоваться? – лукаво, с надеждой в голосе уточнила Вивьен.
– Нет. Хотя и это тоже… Веревки из меня вить.
Вивьен бросила на него испытывающий взгляд и не стала спорить. Его Светлости видней.
– Так о чем я говорил?..
– О драгоценностях твоей матери?..
– Да, конечно, о чем же еще… – усмехнулся он, – именно о них.
***
Доминик Алгейский, с присущими ему величием и вальяжностью, неторопливо спускался по парадной лестнице резиденции Моро, натягивая на ходу перчатки. За ним по пятам следовал гвардеец с плащом в руках.
Кристиан соскочил с коня и, кинув поводья подоспевшему слуге, преградил императору Алгеи путь. Арно остановился за спиной отца.
– Уже уходишь?.. Так быстро?
– Да, дела… – стараясь не смотреть в глаза Моро, ответил Доминик. – Я очень занят сегодня.
– Такая редкость и честь видеть тебя в моем доме…
– Вот… Заехал на минутку, просто мимо проезжал. А твоя охрана чуть ли не резню решила устроить с гвардейцами. Распустил ты своих молодцов, не знают они, что
