Сладкая месть. Кексик для соседа - Слава Зорина
Это было то, чего мне всегда не хватало. Не просто любовь, а семья. Место, где можно быть собой. Люди, которые ценят тебя таким, какой ты есть.
Стрелки приближались к полуночи.
— Загадаешь желание? — спросил Демид.
— А мое уже сбылось.
Куранты начали бить. Один. Два. Три… Город взорвался салютом, яркие вспышки озаряли небо, отражаясь на снегу.
— С Новым годом, — прошептала я.
— С Новым годом, Алиса.
Эпилог
Год спустя
Снег снова падал за окном, крупными хлопьями оседая на вывеске пекарни. Я стояла на табуретке с расписным шаром.
— Выше, — сказал Демид, придерживая меня за талию. — Еще чуть-чуть.
Я повесила шар на верхнюю ветку. Елка стояла в углу пекарни, у большого окна, и каждый прохожий мог видеть ее с улицы. Лена настояла, говорила, что елка привлекает клиентов, и была права. За последний год пекарня стала популярным местом. Очередь выстраивалась с утра, заказы расписаны на месяц вперед.
— Готово, — выдохнула я, слезая с табуретки.
Демид поймал меня, обнял. Рука легла на округлившийся, выпирающий под свитером живот. Врач сказал, что все идет хорошо, и у нас будет мальчик. Мы еще не решили, как назовем, но Демид предложил имя Петр. Мне понравилось.
Барон лежал у ног, положив морду на лапы. За год у него появилась седина на морде, а движения стали чуть медленнее, но глаза остались такими же умными, внимательными.
— Красивая елка, — сказал Демид, глядя на нее.
— Ты хорошо выбрал игрушки. — Я повернулась к нему. — Каждая особенная.
— Каждая с историей. — Он провел пальцем по золоченому ангелу.
Я смотрела на него и думала: счастье в деталях. В том, как он поправляет игрушку на ветке, наклонив голову набок. В запахе пряников и краски, в жизни, которую мы строили вместе, медленно, терпеливо, как реставрируют старинные вещи.
Мы работали бок о бок. Я пекла торты, Демид восстанавливал антиквариат. Вечерами поднимались в квартиру, ужинали вместе, смотрели кино или просто сидели в тишине. Иногда Лена заезжала с новостями, Степа приводил детей за пирожными. Жизнь была простой и понятной, тихой и счастливой…
— Алиса, — позвал Демид.
Я подняла глаза. Он стоял рядом с тортом, украшенным марципановыми фигурками. Деда Мороза, Снегурочки, елочки, снеговика. Я делала его для новогоднего корпоратива, но сама не могла оторвать взгляд. Получилось красиво.
— Что? — спросила я.
— Год назад ты вернула меня к жизни, — сказал он. Голос звучал серьезно, но в глазах читалась нежность. — Заставила поверить, что можно любить снова. Я точно знаю, что следующий год изменит нашу жизнь полностью.
Он положил руку на мой живот.
— Наше чудо.
— Не новогоднее, но можно сказать «сладкое». То пари изменило все.
Он поцеловал меня в макушку.
— Не устану тебя благодарить за то, что ты есть.
Барон поднялся, подошел к двери и заскулил тихонько. Демид засмеялся и отпустил меня.
— Пойду выведу его. Скоро вернемся, не скучай.
Он взял поводок, пристегнул к ошейнику Барона, и они вышли, оставив меня в пекарне.
Я смотрела в окно, как они идут по снегу: высокий мужчина и большой пес. Демид шел медленно, Барон трусил рядом. Моя не идеальная, но настоящая жизнь. С трещинами, которые мы залечили вместе, и с прошлым, которое научило нас ценить настоящее.
