Пробуждение стихий - Бобби Виркмаа

А теперь передо мной стоит Киеран, смотрит на меня так, словно кроме меня для него ничего не существует. Я вижу желание в его серебристо-голубых глазах.

Но думаю только о дымчатых.

О горячих руках. О том, как у меня перехватило дыхание, когда Тэйн притянул меня так, будто ждал этого бесконечно долго.

Но с тех пор он молчит. Может, это был всего лишь порыв?

Что со мной происходит?

Киеран наклоняет голову, его улыбка становится медленнее, почти понимающей.

— Ты в порядке, Тэлор? Похоже, у тебя что-то на уме.

Ну да. Всего лишь война. Связь с драконом. Мужчина, которого я поцеловала так, словно от этого зависела моя жизнь. Мужчина, который поцеловал меня в ответ так, словно отчаянно нуждался в этом.

Я моргаю, пытаясь вернуть себе ясность.

— Всё хорошо, — улыбка получается натянутой, но искренней настолько, насколько я способна сейчас.

Его взгляд становится внимательнее, словно он пытается прочитать мои мысли. Но, прежде чем он успевает что-то сказать, Тэйн делает шаг.

Я не сразу его замечаю, но, как всегда, ощущаю.

Лёгкое изменение в воздухе, тяжесть взгляда, прожигающего меня до костей, знакомое присутствие, которое невозможно пропустить. Все часы тренировок сделали меня особенно восприимчивой к нему.

Мгновение назад я стою рядом с Киераном…

…а в следующее он полностью заполняет собой всё пространство.

Тэйн хватает меня, разворачивает и целует.

Жёстко.

Это не осторожность и не медленность. Не просьба. Это чистое, яркое заявление.

Его ладони обхватывают моё лицо, пальцы вдавливаются в кожу так, будто он ждал этого слишком долго. Ему достаточно одного движения, чтобы стереть границы между нами. Губы двигаются уверенно, горячо, и под этим чувствуется что-то живое, необузданное.

Из его груди вырывается низкий, довольный звук, когда он притягивает меня ещё ближе, словно так и должно было быть. Словно это неизбежность, к которой мы шли давно.

И мир исчезает.

Киеран, форпост, даже ожидаемый визг Лиры — всё растворяется.

Есть только Тэйн и то, как он целует меня, как будто восполняет потерянное время. И я отвечаю ему так же яростно.

Когда он наконец отстраняется, я едва могу вдохнуть. Сердце бьётся так сильно, что больно. Я смотрю на него, потрясённая до немоты. Он смотрит прямо на меня, дыхание спокойное, глаза горят жаром. Будто сам удивлён, что ждал так долго, и уже решил, что хватит.

— Что это вообще было? — удаётся выдавить мне.

— Решил прояснить ситуацию, — он слегка пожимает плечами, ни капли раскаяния.

Небольшая пауза.

— Вдруг у кого-то были вопросы.

Отлично. Прозрачность намерений просто зашкаливает, особенно когда голова у меня не варит.

Я делаю шаг назад, дыхание по-прежнему сбито, сердце колотится так, будто пытается вырваться наружу.

А Тэйн поворачивается. Вот так просто. И идёт обратно к Гаррику, Яррику и Риану. Выражение лица снова спокойное, собранное. Голос ровный, уверенный, полностью под контролем.

Как будто ничего не произошло.

Но я замечаю это — расслабленную челюсть, опущенные плечи. Он доволен.

И у меня снова сжимается живот.

Гаррик хлопает его по плечу, сияя от восторга:

— Дерзкий ход, военачальник.

Яррик только качает головой, застыв где-то между усталой досадой и искренним весельем.

— Совет завтра будет только об этом и говорить. Ну, пусть сами разбираются.

Он кладёт ладонь на затылок Тэйна, тянет его ближе и отпускает со смехом.

— Наконец-то, брат.

Риан, спокойный как всегда, отвечает коротким кивком. На его губах появляется почти незаметная улыбка.

И тут до меня доходит — они все знали.

Всё Кольцо Феникса видело то, что, как мне казалось, мы тщательно скрывали. Меня охватывает жар. Тэйн не реагирует ни на одну их реплику. Он уже полностью собран. Уже отдаёт новые указания. Будто тот поцелуй — просто действие, которое он совершил и поставил точку.

Будто он не заявил о себе перед всем форпостом.

Будто он не перевернул всю мою жизнь.

Голова идёт кругом. И когда мне кажется, что я хоть немного начинаю приходить в себя…

— Ххк-кх! — Лира издаёт какой-то придушенный смешок.

— Даже. Не. Начинай, — я резко поворачиваюсь к ней.

— Да мне и не нужно. Там и так всё было ясно без слов, — её улыбка только ширится, глаза искрятся чистым восторгом.

«Похоже, твоему Владыке Огня не нравится делиться», — голос Кэлрикс мягким мурлыкающим эхом звучит в голове.

Я совершенно забыла, что теперь она чувствует всё, что чувствую я, даже находясь далеко.

Святые боги.

Я закрываю лицо ладонями, чувствуя, как щёки горят. Я точно не переживу этот день. И именно тогда я вспоминаю про Киеранa. Дыхание сбивается, в груди сжимается от вины. Я оборачиваюсь. Он всё ещё стоит рядом, руки свободно опущены, выражение лица полностью закрыто.

Чёрт.

— Киеран, я…

Он выдыхает. Его взгляд встречается с моим — и там нет ни злости, ни обиды. Только мягкость. И понимание. Губы чуть поднимаются в знакомой полуулыбке.

— Похоже, ты всё-таки сорвалась.

Слова попадают точно в цель — тихо, ровно, как правда, которую я пыталась не замечать.

Но в его голосе нет ни тени горечи. Только принятие. И, возможно, крошечная искорка чего-то, что ещё не успело закончиться. Он кланяется легко, привычно, и проходит мимо, уже переключаясь на другое.

А я так и стою.

Без воздуха. В смятении. Пытаясь хоть как-то осмыслить происходящее.

Позади раздаётся голос Тэйна — спокойный, ровный, выдержанный. Будто он меня не целовал до потери мыслей. Будто не разрушил весь мой внутренний мир и просто перешёл обратно к военным делам.

И тут я слышу шум — громкие голоса, смех, топот по камню. Я разворачиваюсь в тот самый момент, когда Нэсса, Дариус, Фенрик и Тэйла летят к нам — лица сияют, глаза распахнуты, и они выглядят чересчур довольными.

О нет. Нет, нет, нет. Только не они.

Они всё видели.

Лира появляется рядом со мной именно в тот момент. Спокойная, самодовольная, неторопливая. Достаёт из-за пояса мешочек с монетами.

— Так, давайте, платите, — объявляет она, щёлкнув пальцами.

— Шутишь? — закатывает глаза Дариус.

— Нисколько. Поцелуй до конца недели. Это я ещё щедро сроки дала, — она протягивает ладонь, и один за другим все начинают выкладывать монеты. Тэйла тихо ворчит и отдаёт несколько серебряных. Нэсса просто пожимает плечами и кладёт золотой. Фенрик стонет громче всех и бросает монету с театральным вздохом.

— Я был уверен, что первой сорвётся она.

— Она и сорвалась, умник, — фыркает Лира.

— Да, но он включил полный режим военачальника, — тянет Дариус, скрещивая руки. —