Пыльный цветок гарема - Селина Катрин

По законам Аль-Хаята, девушка из гарема должна отдать свою первую ночь любому заезжему путешественнику, и если он останется доволен, то девушке даётся приданое в виде нескольких корзин каменных роз и разрешается стать женой любого мужчины из Аль-Хаята. Если же путешественник остался недоволен или, что ещё хуже, на его теле поутру обнаружатся раны, цветок гарема сурово наказывают, и до конца жизни девушка обязана работать служанкой.

Сдуру я спросил, что такое «сурово наказывают», и от изощренности местных волосы встали дыбом на загривке. Впрочем, они так стояли с того момента, как Жасмин упомянула средневековое орудие пыток, надеваемое с целью деформации костей.

— А если девушка из гарема забеременеет от путника в свою первую ночь? — ошеломлённо уточнил я.

— Это же замечательно! Жизнь в Аль-Хаяте — высшая ценность, — мечтательно улыбнулась Жасмин. — Это означает, что девушка может выйти замуж за паладина, а если она родит мальчика, то сам эмир может взять её в младшие жёны как способную продлить род.

«Удобно устроился этот хитрый жук эмир… И свежую кровь отдалённого города пополняет, и девушек тестирует: убьёт — не убьёт. А если даже и убьёт — всё равно не своего, а чужого, не так уж и страшно», — с глухой злостью подумал я, но озвучивать, разумеется, не стал. Вся эта картина, всё, что рассказывала Жасмин, звучало отвратительно… Девушками распоряжались как скотом, но при этом Жасмин ещё и считала, что ей «очень повезло родиться в Аль-Хаяте, ведь эмир у нас добрый и мудрый». Ага, как же. Добрый… Плети на жаре, но не до смерти, стояние на коленях на гречке и стеклянном песке. Я в глаза последний ни разу не видел, но уже заранее его ненавидел.

Убогое Средневековье! Как вызволить Жасмин из этого ужасного места? И имею ли право?.. Она живёт совсем в другом времени, у неё иной менталитет, воспитание и нормы морали. Приживётся ли она на Цварге, если я её заберу? Я ведь даже толком объяснить сейчас не могу, насколько сильно изменится её жизнь. Насколько вообще нормально принимать такое решение за другого человека?

За долгим рассказом террасорка вновь уложила голову мне на плечо. Она успокоилась и просто трогала пальчиками мою кожу на прессе, щекотно проминая подушечками кубики то тут, то там.

— О чём думаешь? — машинально уточнил, всё ещё размышляя на тему этичности моего желания.

— О том, что ты ненастоящий.

Я чуть не поперхнулся.

— Почему⁈

Она вновь погладила меня по животу.

— Ты тут твёрдый такой, а мужчины мягкие. Тут гладкий, — она переместила руку на мой подбородок, — а у всех мужчин, которых я видела, растут колючие бороды. Никогда не понимала, зачем Владыка наделил мужчин жёсткими волосами на лице. Это так странно… С другой стороны, для меня всегда оставалось загадкой, чем женщины так провинились, что нам дали шипы. — Она тряхнула головой. — Что-то не туда меня занесло. В общем, ты какой-то ненастоящий или, наоборот, настоящий потомок джинна.

И пока я вспоминал нужные слова на террасорском, Жасмин вдруг сонно зевнула и пробормотала:

— Хотела бы я, чтобы у меня был от тебя сын.

А ещё через несколько минут до меня донеслось мерное сопение, а я так и лежал, ошеломлённый откровением Жасмин. Цварги не болеют большинством обычных болезней, а потому с ночными бабочками с Тур-Рина я тоже часто имел незащищённый секс, прекрасно понимая, что они установили себе соответствующие противозачаточные импланты, а с Жасмин всё получилось так стремительно…

«Хотела бы я, чтобы у меня был от тебя сын».

Эти слова засели в подкорку занозой. А что, если уже ? Нет, я совершенно точно не дам своему сыну расти на этой отсталой средневековой планете. Теперь уж сам космос велел забрать девушку с волосами цвета расплавленного серебра на Цварг, но вначале пускай она выспится.

Глава 8

Моя жена

Леопольд де Ру

Розовые лучи утреннего солнца скользнули по шелковистой коже Жасмин, она потрогала меня сквозь сон, а затем резко распахнула глаза и чуть ли не подпрыгнула на матрасе.

— Лео, как твоя рука?

— Всё в порядке. — Я улыбнулся и продемонстрировал запястье, которое за ночь полностью затянулось свежей кожей. Шипы Жасмин действительно прошлись по мне вскользь, и рана оказалась пустяковой.

Террасорка выдохнула уже спокойнее, потянулась зачесать волосы назад и потрясённо замерла.

— Ты расплёл мои косы!

Прозвучало почти обвинительно, если бы при этом Жасмин не выглядела так очаровательно. Ночью, пока она спала, я действительно машинально расплёл каждую из её кос, и сейчас она милым кудрявым котёнком смотрела на меня из-под копны крупных серебристых не то волн, не то кудряшек. Обнажённая и прекрасная.

— Мне показалось, что ты так лучше выспишься.

— Да, но…

— «Распущенные волосы — распущенная женщина», — процитировал я её вчерашние слова и подмигнул. — Поверь, ты понравилась мне в образе распущенной жены.

Жасмин покраснела от пошлого намёка на произошедшее ночью и поспешила прикрыться хотя бы ладонями, а я успел их поймать и тут же чмокнул в нос, чтобы стереть из её головы плохие мысли. Ей придётся долго подстраиваться под нормы современного мира, пускай начинает сейчас.

— Жасмин.

— Да?

— Скажи, есть ли хотя бы маленький шанс, что эмир отдаст тебя за меня замуж?

— Что? — Сине-зелёные глаза распахнулись и стали такими огромными, что напомнили оазисы среди пустыни. — Да… если ты попросишь и дашь выкуп золотом, то разумеется. Основное — тебе надо купить дом в Аль-Хаяте…

— Ты не поняла. — Я отрицательно покачал головой, мягко перебивая взволнованную красавицу. — Я хочу тебя взять в жёны и далеко увезти из Аль-Хаята.

«На другую планету», — добавил мысленно.

Улыбка на устах Жасмин поблёкла.

— Далеко увезти из Аль-Хаята, — повторила она эхом, а затем расстроенно и очень тихо вздохнула. — Нет, нельзя. Эмир отдаёт цветы гарема только за мужчин из Аль-Хаята.

Что-то в таком духе я себе и представлял. С заявлениями вида «жизнь в Аль-Хаяте — высшая ценность» и ритуалами, нацеленными на увеличение популяции города, очевидно, что Мустафа Повелитель Оазисов не даст забрать здоровую, воспитанную по всем местным правилам девушку детородного возраста куда-то с его территории. Более того, обдумав эту мысль очень тщательно, я даже пришёл к выводу, что и за очень большие деньги он не пошёл бы на это. Аль-Хаят располагался среди гор со всех сторон, а по записям от СБЦ выходило, что здесь всюду под землёй залегают озёра, а следовательно, город не нуждается в воде и пище. Итого, самой большой ценностью, как случайно и сказала