Змеиного царевича невеста - Марианна Красовская
— Мальчик мой, ты готов принять на себя ответственность за весь род змеиный? И знать, что мог проклятье снять, но смалодушничал и все испортил?
— А меня тогда домой отпустят? — с надеждой спросила я. — Ну, если Зуб все равно против?
— Нет! — в один голос ответили Злата, Властимила и дед.
Я насупилась.
— Медальон истинности останется в Нави. Перед смертью ты передашь его новой хранительнице.
— Перед какой-такой смертью? — неприятно удивилась я. — Я еще молода и полна сил.
— Люди такие хрупкие, — грустно повертела на пальце роскошный золотой перстень Злата.
— Особенно в сыром подвале, — добавила холодно Властимила. И куда только вся ее приветливость подевалась.
— Э-э-э… — проблеяла я неуверенно. — Прокляну?
— Силы в тебе нет. Ты не берегиня, не ведьма и даже не кикимора. Пустышка, — заметил дедуля Гром. — Ничего ты супротив нас сделать не сможешь. Выбирай, сладкая моя, или замуж — или в подвале до смерти.
— А кормить меня будут?
— Хлеб и вода.
— Мне не нравятся ваши условия.
— Я почему-то так и думал. Вот, Зубик, ты еще и за невинную деву в ответе. Хочешь ее сгубить в самом расцвете сил?
Зубослав снова дернулся, потом аккуратно ссадил меня с хвоста на подушки и молча вылетел из столовой. И я ему завидовала, честное слово!
— Я, наверное, тоже пойду?
— Иди, конечно, — кивнула Властимила. — На все четыре стороны. В Явь ты вернуться никак не сможешь. Разве что до берегинь доберешься… но они по другую сторону Синего моря. Плавать умеешь?
— Через море — нет, — грустно ответила я.
— Ну, проголодаешься — придешь.
— А вам не кажется, что отношения в семье будут безнадежно испорчены?
— Я переживу, — пожала плечами змеюка. — Ну чем мне это грозит — внуков не дашь увидеть? Так у меня шесть дочек еще. И две из них уже обзавелись потомством.
— Выбора у меня нет, верно?
— Ты все правильно поняла.
Я помолчала несколько минут (а хозяева дома, между прочим, спокойно чай пили с пирожными, мне же было без своего «стула» не дотянуться!), а потом сказала:
— А можно мне подумать? Ну, хоть пару дней, а?
— Скажи, Алена, а где тебе лучше думаться будет? — ласково спросил дед. — Здесь рядом с нами или на берегу Синего моря?
Глава 10
Весомые плюсы
Зубослав
Дед приходил поговорить по душам. Обещал всяческие преференции, сулил много денег и всенавью славу. Дескать, брак — это не так уж и страшно, и даже не так уж и долго. Люди живут меньше нагов раза в четыре. К тому же всегда можно найти работу подальше от дома. Женщинам ведь что нужно? Деньги, дети и подружки.
— А как же любовь, дед? — тоскливо спросил я.
— Ну… любил я однажды. Ведьму эту, Варвару, любил до умопомрачения. И чем это закончилось? А с Сепферой, супругой своей, я прожил сто пятьдесят спокойных лет. Особых чувств у нас не было, зато были уважение и общие взгляды на жизнь. Мы и не ссорились почти.
— И ты счастлив был?
— Ну конечно!
Я задумался. Дед говорил дело. Может быть, он и прав.
— Знаешь, что, — сказал я ему. — Я пойду напьюсь с друзьями. Не хочу ничего решать сегодня.
— Воля твоя. Но знай, завтра утром вы с Аленой едете в Белую Скалу.
— Дед, мне еще месяц учиться. Смилуйся, позволь хоть год закончить.
— Ректор я еще или лаборант? Закроют тебе год по текущей успеваемости, не ной. Вот завтра с утра за зачетной ведомостью и приходи.
— С утра мне ехать надо.
— Если ты пить собрался, то какая тебе с утра поездка? Ты же всю дорогу блевать будешь — напугаешь Аленушку еще больше.
— То есть ты не обо мне заботишься, а о девице этой чокнутой?
— Ну почему чокнутой? — дед смотрел весело и лукаво. — Нормальная она. Не глупая, не истеричка, не лентяйка. Учится вон. Кушает хорошо, одевается со вкусом.
— У нее ноги, — с отвращением напомнил я.
— И что? У некоторых мозгов нет, но и с такими живут. К тому же, если все пройдет по плану, у тебя тоже будут ноги.
— Ну и зачем они мне?
— О! Ноги — это крайне удобная штука, уж поверь старику. Это и ездовые животные, и самоходные повозки, и прости, Зубик, секс.
— А секс при чем? — растерялся я.
— При том. С ногами куда удобнее и ощущения другие. Поверь дедушке, дедушка пробовал.
Я закатил глаза. Ну давайте, будут меня старики всякие учить, как мне с девушками себя вести. Но вообще, вопрос меня заинтересовал в практическом плане. Вот пойду и у Ядика узнаю, что там с сексом. Он опытный у нас.
— Дед, а денег подкинешь? Может, у меня последняя пьянка в холостой жизни будет.
— А предпоследняя когда была, напомни мне, Зубослав Аскольдович? — хмуро спросил дед, кидая мне в руки тяжелый кошель.
— На прошлой неделе, — вздохнул я. — Но там повод был, Гера досрочно получил зачет по зельеваренью.
— А ты?
— А что я? Ты же сам сказал, что у меня дед ректор, мне поставят автоматом.
— Нет, погоди, я сказал «по текущей успеваемости»!
Но я его уже не слушал. Стянул льняную рубаху, швырнул ее в угол, а сам ухватил шелковую черную безрукавку и одевался уже на ходу, спеша к друзьям.
* * *
А пить-то и не хотелось. Так, цедили смородиновую настойку, ее лешак Вольдемар, что держал трактир «Лесная роза» на окраине Болотограда, сам делал. Признаться, лучшего качества выпивки, чем здесь, я никогда не встречал. Само заведение маленькое, темное и все в зелени, как пещера. Но кормят тут отменно, да и напоить всегда готовы. Цены, впрочем, кусачие, я сюда только по особым поводам друзей звал, а сейчас как раз повод самый что ни на есть особый.
— Да ты гонишь, Зуб, зачем нам ноги? — Геру с настойки пробрало. — Атавизм какой-то. Три ипостаси — это ведь колоссальные энергетические затраты. Наоборот, с точки зрения эволюции полуморфизм выгоднее. Мы более устойчивы. Посмотрите на птиц, они прекрасно себя чувствуют…
— За мужиков не скажу, Гер, а нагиням ноги не помешают, — заявил Ядик. — Знаешь, змейки совсем удовольствия в постели не получают, ну вот совершенно. Для них это — повинность. А вот те девушки, у которых есть ноги… О… не сравнить! У них прям вау-вау это дело.
— Ну так я — мужик, — удивленно посмотрел на него Гера. — Я-то всегда получаю, верно? Какая мне разница?
— Идиот! Удовольствие вдвойне вкуснее, когда твоя партнерша
