Бывшие. Дядя доктор, спаси мою маму - Лия Малинина
— Малыш, посиди здесь минутку, пожалуйста, — подхватил дочь и посадил на стул в приемной Матвея.
— А ты скоро придешь? — дочь крепко ухватилась за мою руку, словно утопающий за соломинку.
Малышка была очень растеряна. Чужой для нее город, ужасное происшествие, страх за маму, и какой-то посторонний дядя-доктор, который всегда рядом. И вроде тянется ко мне, но все равно боится, что я оставлю ее одну, не доверяет еще.
— Пять минут, — спокойно отвечаю, мягко улыбаясь дочери, — сейчас отпрошусь у начальника и поедем к бабушке.
Диана, при слове «бабушка» свела брови к переносице, как делает всегда моя мама, когда чем-то озадачена, но воздержалась от вопросов.
— Матвей Сергеевич, можно? — коротко стукнув, я вошел в кабинет главного врача.
Достаточно быстро я объяснил ему сложившуюся ситуацию, договорился о том, что несколько дней меня не будет на работе, получил поздравления насчет появления дочери, выслушал, какой я придурок, что потерял несколько лет жизни без семьи, получил четыря дня за свой счет и вернулся в приемную, где скучала моя дочь, сжимая в руках своего грязно-белого медведя.
— Ну, как ты тут? — улыбнулся малышке. — Не скучала?
— Нет! — на лице Дианы расцвела улыбка. — Тетя дала мне конфету, — и продемонстрировала мне пустой фантик.
— Какая молодец, тетя, — я перевел взгляд на бессменного секретаря главного врача Анну Ивановну и подмигнул ей. — Диан, посиди еще минутку, мне позвонить нужно.
Я вышел в коридор, достал из кармана телефон, выдохнул и набрал номер. Мне предстоял очень сложный и серьезный разговор…
С родителями. Которым вкратце нужно было объяснить, что у них есть внучка и сейчас я привезу ее знакомиться.
— Привет, мам, — отрывисто произношу, едва она принимает вызов. — Ты только не волнуйся! — сказал и шлепнул себя ладонью в лоб.
Услышав эту фразу, люди начинают волноваться и переживать еще больше.
— Что случилось? — на выдохе проговорила мама.
— Все хорошо, мам! — быстро пытаюсь ее успокоить. — Тут такое дело, — делаю секундную паузу.
— Погоди, — прерывает она меня, — я на громкую поставлю. Миш, иди сюда, — громко зовет отца.
— Читали про происшествие на Петроградке вчера? — начинаю, когда отец подошел к телефону. — Там была Арина.
— Господи! — я прям вижу, как мама хватается за сердце.
— С ней уже все хорошо! — спешу успокоить родителей и огорошиваю еще одной новостью. — С ней была Диана, наша дочь. — В трубке тишина, только слышно, что что-то упало. — Она не пострадала и я хочу сейчас привезти ее к вам, не против?
— Конечно не против! Сын! О чем ты вообще говоришь? — начальственным голосом проговорил отец.
— Кость, я ничего не понимаю, — всхлипнув добавила мама.
— Мам, пап, Диана еще не знает, что я ее отец, — к приемной подходит бухгалтер, открывает дверь, а я понижаю голос почти до шепота, чтобы дочь не услышала, — нам сначала с Ариной нужно все выяснить, потом уже ребенку рассказывать.
— Ох и наворотили вы дел! — с укоризной произнес отец. — С виду, вроде умные люди, а мозгов ни черта нет!
— Пап… — начал было я, но был прерван.
— Внучку вези! — рявкнул адмирал Арефьев. — Хватит тут демагогию разводить!
Через полчаса мы с Дианой входили в просторную квартиру моих родителей. Отец с мамой встречали нас в прихожей.
— Ну привет, — улыбнулся отец и присел на корточки, — давай знакомиться, — протянул дочке открытую ладонь.
Диана подняла глаза и вопросительно посмотрела на меня. Я одобрительно кивнул ей и погладил по спине.
— Зд-дравствуйте, — пролепетала дочь и с опаской протянула свою маленькую ручку, которую папа тут же пожал.
— Мы очень рады с тобой познакомиться, — проговорил отец неожиданно охрипшим от волнения голосом, не сводя глаз с Дианы.
А мама тихонько утирала слезы кухонным полотенцем, которое теребила в руках.
— Мам, мы такие голодные! — как можно бодрее произнес я, решив, что пора немного разрядить обстановку.
— Конечно! — тут же встрепенулась она. — У меня же обед готов, Дианочка, идем помоем ручки.
Когда бабушка с внучкой скрылись в ванной комнате, отец поднял на меня тяжелый взгляд и сурово произнес:
— В кабинет, — развернулся и расправив плечи пошел вперед по коридору.
— Есть, товарищ адмирал, — стянул с ног кроссовки и следом за отцом вошел в его кабинет.
Пока рассказывал отцу о том, что произошло вчера, Диана с бабушкой нашли общий язык и весело щебетали на кухне. Дочь с удовольствием уплетала куриный суп с вермишелью, а мама сидела рядом и не могла отвести от нее взгляд.
— Диана, — проговорил, войдя в кухню, — ты побудешь немного здесь, пока я съезжу за вашими вещами в отель?
— Побуду, — с готовностью согласилась дочь, — ты только не забудь мою пижамку с единорогом, она на кровати, под подушкой лежит, и чемоданчик мой, розовый, захвати.
— Захвачу, розовый чемоданчик, — проговорил с улыбкой.
— Ой, — встрепенулась мама, — я сейчас супчика в контейнер налью, заедь, покорми Аришу, — она всегда любила мою жену.
Даже несмотря на то, что мы разошлись, я никогда не слышал от родителей ни одного плохого слова в адрес моей жены.
Взял суп для Арины, попрощался со всеми и отправился в отель.
Я хотел скорее освободить номер, оплатить его и увезти вещи девчонок в свою квартиру. Чтобы этот напыщенный павлин Филипп не имел к ним больше никакого отношения.
Их вещи поместились в два небольших чемодана. Еще один, розовый, еле закрывался от хранившихся в нем игрушек.
Из отеля я поехал прямиком в больницу. Нужно осмотреть Арину и лично убедиться, что она идет на поправку, накормить маминым супом и наконец поговорить, как случилось так, что моя дочь пять лет росла без меня.
Глава 9
Константин
Приехав в больницу, я первым делом зашел в свой кабинет. Скинул кроссовки и обул больничные рабочие кроксы.
Прямо на джинсы и водолазку накинул белый халат, поставил суп в микроволновую печь и быстро стал разбираться со скопившимися на столе бумагами.
Когда раздался громкий «дзинь» микроволновки, вынул контейнер и отправился в палату Арины.
Попадавшиеся навстречу коллеги провожали меня изумленными взглядами. Не доводилось им еще видеть заведующего отделением, расхаживающим по больнице с контейнером супа в руках.
Тихонько вошел в палату и посмотрел на жену. Арина спала, чуть повернув голову к окну. Поставил еду на прикроватную тумбу и присел на стул у кровати.
Оберегал ее сон и любовался точеным профилем, чуть вздернутым носиком и пухлыми розовыми губами. Лицо сейчас было покрыто мелкими царапинами, но Арина не
