Ведьма Долины Роз. Потерянная во времени - Марина Медведева

—Что случилось, лейна? Почему ушли ваши слуги?

Фенелла прошла к деревянному креслу с потертыми старыми подушками и, опираясь на руку Лорелеи, опустилась в него. Ее глаза устремились к ярким языкам пламени, она протянула руки, пытаясь согреть тонкие, прорезанные жилками, пальцы, и вдруг громко зашлась сухим кашлем.

—Ты больна? – Лорелея опустилась на колени и взяла эльфийку за руки.

—Мне недолго осталось, дитя. Хорошо, что ты вернулась. Будет кому приглядеть за домом клана, когда меня не станет.

—А как же твои сыновья Зеновир и Фарловир? Почему они не присматривают за тобой?

Лорелея уже знала ответ, но не могла не спросить, в тайне надеясь на чудо.

—Все мои сыновья уже плывут по Мертвой реке,— Фенелла не сводила с огня застывшего взгляда. – Плохие выдались времена для эльфов. И будет только хуже, если никто не защитит Шалрейн.

Лорелея почувствовала, как ее тело сковывает ледянящий холод, не тот, что несет в себе студеный ветер, а холод страха.

Она бросила взгляд на дверь и решительно встала:

—Я должна идти. Мне нужно защитить город и спасти родителей.

—Куда ты пойдешь? Посмотри на себя – на тебе и нитки сухой не найдется. Нужно высушить одежду,— Дориэн схватил ее за плечи и держал, не отпускал от себя.

—Лорелея, в спальне твоей матери остались ее вещи. Подбери что-нибудь себе и своим друзьям. Смените одежду. Холод нынче зверский, никого не щадит.

И она снова закашляла.

—Иди,— кивнул Дориэн. – Я побуду с лейной.

—Я останусь с тобой,— заявил Грегуар. – Найдите нам сухую одежду.

—Айвена, идем со мной,— Лорелея потянула за руку подругу, которая до сих пор стучала зубами, отчаянно пытаясь согреться у огня.

Девушки вышли из гостиной и по витой лестнице поднялись к спальням хозяев. Лорелея смотрела по сторонам и чувствовала, как болит сердце. Теплый, живой, полный роскоши и благоденствия дом превратился в дом – призрак. Холодные комнаты зияли пустотой и темнотой. Айвене пришлось зажечь крохотный огонек, чтобы видеть, куда идти. Девушки вошли в спальню Аурелии. И здесь царило запустение и бедность. Не было чудесного резного шкафа тюльпанового дерева. Лишь старый сундук, обитый железом, угрюмо топорщился в углу. Да кровать, небрежно накрытая вышитым покрывалом, напоминала о прежнем достатке своей хозяйки.

Айвена в нетерпении распахнула сундук и принялась выкидывать из него содержимое. На полу росла гора одежды.

Подруги кое-как переоделись в скромные шерстяные платья. Лорелея также нашла белье и грубые вязаные чулки. А вот сапог не было. Лишь изящные домашние туфли, расшитые шелком.

—Не беда. Высушим сапоги у камина.

Они прошли в соседнюю спальню Белеара и подобрали одежду для своих друзей.

Когда спустились вниз, застали лишь Дориэна. Он задумчиво стоял и глядел на огонь. Фенелла спала и во сне бормотала что-то на древнем эльфийском.

—Грегуар отправился на кухню – поискать, чем можно пообедать.

Лорелея протянула ему одежду и сапоги своего отца.

—Не думаю, что в доме много припасов,— пробормотала Лорелея. Она с любовью и жалостью глядела на спящую лейну и жалела об утраченном времени и о безвозвратно потерянном детстве. О горькой судьбе, ожидающей любимый Шалрейн.

В кухне башни в добрые времена стоял шумный гомон, звякали кастрюли, гремели котлы, густой маслянистый запах «сонки»—эльфийского рыбного супа пронзал ноздри и возбуждал голод. Лорелея потянула дубовую дверь и тяжко вздохнула. Через круглое окно в кухню проникал тусклый свет. На полках замерли пустые котлы и посуда. В путом очаге не горел огонь. Стол был девственно чист и пуст. Ни связок кореньев под потолком, ни