Сбежавшая невеста или Как раздраконить ректора - Сандра Хартли
— Ты сама по себе, адептка Мия Лоус, — продолжал свою речь принц. — И если эта Мия Лоус не сумеет вытянуть свою успеваемость, снисхождения к ней больше не будет. Дерек сейчас занят встречей ведьм, прибывших на ярмарку, но я сообщу ему результат, — смерив меня взглядом, Дарий собирался продолжить, но я его перебила.
— О какой поддержке ты вообще говоришь? Я у тебя не просила ни золотого! Только вначале взяла немного, и оно давно закончилось! Вы и так почти не писали и не прислали даже платьев! — не сдержавшись, зашипела на брата.
Угрожать исключением из Академии, зная о проблемах с магией, это было подло. Как и упрекать в помощи, которой не было.
Но Дарий снова был не согласен, остановился, вздохнул и посмотрел на меня как на неразумное дитя.
— Кто, по-твоему, два года оплачивал все твои расходы, Амелия? Форму, обувь, письменные принадлежности, еду, в конце концов? — удивлённо спросил брат.
От его слов я даже запнулась.
— Академия, — неуверенно сказала, понимая, что, кажется, знаю далеко не всё.
В ответ Дарий как-то грустно засмеялся.
— Амелия, учёба в Академии доступна каждому. Каждому адепту с магией, независимо от титула и происхождения. Но отнюдь не всем. За форму, обувь, питание, книги, твои шалости, проказы и даже отдельную комнату всё это время расплачивался отец. Он выделял сумму напрямую ректору, и тебе всё будто падало с неба. А того золота, что ты стянула из шкатулки, многим из твоих однокурсников хватило бы на все пять лет обучения. Ты совсем не знаешь цену этим монетам, Амелия, зато Мие Лоус придётся об этом узнать. До конца полугодия учеба оплачена, но если ты не получишь стипендию, придётся вернуться домой или работать подавальщицей, чтобы оплачивать всё самой, — почти с жалостью произнес брат.
Убрав магию, он наблюдал за моей реакцией.
Всё это время мной играли как куклой.
Зади Фурай получал золото от короля, позволяя мне думать, что все подобные расходы оплачивает Академия. Они позволяли мне думать, что я гордая и самостоятельная, находясь при этом под постоянной опекой семьи. Отец не давал деньги напрямую, но продолжал делать это через ректора.
Перечисляя в уме всё, о чём говорил Дарий, я вспомнила десять золотых Рори.
Внезапно стало очень стыдно перед магом. Простолюдины не просто так промышляли вымогательством. Не добыв золото и стипендию, они банально не смогли бы учиться дальше.
— Это было подло. Вы всё от меня скрывали. И что же изменилось? Дереку не понравилось, что я не хочу терпеть его похождения, и он пожаловался королю? — сухо спросила, осматривая брата.
Строгий, чужой, злой маг мало чем напоминал моего привычного Дария. Даже морщин на лице прибавилось, от чего он стал выглядеть не как ровесник Дерека, а намного старше.
— Дереку надоело ждать и пытаться предусмотреть все твои возможные глупости. Отец поручил ему расширение Академии и наладить отношения с ведьмами. У него нет времени на детские глупости, — туманно объяснил свою злость Дарий.
Он сверлил меня взглядом с отголосками магии и не собирался отступать.
— Я ничего не делала. Это дракон ткнул меня носом в свою любовницу. Или я должна была радоваться? — не поняла слов брата.
Что-то в претензиях Дария не сходилось. Никаких глупостей я не делала и не собиралась. А потому окончательно запуталась.
— Не хочу ничего слышать, Амелия, — зло отрезал наследник престола. — Разорвёшь связь с Родериком — выдадим тебя замуж за старого советника Куца. Отправишься на север, в одно из поместий, воспитывать его детей. Их уже пятеро от разных любовниц. Игры закончились, — принялся он угрожать.
— В Аркаме назревает война. До отца дошли слухи, что Когинтур сумел склонить Акихико на свою сторону. В этот раз драконы не останутся в стороне, — тон Дария стал тише, но звучал от этого не менее угрожающе.
Оборотни уже несколько столетий пытались заключить союз с королём драконов, чтобы оттяпать часть территории Аркама. Это не новость и, тем более, не повод так со мной обращаться.
— Но причём тут я? — вскрикнула, вскочила с кресла и начала тыкать в него пальцем. — Дерек сам нашёл способ, как аннулировать наш обряд! Это он, а не я, собирается всё разорвать! Ты не слышишь меня, Дарий! Я НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛА!
— Вместо того чтобы приструнить своего дракона, вы лишаете МЕНЯ золота! — продолжала, срываясь на крик, не в силах сдерживать злость. — Сами позволили ему притащить в Академию любовницу, а наказываете за это МЕНЯ. Да за что, объясни ты мне наконец!
Дарий напрягся, его глаза сузились, а ноздри слегка раздулись.
Но вместо ответной вспышки гнева он заговорил холодно, будто отмеряя каждое слово.
— Дерек, в отличие от тебя, понимает, как важен сейчас ваш союз. Он не стал бы аннулировать обряд. Он верен отцу, — возразил брат, убрал мою руку и отошёл к окну.
Он всегда так делал, когда сообщал плохие новости.
Судя по позе и виду, дальнейшие слова Дария мне не понравятся еще больше, чем всё, что уже прозвучало.
— С Маэль это была идея отца, — наконец произнёс он, глядя куда-то вдаль. Его тон стал ледяным. — Так нужно, Амелия. Смирись и не вмешивайся. Это не детские игры. Нельзя, чтобы кто-то узнал, что Родерик женат. Пока не время. Нам нужен союз с ведьмами, а потом уже всё остальное.
Каждое его слово, как ледяной поток, пробрало до самых костей.
Игры не игры, но я совершенно ничего не поняла.
При чём тут ковен к тому, женат Дерек или нет?
Ведьмы всегда жили отдельно, и уж семейное положение ректора — это последнее, что будет волновать главу ковена. Или нет?
— Ничего не понимаю, — раздраженно бросила Дарию.
Каждое новое объяснение всё больше запутывало, и это раздражало. Наверняка он что-то умалчивает, выдавая правду отрывками.
— Поэтому тебе и не сказали, — сделал вывод принц и развернулся. — Ты ребёнок. Просто незрелый капризный ребёнок. Детей не спрашивают их мнение, когда ведутся взрослые дела. Займись учёбой и своей магией, теперь ты как все обычные адепты. И не донимай Дерека — ему без тебя забот хватает. Начнёшь чудить — вернёшься домой или отправишься дышать воздухом в замок на севере. Там можешь капризничать и пакостить сколько пожелаешь, — строго пригрозил он ссылкой.
Вот такого точно никогда не случалось, и этот маг, который стоял передо мной, показался совершенно чужим. Он будто не слышал меня или просто не хотел слышать.
— Кто ты? — спросила у мужчины у окна.
Мой брат был совсем другим — внимательным, улыбчивым, заботливым.
За два года мой Дарий
