Цветочный код, или Попаданка для дознавателя - Кливз
Мопс равнодушно развёл лапками. Не поняла — то ли это капитуляция, то ли он настолько ленив, что даже жесты делает вполсилы?
— А знаешь, упитанный хомяк — отличная альтернатива щётке! Главное — пену взбить! — Понизив голос, медленно двинулась к нему. Мопс попятился задом, пока не упёрся в стену. Но и тут не сдался. Встав на задние лапы, вытянулся в струнку и растопырил передние, будто пытаясь стать двухмерным. Для пущего эффекта — зажмурился. Настоящий мастер побега… если бы не преграда за спиной.
— Что вытворяешь? Живодёрку во мне узрел? — Хомяк приоткрыл один глаз и энергично закивал. Второй при этом крепко жмурился — на всякий случай. — Живи, комок шерсти. Всё равно тебе недолго осталось! — Махнула рукой и направилась к кладовой. Мысленно пообещала купить ему двойную порцию семечек. Вдруг, правда, недолго? Хомяк гулко сглотнул и сполз вниз. А я всего лишь констатировала факт — хомяки не славятся долгожительством. Хотя в этом мире, может, и они бессмертны. Чёрт его знает…
На первом этаже обнаружилась кладовая, а рядом — ванная комната, видимо, для работы с растениями. Пахло затхлостью и чем-то травянистым — возможно, здесь когда-то сушили зелья. Лотки и раковины радовали глаз, а вот грязь и паутина — увы. Последняя особенно впечатляла. Вёдра, швабра и тряпки нашлись в полном составе. Чистые и нетронутые… как невинные девы. Если не считать слоя пыли, превратившего их в экспонаты музея древностей. Похоже, прежний хозяин страдал редкой фобией — боязнью чистоты! Антимизофобия. Тьфу на него! Хотя, может, он просто философствовал: «Грязь — это материя не на своём месте». Но мне-то от этого не легче!
Мыльная пена обильно покрывала таз, который я поставила на шаткий табурет. Другого не было. Он скрипел под тяжестью, словно предупреждая: «Я не вечен». Первым делом протёрла стекло на уровне глаз. Сантиметров десять этого мира теперь просматривались сквозь витрину. Улица кипела жизнью: женщины в широких юбках тащили корзины, мужчина в тёмно-синем камзоле горячо спорил с приятелем, а вдалеке мелькала повозка, запряжённая… лошадью? Или нет? Не разобрать. Прошлась тряпкой ещё раз, окончательно убеждаясь — это не сон! Я и правда в другом мире! И все дамы здесь носят длинные платья, как и я. Вот только моё отчаянно мало в груди! Видимо, прежняя хозяйка была скромнее формами — или любила удушающую моду. Ещё чуть-чуть — и мои прелести выскочат на свободу! Эх, ладно, разберёмся с уборкой, потом подумаем о гардеробе. Или хотя бы о булавках…
Пока я, взобравшись на табурет, усердно тёрла стекло, не заметила, как у лавки собрались мужчины. Сначала один, потом ещё трое… Что это их так заинтересовало? И лишь отмыв пару полосок, я осознала — высота табурета сейчас демонстрировала прохожим отнюдь не моё лицо!
«Только бы не выскочили!» — С замиранием сердца глянула на декольте. Фух! На месте! Но ещё пара движений — и гравитация могла взять своё. Буквально балансировала на грани приличия. Слезла с табурета и возмущённо уставилась в разочарованные физиономии. Один даже почесал затылок, будто говорил: «Ну вот, испортила весь вид». Кажется, они вздохнули хором — не услышала, но прочувствовала. Особенно выразителен был рыжий детина в переднике — он схватился за сердце, как герой мелодрамы.
— «Добро пожаловать, Дусильда!» — Первый контакт с местными состоялся. Можно считать его успешным? — Хотя бы потому, что никто не швырнул монетку за представление…
Глава 12
Уборка длилась до глубокого вечера, но с перерывом на обед. Зря я переживала за Марка, парнишка отлично справился с уборкой, приведя в полный порядок кухню и гостиную. Даже постирал шторы и ветошь, которая использовалась для сохранения мебели от пыли. На ужин у нас были бутерброды и морс, ведь печки здесь не имелось, зато простаивала плита. Ранее она подпитывалась от магических кристаллов.
В лавке на первом этаже мне посчастливилось найти интересную картину на стене. Объёмное изображение совы светилось розовым, фиолетовым и синим, словно неон. Расположение было интересным, прямо слева от стойки на высоте плеч. Я тщательно отмывала от пыли это чудо, когда Марк спустился, неся хомяка на руках.
— Ого! Госпожа, это же магический символ дома! — Парнишка с энтузиазмом осматривал сову, не решаясь прикасаться.
— Кровь! — Мопс в очередной раз выдал ерунду, вытягивая лапки в направлении рисунка.
— Нет там крови! И не было! Только пыль, уж поверь. — Я осуждающе покачала головой и хмыкнула.
— Госпожа Дусильда, вообще-то, хомяк намекает на магическую привязку на крови. — Смотрели на меня эти двое как на неразумного ребёнка. Тоже мне, маги нашлись. — Поставьте палец на клюв.
С большим опасением медленно поднесла указательный палец к клюву птицы. Со стороны могло выглядеть, будто я прошу сову помолчать. Неожиданно палец укололо. Инстинктивно отдёрнула руку и увидела маленькую капельку крови на подушечке пальца.
— Эй! Предупреждать же надо, вы чего? Зачем она меня цапнула? — Я возмущалась, а хомяк пристально следил за совой. Ну прям эмпат, проникся и пожалел. Внутренняя ирония быстро сменилась удивлением. Сова начала светиться ярче, отчего всё помещение заливало розоватым светом. Мне показалось, или она пошевелилась?
— Дуся! — Хомяк радостно завопил, указывая лапками на птицу. Сова, словно живая, отряхнулась, сбрасывая с себя остатки пыли и долгого сна. Клюв открылся, обнажая отверстие, напоминающее слот для монеты. Так, минуточку! Монета!
— Я сейчас! — Что есть сил рванула на второй этаж. Шкатулка нашлась всё там же, у кровати. Дрожащими от волнения руками, я достала монетку и ещё раз осмотрела. Перламутровый отблеск на белой поверхности намекал на явную взаимосвязь с совой. — Ну пойдём, покормим птичку.
Мы с замиранием сердца следили, как белая монетка проваливается в плоский проём. Я даже старалась не дышать, чтобы не пропустить результат. А результат не заставил себя долго ждать. Глаза птицы вспыхнули голубым огнём, по всей лавке пробежалось перламутровое свечение, как до этого на монетке.
— Лавка проснулась! — Марк шептал, боясь спугнуть момент. — Госпожа — особенная! — Не знаю, хорошо это, или нет, но я смутилась. Чувствовать себя особенной было приятно.
— С добрым утром? — Я так-то не знаю, что значит «проснулась». А вот Мопс посмотрел на меня таким взглядом,
