Уроки выживания в Сибирской глубинке - Ксения Вебер

Перед парилкой скинул штаны с бельем, нацепил войлочную шапку и вошел. В тазу запаренный пихтовый веник, тут же черпачок с деревянной ручкой. Ковшиком зачерпнул ароматную воду и поддал на камни, усаживаясь на подстилку из такого же материала, как и шапка. Горячий густой пар тут же заполнил небольшое помещение, обдавая кожу жаром. Все внутренности сжались, а по телу побежали приятные мурашки. Прикрыл глаза, млея от удовольствия.

Баня - истинное наслаждение для русского человека!

Распарившись до темных кругов перед глазами, вылетел на улицу и опрокинул на себя ведро ледяной колодезной воды.

- Ааааарррр! - громкий выкрик поднял с ближайших деревьев всех птиц.

Встряхнул головой, скидывая капли с волос, а когда открыл глаза, мельком увидел, как шевельнулась штора на кухонном окне.

«Что ж, малая, любуйся! Это все уже твое!»

Усмехнулся и вернулся в парилку.

Не знаю сколько прошло времени, но уже оборачиваясь полотенцем после мытья душистым мылом, я услышал робкий стук в дверь.

- Можно мне тоже в баню? - протиснувшись в дверь, тихонько спросила Мила.

Девочка уже пришла в полотенце на голое тело. А я застыл как истукан.

- Эээм, конечно...Проходи..., - хриплым голосом выдал в ответ.

- Ты же уже закончил? - уточнила она.

- Д-да, - запнувшись ответил, чуя как сердце заколотилось в груди.

- Отлично! Тогда моя очередь, - улыбнулась она и прошла в парилку, тиснув с крючка ту же самую шапку.

Когда дверь перед моим лицом захлопнулась, я стиснул зубы и сжал кулаки, чтобы не влететь туда и не отжарить девочку хлеще самой парилки. Глубоко вдохнул и выдохнул, а после стремительно ретировался подальше от греха.

«А грешить, ой как, сильно хочется...»

Поднялся в спальню, натянул домашние штаны и майку, обтер на сухо волосы, причесал бороду и спустился вниз.

На столе осталась чашка с овощным салатом, который раньше готовила Мила.

«Что ж, мясо на ужин за мной»

За готовкой время пролетело быстро. Девочка вернулась розовая, похорошевшая после бани и сразу же улизнула наверх.

Вцепившись в столешницу, я держался как мог, чтобы не рвануть за ней.

«Как? Вот как, эта маленькая девчонка стала наваждением для меня за такое короткое время?! Я ж готов камни грызть лишь бы с ней быть...»

Мила спустилась примерно через полчаса. К этому времени я уже накрыл стол. Мы молча поели, бросая друг на друга украдкие взгляды.

- Спасибо, было все очень вкусно, - довольно вытерла пухлые губки девочка, откидываясь на спинку стула. - Сон будет сегодня крепким, - улыбнулась она и встала с места.

Я не знаю, что движило мной в этот момент, но я подскочил вслед за ней, обхватил руками тонкую талию и усадил ее попой на стол, вклиниваясь между ее ножек.

Она распахнула глаза от удивления, а после нахмурилась и выпалила.

- Да ты такой же! Такой же как все они! Вам всем только это и нужно! - ударив маленькими кулачками мне в грудь, она оттолкнула меня, но я и не сопротивлялся.

Когда крошка умчалась наверх, я не смог справиться с собой, вылетев из дома в сумрак, опустившийся на тайгу.

- Гребаный тухлый мох! - взревел я, убегая в чащу и скидывая на ходу одежду.

Глава 8

Ваня

Кости затрещали, мышцы заныли, тело раздалось вширь и в высоту, и на землю тяжело опустились четыре мохнатые лапы. Встряхнул огромной головой и громко фыркнул. Затем двинулся в лес, ощущая запахи, малейшие передвижения за пару километров от меня.

Тайга еще не пробудилась, но животные уже отходят от спячки. В этой местности нет медведей, кроме оборотней. Однако ежики тоже спят всю зиму. Вот они и еще несколько видов мелких зверушек начинают копошиться, возиться возле своих норок.

Немного ускорился, ощущая, как грузные лапы с глухим топотом приземляются на мягкий снег и сырую почву. Дыхание стало тяжелым, легкие горят, зато мысли развеялись и теперь мне даже не хочется прибить одну розовую девочку.

Сейчас весь «эфир» заполнил медведь, его ощущения, инстинкты. Ясных мыслей у него нет, откуда такому добру взяться, но вот душа у нас с ним одна. Дико звучит? Я и сам не могу до конца к этому привыкнуть. Но я горд тем, что принадлежу к древнейшему клану.

Вдруг мишка замедлился, затем вообще перешел на тихую поступь и вскоре замер. Зверь шумно втянул воздух. На языке остался привкус добычи. Чуткий слух уловил биение маленького сердечка. В груди зародилось глухое утробное рычание, и когти самопроизвольно выпустились, впиваясь в хрустящую корку снега.

Мощно оттолкнувшись всеми лапами, хищник перепрыгнул через узкий овражек, грузно приземлился и тут же помчался в сторону маленького юркого зверька. Медведь не самый ловкий добытчик, но и зверек просто не успел среагировать.

Послышался мерзкий хруст и во пасти разлилась теплая густая кровь, оставаясь на языке металлическим привкусом.

Довольный своей охотой, медведь помчался дальше.

Выскочил на круглую поляну, что залита ярким солнечным светом. Как будто солнышко прилегло тут отдохнуть. А когда присмотрелся, увидел желтые пятнышки на только-только проклюнувшейся зелени травы. Они словно ярые борцы с зимой проклюнулись через стеклянную преграду подтаявшего снега. Такие нежные и такие храбрые.

«Как моя Мила...»

На обратном пути подобрал свою одежду. Перекинулся и натянул штаны. В одной руке окровавленная добыча, а во второй яркий букет смелых подснежников.

Когда вошел в дом, Мила заметив меня, выронила кружку и та со звоном рухнула на пол, разбиваясь в дребезги.

- Мать твою..., - пролепетала она, попятившись, но секунду спустя, она рванула ко мне. - Что случилось? Ты в порядке? Кровь твоя? - посыпался град из ее вопросов, но не это было важно.

Ее глаза были полны переживания и тревоги. А тонкие пальчики методично ощупывали мое тело на предмет ранения. Я млею, как дурак на пляжу, с самой идиотской улыбкой, на которую вообще способен человек.

- Это тебе, - хрипло отозвался, протягивая крошке уже чуть подвядший букетик.

Мила пристально посмотрела на меня, затем перевела скпетический взгляд на букет. Несколько секунд сканировала его, а когда снова взглянула