Помощница лорда-архивариуса - Варвара Корсарова
Эрина сердито дергала мои волосы черепаховым гребнем, отпускала недовольные реплики, но когда я увидела себя в зеркале, простила ей все. Она хитро заколола волосы на затылке и выпустила несколько локонов на висках и шее. На первый взгляд просто, но как изменилось лицо!
Сообразительная продавщица из магазина Аристория знала свое дело — подобрала мне платье скромное, но элегантное: облегающий корсаж, узкие рукава, прямая юбка с небольшой драпировкой сзади. Темно-синий шелк нежный, гладкий — так и хочется провести рукой. При каждом шаге подклад шуршал, как осенние листья.
Я покрутилась на месте и засмеялась — жизнь прекрасна!
Что еще девушке нужно для счастья? Только мужчина, который бы оценил, как она красива.
Однако опыт подсказывал, что скорее Кассиус согласиться надеть мой старый серый балахон, чем я услышу комплимент от Джаспера. Большее, на что стоит рассчитывать, это скупое: «мило», или «совсем другое дело», или «наконец-то вы выглядите прилично».
Замирая от волнения, я отправилась в покои в башне.
Постучав и услышав короткое «Входите!» миновала переход за галереей, вошла в спальню на третьем ярусе башни и замерла.
Господин Дрейкорн, одетый в черное, стоял возле кресла и завязывал шейный платок хитроумным узлом. Мне всегда было любопытно, как он обходится без зеркала и посторонней помощи в таких случаях. Теперь я это увидела: его глаза были закрыты, пальцы двигались уверенно и ловко.
Услышав мои шаги, он глянул на меня из-под полуприкрытых век, затем нахмурился.
— Когда вы вошли, я собирался сказать что-то важное. Совсем забыл, что, — помолчал секунду, и вдруг улыбнулся; я затаила дыхание, — Изумительно выглядите: стоило увидеть вас, все вылетело из головы.
Он опять замолчал; под его пристальным взглядом я вспыхнула.
— Забыл важную вещь, зато вспомнил другое. Моя мать выращивала фиалки, и гордилась одним редким сортом. «Сапфировое небо» — так он назывался. Лепестки удивительного голубого цвета — как ваши глаза, и почти такой же яркий. Постараюсь разыскать эти цветы у торговцев, увидите сами.
Сердце замерло; не верилось, что Джаспер произносит эти слова.
Он был искренен: голос его звучал сухо, но на лице ни тени насмешки или снисходительности.
Наверное я сплю и вижу сон. Что я должна сказать? Как благодарят за комплимент?
Пока я молчала и придумывала ответ, он опять закрыл глаза и продолжил завязывать шейный платок, но теперь его красивые руки двигались медленно — конец черной шелковой ленты выскользнул, и Джаспер никак не мог с ним справиться.
— Позвольте, помогу вам, — я подошла вплотную и осторожно коснулась складок ткани на его груди. Хозяин послушно отпустил руки. Возилась я долго, и не только потому, что никогда не имела дело с шейными платками. Я чувствовала, как Джаспер смотрит на мое лицо, и от этого пальцы стали неловкими. Глаза неуклонно поднимались к квадратному подбородку и твердо очерченным губам.
Наконец, я закончила и осторожно отступила.
— Все получилось, — уверила я хозяина и поинтересовалась:
— Как вы можете обходиться без зеркал? Кассиус говорил, вы даже бреетесь, не глядя на свое отражение.
— Привык, да и зеркал избегаю не всегда. Могу бросить взгляд-другой. А теперь и вы пришли на помощь.
Я вопросительно глянула на него, но ничего сказать не успела.
— Нет, не спрашивайте опять, в чем причина моей нелюбви к зеркалам. Не хочу об этом говорить — перебил он, но недовольным не выглядел, — Пора отправляться. Готовы?
— Полностью.
— Тогда в путь. Ехать предстоит далеко. По дороге расскажу, чего следует ожидать от приема.
Днем выпал снег, и Аэдис превратился в белый призрак самого себя. Небо темнело, на улицах победнее фонарщики зажигали газовые фонари, в респектабельных районах пирамиды магических светильников вспыхивали красноватым огнем, словно языческие погребальные костры.
Экипаж миновал центральную часть города и помчался по улицам рабочих предместий. Крипе построил имение «Гептагон» недалеко от своих мастерских возле порта. Путь предстоял неблизкий.
За окном тянулись приземистые, черные здания мануфактур и фабрик. Монотонность пейзажа время от времени разбавляли индустриальные сооружения, сотворенные демонами: погрузчики, похожие на клешни морских крабов, переплетения рельсов, по которым скользили дышащие паром вагонетки. С паучьей грацией ползли самоходные клети; суставчатые трубы изрыгали дым и зеленоватое пламя.
Мрачная картина, но в мощи демоновых агрегатов заключалась своеобразная красота, которая странным образом перекликалась со сверкающим подвижным куполом Небесных часов — массивные чужеродные механизмы на земле, и призрачные механизмы за рваными черными облаками.
Долго рассматривать угрюмые окраины не пришлось. Господин Дрейкорн властно тронул меня за плечо, привлекая внимание.
— Камилла, слушайте внимательно, — потребовал он, — вы должны знать, как следует себя вести на приеме. Главное — далеко не отходите. Я должен всегда видеть вас. Держитесь незаметно, внимания не привлекайте. Крипе наверняка захочет поболтать; ведите беседу спокойно, вежливо. Помните, мы едем не развлекаться, а говорить о делах.
Крипе раз за разом отказывался продавать книги. Ему нужны не деньги, а услуги определенного рода. Ранее он желал получить кое-какие документы моего отца, которых у меня нет. Однако Крипе полагает, что я говорю неправду. Отец вовсю пользовался доступом к имперским архивам, и собрал внушительную коллекцию компромата. Не гнушался пускать его в ход; Крипе опасается, что некоторые его делишки могут всплыть в неподходящий момент, теперь, когда он продвигает свою кандидатуру на членство в Совете Одиннадцати. Есть еще одна услуга, которую он жаждет получить от меня. Кое-что, связанное с моим… талантом теурга, но об этом не может быть и речи.
Джаспер помолчал, настороженно вглядываясь в мое лицо сквозь полусумрак экипажа.
— И в этот раз он не отдаст книги просто так. Возможно, Крипе хочет использовать в сделке вас. В обмен на книги потребует несколько лет вашей жизни. Предложит вам большие деньги и свое покровительство. Эти книги я должен получить любой ценой.
Я перепугалась. Джаспер готов пожертвовать мной, чтобы получить желаемое? Он опять замолчал. Лицо его показалось мне зловещим.
— Но даже если вы вдруг сглупите и согласитесь на предложение Крипса, я сделаю все, чтобы этого не произошло. Крипсу вы не достанетесь.
У меня вырвался вздох облегчения.
— Есть один план. Придется им воспользоваться, если все пойдет вкривь и вкось. Вам в нем отведено важное место. Не буду скрывать: дело щекотливое.
Пойму, если откажетесь.
— Что за план?
— Хочу выкрасть эти книги.
Я не верила ушам.
— Выкрасть? Как вор или взломщик?
