Хозяйка поместья Вудсборн - Фиона Сталь

Я медленно повернулась и пошла вверх по лестнице, в свою комнату.

Глава 5

Я закрыла за собой дверь спальни, и прислонилась к холодному дереву, тяжело дыша. В коридоре — тишина. В доме — тишина. Весь мир замер в ожидании, пока хозяин отужинает в своем кабинете. А я… я была заперта в этой комнате, в этом теле, с яростью, которая горела так ярко, что, казалось, могла бы сжечь этот дом дотла.

Его безразличие. Это было хуже удара. Хуже оскорбления. Это было полное, абсолютное обнуление меня как личности. Леди Сесилия. Просто слово. Звук. Не имеющий за собой никакого веса.

Сон этой ночью был невозможен. Адреналин бурлил в крови, мозг работал с лихорадочной скоростью, прокручивая раз за разом сцену в холле. Его ледяные глаза. Его пренебрежительный тон. Ясно. Война объявлена. Вернее, он даже не знал, что находится на войне. Он думал, что давно победил, раздавив волю своей жены и превратив ее в покорную тень.

Я отошла от двери и заходила по комнате. Вперед-назад, вперед-назад. Мягкий ковер поглощал звук моих шагов, но я чувствовала, как под весом этого тела протестующе скрипят половицы. Каждый шаг был напоминанием о том, в какой я ловушке.

Но я не собиралась биться головой о стены. Я была деловой женщиной. Стратегом. Когда я сталкивалась с проблемой в своей прошлой жизни, я не впадала в панику. Я брала лист бумаги и составляла план. Четкий, пошаговый, помогающий мне увидеть решение проблемы со всех сторон.

Я подошла к изящному письменному столу Сесилии. Он был завален какими-то счетами от модисток и недописанными письмами к матери, полными фальшивого оптимизма. Я сгребла все это в одну кучу и безжалостно сбросила на пол. Мне нужен был чистый лист.

В ящике стола я нашла стопку дорогой гербовой бумаги, чернильницу и перо. Пальцы, все еще чужие и неуклюжие, с трудом ухватили тонкий стержень. Я макнула перо в чернила и на мгновение замерла над девственно-чистой страницей.

Вверху я крупно, с нажимом вывела: «ПРОЕКТ "ВОЗРОЖДЕНИЕ"».

И ниже, первый пункт. Самый важный. Самый сложный.

1. ИНСТРУМЕНТ.

Я встала из-за стола и подошла к большому зеркалу в полный рост, которое стояло в углу. Я заставила себя посмотреть. Не отворачиваясь. Не морщась от отвращения. Я смотрела на себя глазами инженера, оценивающего запущенный механизм.

Это тело. Тело Сесилии. В этом мире это был мой единственный актив. Мое оружие. И сейчас оно было в ужасном состоянии. Рыхлое, слабое, тяжелое. Оно было физическим воплощением ее отчаяния. Оно кричало всему миру: «Мне больно, я несчастна, я сдалась».

Мой тренер по кикбоксингу, суровый бывший военный по имени Макс, говорил мне: «Твое тело — это твоя броня, Инна. Если в ней дыры, тебя пристрелят первой».

Я не могу внушать уважение или страх, выглядя как заплаканный пудинг. Я не могу управлять поместьем, задыхаясь после подъема по лестнице. Я не могу противостоять ледяному лорду, если при одном взгляде на себя мне хочется плакать!

— Так, — прошептала я своему отражению. — С чего начнем, леди Вудсборн?

Женщина в зеркале смотрела на меня испуганными, водянистыми глазами Сесилии. Но я заставила себя увидеть в них свой родной стальной блеск.

— Начнем с топлива, — ответила я сама себе.

Я вернулась к столу и записала под первым пунктом:

а) Питание. Конец жирным завтракам. Конец пирожным в полночь. С завтрашнего дня — только то, что я прикажу приготовить. Овсянка. Яйца. Овощи. Никакого сахара, никакой дряни. Кухня — первая территория, которую я должна отвоевать.

Я представила себе лицо Мирты, когда я потребую овсянку на воде. Или сварливой кухарки, чье имя я узнала из дневника — миссис Гейбл. Она, наверное, решит, что я сошла с ума. Прекрасно. Пусть так и думают.

б) Движение. Это тело атрофировано от бездействия. Каждый день, с самого рассвета — физическая нагрузка. Пробежка по парку. Да, пробежка. Пусть слуги смотрят и шепчутся. Пусть считают меня сумасшедшей. Их мнение — последнее, что меня волнует. Мне нужна выносливость. Мне нужна сила.

Я вспомнила огромный запущенный парк. Идеальное место. Там меня никто не потревожит. По крайней мере, поначалу.

Это будет сложно. Я знала это. Первые недели будут пыткой. Мышцы будут гореть, легкие —