Через тернии к звездам. История создания самой большой сети апарт-отелей. Начало - Кирилл Александрович Кудинов
В Батуми я ехал на встречу с застройщиком, которого мне рекомендовал мой хороший приятель – консультант в сфере недвижимости. Предполагалось, что специалисты этой компании, которая работала с сетями Radisson и Wyndham, покажут мне самые интересные проекты в городе. Предварительно я написал директору по маркетингу этой компании о том, что я представитель доходной недвижимости Петербурга, хотел бы сделать интервью и, возможно, предложить сотрудничество. Он очень положительно отреагировал, сообщив, что в их компании есть большой интерес к российским инвесторам.
Первые нехорошие подозрения зашевелились у меня в голове после того, как я несколько дней не мог назначить встречу с директором по маркетингу. Но она все же состоялась, и мне даже удалось пообщаться и с директором самой строительной компании. Идея с интервью и обзором объектов ему очень понравилась, и мы договорились о съемках на следующий день. Но на встречу приехала пиар-менеджер.
– Извините, но сегодня интервью не получится, – радужно улыбнулась она.
– Подождите, но мы же договорились! – изумился я такой необязательности.
– Давайте завтра! – вновь улыбнулась пиар-менеджер.
На следующий день мы записали с ней хорошее интервью, но когда я попросил его запись, мне ее не отдали.
– Понимаете, наш пиар-менеджер допустил некоторые неточности, – смущенно произнес директор по маркетингу.
– Ничего страшного! – улыбнулся я. – Все спорные моменты я вырежу.
– И все же извините, но запись мы не отдадим, – заартачился мой собеседник.
– Да почему же? – спросил я.
– Понимаете, нашей Нани не понравилось, как она выглядела в кадре, – ответил директор по маркетингу. – А желание женщины – закон.
Так я узнал, что же такое грузинский менталитет, о котором слышал и раньше, но считал все злыми наветами и инсинуациями. Однако собственный опыт убедил меня в обратном. Потеряв фактически впустую почти неделю, я понял, что на этом тема грузинской недвижимости для меня закрыта. К тому же у меня появилось множество вопросов относительно качества стройки, работы управляющей компании и реальных показателей доходности, которые сильно отличались от декларируемых.
Между тем вновь позвонила Виктория и сообщила, что в одну из наших квартир в жилом фонде заявились четверо представителей Следственного комитета. Правоохранители выгнали жильцов из их комнат, сообщив им, что, по данным Следкома, в квартире действует бордель, и провели обыск. Поскольку на самом деле в помещении, конечно, не было никакого публичного дома, стражи порядка ушли восвояси. Но осадочек, как говорится, остался. Так что я подключил к этому делу своих юристов.
Еще неделю я провел в Турции, общаясь со специалистами Expert Property о партнерстве и обдумывая сложившуюся ситуацию с СК. В то же время я понял, что не готов отсиживаться и наблюдать издалека, как доблестные представители госструктур прессуют мой бизнес. Хотя Игорь и его друзья, равно как и мои родители, рекомендовали переждать какое-то время. Я же решил, что Россия – все-таки моя страна, там у меня бизнес, так что надо лететь обратно и работать дальше. С тем я и вернулся в Питер.
Дома меня уже ждали «маски-шоу». Пятеро представителей Следкома заявились во вторую нашу квартиру. На этот раз они сообщили, что заведено уголовное дело.
– На кого? И за что? – задали разумные вопросы жильцы.
– Статья 216. Пункт 1. «Нарушение правил безопасности при ведении строительных или иных работ, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба», – ответили следкомовцы.
– А кто пострадал? – последовал логичный вопрос жильцов. – Против кого возбуждено дело?
– Пока никого, – улыбались стражи порядка. – Пострадавших пока нет. Но скоро все появится. Не переживайте.
Тем временем мои юристы нашли человека из Следственного комитета, который согласился со мной встретиться на предмет прояснения ситуации.
– Вы кому-то очень сильно перешли дорогу. Кто-то настроен категорически против вашей деятельности, – сказал он мне на встрече. – Но все можно решить. Цена вопроса – восемь миллионов.
– За что? – изумился я. – Где доказательства финансового ущерба? Где потерпевшие, получившие вред здоровью? На чем вообще базируется обвинение?
– Вы же понимаете, при необходимости все появится по щелчку пальца, но до этого ситуацию лучше не доводить, – пожал плечами мой визави.
– Но кто хоть фигурант уголовного дела? Кто обвиняемый? Его же нет! – не унимался я.
– Пока нет, – многозначительно посмотрел на меня человек из Следкома. – Но, как мне шепнули, если господин Кудинов не будет выходить на диалог и останется таким же несговорчивым, то обвиняемый быстро появится. Надеюсь, не надо объяснять, кто именно?
– Чудны дела твои, Господи, – только и произнес я.
– В общем, так: рекомендуемый срок оплаты – 1 ноября, – вставая, сказал следкомовец. – Советую принять положительное решение, потому что в дальнейшем сумма будет увеличиваться.
В серьезности намерений моего неизвестного врага я убедился быстро. Буквально через неделю в нашу очередную квартиру вновь нагрянули правоохранители. На этот раз они опечатали помещение как вещественное доказательство и выставили жильцов на улицу. Такие же рейды начались и на других наших объектах.
– Ребят, ну это просто полный беспредел, – сказал я, собрав всех своих юристов. – У меня других слов нет. Что будем делать?
– Для начала напишем в прокуратуру высшей инстанции и в службу собственной безопасности, – ответили мне юристы. – Ну и будем искать людей, которые могут повлиять на ситуацию.
Само собой, что наши обращения в правоохранительные органы не дали абсолютно никаких результатов. Ответом было полное молчание. Тогда я нашел человека в правительственных структурах, чтобы хотя бы через него понять природу всех этих наездов.
– Это нормальная история, Кирилл. Вообще очень странно, что вы отработали шесть лет, у вас серьезный бизнес, и к вам никто не приходил. Но ты не волнуйся, – успокоил меня высокопоставленный правительственный чиновник. – Есть у меня один серьезный человечек, сам пользуюсь его услугами. Он все прикроет. Я тебе его телефончик чуть позже скину.
Но в оговоренное время обещанного телефона так я и не получил. Что ж, если Магомет не идет к горе, то гора идет к Магомету, подумал я, набирая номер чиновника.
– Кирилл, тут такое дело, – торопливо ответил он. – Человек сейчас в отпуске. Вернется через недельку.
Через неделю я услышал от чиновника такой ответ:
– Слушай, Кирилл, мой человек не хочет браться за твое дело. Сам понимаешь, не готов брать незнакомых.
– Понял, спасибо, – ответил я и продолжил искать кого-то, кто сможет мне помочь.
Через некоторое время я вышел на юридическую компанию, которая специализировалась именно на «наездах» на бизнесменов. Меня принял директор фирмы в роскошном офисе на 25-м этаже.
– Ну что ж, ситуация мне понятна, – сказал он. – Такие вопросы мы не раз решали. Тем более я знаю следователя, который вас кошмарит, и знаю руководителя Следкома Центрального района.
– Ну наконец-то хоть
