Мятежный наследник - Элизабет Мичелс
Сент-Джеймс бросил на него быстрый взгляд, наливая чай. “ Как долго ты работал над последней частью?
“Поездка в карете в Лондон”.
“Тебе следовало проехать немного дольше”.
“Хммм... слишком много? Я поработаю над этим. Мне нужно, чтобы все было готово к следующему дню, если я собираюсь начать завтра вечером”.
“Без документации, без прототипа? Твои слова заведут тебя слишком далеко”.
“Сейчас 1817 год, Сент-Джеймс. Будущее! Эти люди могут либо бояться перемен, либо извлекать из них выгоду”. Он наклонился вперед, махнув рукой сквозь пар, поднимавшийся от чая мужчины. “Steam — это повсюду вокруг нас. И в будущем он будет доминировать. Скоро он преобразит каждый дом. Инвестиции в steam — это инвестиции в завтрашний день ”.
“Это убедит джентльменов выделить вам инвестиционные фонды?”
Эш поднял чайник со стола и заставил больше пара выходить из горшка. “Это произойдет, если они будут опасаться за безопасность своих поместий и средств к существованию”.
“Для того, чтобы это сработало, тебе нужно нечто большее, чем немного пара”, - ответил Сент-Джеймс. “И будь добр, поставь мой чайник обратно на стол. Так получилось, что я его люблю”.
Эш положил фарфоровый сервиз с розовыми цветами обратно на стол и закатил глаза. Последние семь лет он ни перед кем не отчитывался, а до этого не умел хорошо слушать. Было ли ошибкой вступление в ряды Запасных наследников? Он проглотил реплику, которая вертелась у него на языке, вместе с виски.
“Ты знал, чего я добивался, когда пригласил меня сюда”, - сказал Эш после долгой минуты молчания.
“Мой долг — обеспечить успех всех начинаний Запасных — успех, выходящий за рамки уничтожения одного лорда в городе. Если кончина лорда Райтуорта — единственное, что вас интересует, то, во что бы то ни стало, угостите его чашкой горячего чая и поговорите о надежде на будущее. Я уверен, что он одумается. ”
“Послушай, Сент-Джеймс, ты можешь либо участвовать, либо я продолжу без тебя и Запасных Наследников”.
“Я не помешал?” Гигант в ярко-синем пальто, выглядящий несколько знакомо, опустился на свободный стул за их столом, не дожидаясь ответа на свой вопрос. “Я провела адскую ночь, пытаясь догнать какого-то джентльмена, устроившего скандал на балу у моей семьи”. Он откинул свою белокурую голову назад и закрыл глаза, подняв руку, чтобы подать знак выпить, не глядя, заметили ли это.
“Преследовал этого человека по улицам, пока не потерял его след, и мне даже не сказали, что он сделал. Я не против немного побегать за запасными, но когда приказ исходит от моего отца, ты знаешь, как это может раздражать. И в конце концов я потерял ублюдка. Конечно, это было, когда я столкнулся с Харриетт. Ты помнишь Харриетт, Сент-Джеймс. Уже рассвело, прежде чем я смог убрать ее когти со своего...
“Брайс”, - сказал Сент-Джеймс, пытаясь привлечь внимание мужчины. “Брайс”.
Брайс открыл глаза и впервые оглядел сидящих за столом. “Кто ты, черт возьми, такой?” — спросил он Эша.
“Лорд Кросби, поставщик будущего, а будущее — это пар”, - предложил Эш, поднимая свой бокал в знак приветствия.
“Все еще нужно поработать”, - пробормотал Сент-Джеймс.
Брайс перевел взгляд с Эша на Сент-Джеймса и обратно. “Черт возьми. Ты был тем человеком, за которым я гонялся прошлой ночью. Сент-Джеймс, ты мог бы упомянуть об операции с запасными частями, которая происходила на балу у моей семьи. Не говоря уже о том, какого дьявола вчера вечером на балу у моей семьи что-то происходило. Я думал, мы договорились, что этого не должно было случиться после того инцидента несколько лет назад с...
“Успокойся, Брайс. Кросби здесь не знал о твоей принадлежности, иначе он бы вовлек тебя. Не так ли, Кросби?”
“Конечно, приятель”, - сказал Эш, зная, что было бы легче привлечь отца этого человека на свою сторону, если бы Эш заручился его помощью. Не говоря уже о том, что участие Брайса сэкономило бы ему некоторые усилия. Что касается прошлой ночи, Эш ни о чем не сожалел. Если бы он не пошел на бал к Диллсвортам, он бы никогда больше не увидел Эванджелину. Ha! Он все еще помнил ее имя. “Я не хочу нарушать равновесие вещей, ведь я только что прибыл и все такое”.
“Кросби, не так ли?” Спросил Брайс.
“Так и есть”, - сказал Эш с усмешкой. “Знаешь, у меня наверху есть целебное тонизирующее средство, которое заставит прошлую ночь практически исчезнуть из твоей памяти”. Произнося это, он взмахнул рукой — манерность, которую перенял у гадалки в прошлом году. Людям, казалось, понравился драматизм, который это придало его словам.
“А ты?” Спросил Брайс, отпивая из своего бокала.
“Нет, но тонизирующий напиток напоит тебя до такой степени, что ты перестанешь так сильно переживать из-за воспоминаний”.
“Он мне нравится, Сент-Джеймс”. Брайс от души рассмеялся, отчего задрожали оконные стекла. “Нам бы здесь не помешал кто-нибудь с чувством юмора, после того, как мы терпели твои загадочные взгляды”.
“Приятно знать, что я не единственный, кто удостоился этого взгляда”, - сказал Эш.
Брайс наклонился ближе, хотя и не пытался понизить голос. “Ты не спрашивал его о доме, не так ли? Он вообще не любит говорить об этом. Замолкает крепче, чем преисподняя старины Харриет, если вы понимаете, что я имею в виду.”
“Брайс”, - прервал его Сент-Джеймс. “Перед твоим приходом мы обсуждали небольшое дельце”.
“Тогда не обращай на меня внимания. Продолжай. Я буду молчать, как могила”.
“Это было бы настоящим подвигом”, - ответил Сент-Джеймс, поднимая руку и делая знак лакею выйти вперед. Мужчина положил большой лист бумаги в центр стола, затем с кивком отступил назад. Crosby Steam Works было напечатано крупными официальными буквами над каким-то рисунком.
“Я полагаю, это придаст некоторую убедительность вашим словам, помимо того, что вы будете размахивать руками, намекая на испарения”.
Эш посмотрел на набросанную схему с замысловатыми колесиками, соединяющими их линиями и пометками, нацарапанными карандашом по краям. Это действительно казалось техническим, но что это было? Он поднял глаза на Сент-Джеймса. “Это... что бы это ни было... будет выпускать пар?”
“В данный момент это вызывает визг и запах горящих волос”. Сент-Джеймс сделал глоток чая. “Конечно, свету не обязательно знать подробности”.
“Это действительно создает впечатление настоящего научного прогресса”, - предположил Эш, изучая бумагу и поворачивая рисунок,
