Измена. Пока месть не разлучит нас - Инга Максимовская
О, да. Лицо Алекса нужно видеть. Там такая смесь эмоций, что мне его даже немного жаль становится.
— Ты красивее, — морщится мой уже «почтимуж» — Видно же, что она шлюшка. Дорогая, но…
— Господи. Алекс ну как ты это определил? По моему эта женщина очень шикарна, и она подходит Боре очень. Слушай, пойду я поздороваюсь. Тем более, что у меня были вопросы.
— Нет, — Алекс аж на стуле своем подскакивает. — Это неуместно. И вообще. Мне тут разонравилось. Поехали домой. Там отметим все наши победы.
— Ну. Я не хочу. Мне тут нравится, — я дую губы капризно. И делаю вид, что вот-вот зарыдаю. Это очень смешно, не сорваться бы. — Я никуда не поеду. Я хочу тартар из говядины и устриц. И еще…
Чувствую спиной движение. И замираю, вдыхая аромат мужчины. Уже знакомый, дразнящий и все еще не привычный.
— Девушка, можно вас на танец пригласить, — бархатный, насмешливый бас, проникает в каждую клеточку моего тела. И я боюсь даже оборачиваться, потому что могу себя выдать.
Семушка стоит возле столика. И сразу видно разительное отличие между ним и моим недомужем. Он шикарен. Пиджак небрежно расстегнут. На губах его вечная фирменная улыбка. Черт, да я не танцевать сейчас с ним хочу. Совсем другого.
— Моя жена не танцует, — процедил сквозь зубы Алекс.
— А ты не поешь? — хмыкнул Семен. — Я жду, когда мне ответит дама.
— Алекс, а я хочу потанцевать, — выдохнула я. Подала руку мужчине, сводящему меня с ума. Ну и пусть он снова станет собой. Зато я уже поняла, что значит настоящий мужик. И кажется, я слышу зубовный скрежет. Эх, Алекс.
— Твой муж сейчас меня испепелит взглядом, — шепнул Семушка, обхватив меня рукой за талию. — Или сточит свои зубы.
— Ну и прекрасно. Зубы ему тоже я оплатила, — хриплю я, загибаясь от желания других прикосновений.
— Так что, детка, у нас все идет по плану?
— Даже лучше.
— Тогда может быть мы продолжим этот вечер в огненном экстазе?
— Молчи, — умоляю я, чувствуя, как слабнут ноги. — Пожалуйста. Просто помолчи.
— Тогда я тебя украду. Увезу на край света…
— Музыка закончилась. Давай не будем девочкам портить удовольствие. Они заслуживают получить свою долю триумфа.
— А на край света?
— Про это мы с тобой потом поговорим. Когда все закончится, — шепчу я, навесив на лицо боагодарную улыбку. Семушка мне целует руку. И я иду на негнущихся ногах к столику, за которым сидит Алекс, похожий на раскаленный самовар. Я не хочу сидеть рядом с ним. Я хочу на край света.
Глава 28
Лидия
— Ой, Алекс, а ты тут какими судьбами? — я смотрю на моего почти жениха, и понимаю, что чувствую… Облегчение? Мне даже мстить уже не хочется. Просто этот человек не вызывает во мне даже отвращения уж. Он убогий. Он поганец. Он… Черт, и как я могла быть в него влюблена?
Вика позвонила, сказала, что Алекс уходит. Все идет по плану. Эх, Алекс. Алекс, ты слишком предсказуем. В телефоне у Вики потер звонки, пока она танцевала с моим братом, и внес номер доктора в черный список. Глупый, глупый.
— Да вот, пришел посмотреть, как тут развлекается моя невестушка беременная, — он хочет выглядеть ядовитым и ехидным, но слишком нервничает. Боится, что Викуся сейчас побежит за ним. Ведь он то пуп земли. Все должны служить ему, как идолу. Все должны молить его о прощении. Упс. Не побежит, Лешенька. У нас все спланировано.
— Милый, это не то что ты думаешь, — блин, я пытаюсь притвориться напуганной, но выходит чертовски плохо. С трудом улыбку сдерживаю торжествующую. Его корона на голове покосилась сейчас и превратилась в обломок глиняного горшка. Но он еще этого не понял. Его непогрешимость под вопросом. — Просто Боря… Ну, то есть, Борис, он… Папа сказал, что продукты на свадьбу мы у него будем заказывать, и…
— И поэтому ты с ним целовалась? За продукты он тебя на столе чуть не разложил? Это семейное у вас, давать за жратву? Может и ребенок у тебя от поставщика продуктов, а детка?
— Что ты такое говоришь? Алекс… Да как ты можешь? Масик, я же… — боже, а ведь я такой была. Совсем недавно. По-настоящему такой. Он всегда меня заставлял чувствовать вину, даже когда я была невиновна. Это ужасно. И самое страшное, что я считала это нормальным. И я готова была служить своему идолу. А теперь словно пелена спадает с глаз. И я начинаю понимать, что все может быть совсем иначе. Боря показал мне, что я могу быть принцессой. Настоящей, не по праву рождения, а по факту того, что я желанна и любима. К горлу подскакивает тошнота. Черт, какие мы с девчонками дуры.
— Масиком иди своего трахаря зови, шлюха. Все вы… Все… И отцу своему передай, что я не люблю порченый товар. Свадьбу свою засуньте…
— А ты ничего не попутал, бес? — голос Бориса гремит. Он словно вырастает из воздуха такой надежный, такой яростный. Он настоящий мужик. С ним спокойно и тепло. И он сейчас действительно зол. Он ведь ударит Алекса, и все наши планы полетят псу под хвост. У меня слезы на глаза наворачиваются. Настоящие. И не от оскорблений. Мне просто страшно обидно, что я столько времени потратила на ничтожество.
— Борис, не надо, пусть он идет. Пусть… Пусть уходит.
Провожаю взглядом Алекса, смотрю как он на ходу достает телефон. Мальке звонит. Больше некому.
— Все хорошо, Боря, — я улыбаюсь, чувствуя сильную мужскую руку у себя на талии.
— Я ведь его убить хотел. Я бы
