Вечность для Дракона - Арина Рекк
Она просто отличается от сотен виденных мной ранее студентов и их стандартных реакций. Скорее всего, чувствительность этой девочки объясняется большим магическим потенциалом.
Как бы то ни было, но ее моментально ведет в сторону, и она едва не падает. Я хочу просто придержать ее за плечи, но она слишком сильно отклоняется назад, и неожиданно я оказываюсь ближе, чем планировал.
Вместо того, чтобы отодвинуться, остаюсь стоять, чувствуя прижатую к себе узкую спину. Снова ощущаю фруктовый запах ее волос и, не осознавая до конца свои действия, наклоняюсь ниже, вдыхая его полной грудью.
Мы стоим слишком близко, и я не без удовольствия отмечаю, как после моих реплик видневшийся мне открытый участок ее шеи покрывается мурашками.
Моя же собственная реакция меня озадачивает, но не настолько, чтобы разжать руки. Человеческое тело имеет свои слабости, но стоит мне ошибиться хотя бы раз, перепутать Нею с другой девушкой, и найти друг друга станет почти невозможно. И если в какой-то момент я перестану чувствовать в груди едва заметное натяжение невидимой нити, уходящей куда-то в неизвестность, то окончательно сойду с ума.
Поэтому, как бы мне не хотелось продлить момент неожиданной близости, когда Миная приходит в себя, я тут же от нее отстраняюсь.
Сила девочки, ее контроль над стихией и мгновенная реакция моего тела на ее близость дают надежду на то, что слишком затянувшееся ожидание подходит к концу.
Но лучше мне убедиться в этом до того, как я совершу непоправимую ошибку.
Мы спускаемся по тропе, и я задумчиво посматриваю на Мину. Если на фотографии она показалась мне вполне милой, то сейчас мне трудно отвести взгляд. Что-то в ее лице цепляет, притягивает к себе снова и снова.
Вижу, как сплетаются эмоции, которые она не может или даже не пытается скрыть. Восторг и любопытство, мучительные сомнения и неуверенность. Это напоминает мне Нею — момент, когда мы впервые пришли в этот мир. Лес в то время был моложе, хотя все еще оставался древним. Мы стояли на том самом месте, где сейчас находится портал. Тогда там были только скалы и камни, обросшие позже кустарниками и невысокими деревьями, а вместо реки из скал бил тонкий ключ.
— Ты только посмотри! — с неприкрытым восторгом восклицает Нея, прижав ладони к груди. — Это просто волшебное место! Совершенно не тронутая человеком природа!
Я же предпочитал смотреть на нее. Зеленые глаза, рыжие, полыхающие на солнце волосы, тонкие черты лица и веснушки, рассыпанные по золотистой коже и спускающиеся на ключицы.
В отличии от Неи я мог разглядеть красоту чего-либо только в ее эмоциях. По большому счету мне было все равно где спать, что есть и чем заниматься. Я мог делать что угодно, если Нея от этого становилась счастливее. Из нас двоих именно она любила наблюдать за сменой времен года, за тем, как меняется ландшафт и эпохи в разных мирах. Она была достаточно терпеливой для этого и любила все, на что падал ее взгляд. Без нее мне было пусто, скучно, серо. Без меня она тосковала, но не переставала наслаждаться красками жизни.
От осознания, что вижу перед собой забытый образ Неи, сбиваюсь с шага.
Выныривая из воспоминаний, я вновь смотрю на идущую рядом девушку. Удивительно, каким ярким оказалось воспоминание. Я-то думал, что окончательно забыл, как она выглядит.
С трудом отвернувшись, окидываю взглядом пространство вокруг и вдруг понимаю, что даже спустя века это место по-прежнему ощущается особенным для меня. Я ненавижу мир, который отнял у меня Нею, но не могу отрицать его красоту.
Чем ближе мы подходим к замку, тем восторженнее распахиваются глаза Минаи. Я не хочу нарушать тишину и портить момент, а потому, когда она замирает и запрокидывает голову, пытаясь разглядеть вершину забора, молча стою рядом.
Вспомнив обо мне, бросает короткий смущенный взгляд. Выбившиеся пряди обрамляют овал лица и блестят на солнце красными всполохами. Глядя на нее, почему-то мучительно хочется отмотать время назад и что-то где-то исправить.
В следующую секунду встречаюсь с ней взглядом и прихожу в себя, стряхивая наваждение. Конечно же есть определенный шанс, что Миная — чародейка. Есть шанс, что каждая встреченная мной девушка — чародейка. Но пока я точно это не узнаю, мне нужно держать себя в руках.
Надежда — самое обманчивое, коварное, подлое и навязчивое чувство из всех возможных, вынуждающее раз за разом выдавать желаемое за действительное, обманываться, притворяться и искать что-то ценное там, где этого нет и быть не может.
— Мы сейчас зайдем к дежурному, — говорю спокойно, с усилием возвращая мысли в рабочее русло, — узнаем какую комнату за вами закрепили и заодно заберем положенные новым студентам вещи. Затем зайдем в библиотеку за необходимыми учебниками. Все предметы преподают на местном языке. Так что до следующего учебного года вам нужно будет его выучить. — Я замолкаю, собираясь с мыслями. Я произносил эти слова сотни раз, некоторым студентам и по два раза, но именно сейчас сбиваюсь на середине. — После библиотеки зайдем в медблок, чтобы немного подкорректировать иммунитет. В этом мире есть болезни, к которым вы можете оказаться не готовы. — Я ободряюще улыбаюсь девушке, которая снова выглядит серьёзной и собранной. Глядя на ее лицо, на котором не осталось и следа от былых эмоций, понимаю, что испортил важный момент. В безнадежной попытке все же вернуть утраченное по моей вине настроение, добавляю: — В целом, рассматривайте свой первый учебный год как внеплановый отпуск. Нагрузка будет минимальной.
Глава 7
Мина
Во дворе университета меня вновь оглушает замешанный на адреналине восторг. А причиной являются ровные газоны, переливающиеся радугой на солнце фонтаны, пышные, раскрашенные осенью деревья, кованные изящные скамейки вдоль широкой дороги и среди деревьев. И, черт, да, студенты. Сотни студентов!
Парни и девушки намного младше меня в незнакомой, напоминающую восточный мотив одежде. Глядя на них, становится до мурашек очевидно — мир магический! То тут, то там то и дело вспыхивают стихии. Мешанина красок, взрывы хохота, шум и суета. Я так ошарашена всем этим, что застываю на дороге и не сразу замечаю любопытные взгляды в свою
