Дети тьмы - Джонатан Джэнз
Я спешил по туннелю с мачете в одной руке и фонариком в другой, ошеломленный чувством нереальности происходящего. Я только что убил Карла Паджетта, самого известного детоубийцу на Среднем Западе, Бедфордского Каннибала. Паджетта-Ножа.
Убил.
Своими руками.
Я углубился в пещеру, бледное сияние плясало на стенах: у меня тряслись руки. За углом туннель расширялся.
Дрожащий луч выхватил из тьмы грубые рисунки. Я бы счел, что их оставили пещерные люди, но они были свежими. По коже побежали мурашки, когда я увидел Детей, пожиравших невинных людей. Тощие белые фигуры – сплошь зубы и глаза. Рты их жертв, распахнутые в безмолвном крике.
Паджетт создал Детям святилище.
Дальше на стене я различил еще несколько фигур, незнакомых, но не менее жутких. Там были черные твари с большими крыльями и светящимися красными глазами. И один огромный чернокрылый монстр, возможно, отец или мать остальных. Я прокрался в пещеру, силясь уловить малейший звук. Из тьмы возник новый рисунок – другое Дитя, в пять раз больше и сильнее прочих.
Неужели подобный монстр существовал?
Я посмотрел на пол пещеры. Различил несколько хлебных корок, обертку от вяленой говядины. Приготовился увидеть маленькие ручки и ножки, разбросанные по пещере, как части кукол. «Нет, – подумал я. – Только не Пич. Пожалуйста, пусть с ней все будет хорошо». Я обогнул угол и направил фонарик на дальнюю стену.
Луч выхватил из темноты пару маленьких розовых кроссовок с флуоресцентными желтыми вставками «Найк». Рядом были другие, подешевле, тоже розовые, но выцветшие и без бренда.
В кроссовках были ноги. Лодыжки. Голени. Колени.
Я поднял фонарик повыше.
Прищурившись, на меня смотрели два маленьких лица.
– Уходи! – закричала Пич.
«Она жива», – подумал я, и все мое тело обмякло. Я понял, что она меня не видит – только темную фигуру с фонариком в руке.
– О боже, Пич, – выдохнул я и побежал к ней.
Она ахнула.
– Уилл?
Я упал на колени и обнял ее. Джулиет громко всхлипывала, стараясь сдержать слезы ужаса.
Пич плакала, но ее тело было прямым, как доска, а голос – лихорадочным.
– Уилл, он идет! Тебе нужно бежать…
– Он мертв, – попытался сказать я, но и сам всхлипывал слишком сильно, чтобы она поняла.
Она оттолкнула меня.
– Нет, Уилл. Он вернется и убьет тебя!
Я отстранился от Пич и посветил на нее фонариком.
– Он тебе руки не связал? Как он держал вас здесь?
В ее полных слез глазах появилась мольба.
– Он сказал, что убьет нас, если мы попытаемся уйти.
Я подавил крик ярости. Сделал ли он им больно?
– Слушай, – сказал я. – Нужно отсюда выбираться.
– Но он…
– Он мертв, Пич! – оборвал ее я. Я возненавидел себя, когда она от меня отшатнулась, но хотел, чтобы она поняла, хотел вытащить их отсюда. Дети все еще таились неподалеку.
– Он в туннеле, – объяснил я. – Я убил его мачете.
– Что такое ма…
– Большой нож, – нетерпеливо сказал я и поднял его к свету, чтобы она увидела.
– Это кровь? – спросила она, вытаращившись на лезвие.
– Да, – ответил я. – Паджетта. А теперь вставайте, пока Дети не пришли.
– Дети? – снова спросила она.
«Господи, – подумал я. – Неужели это и значит быть родителем?»
Я кое-как заставил их встать. Джулиет все время всхлипывала и так тяжело дышала, что мне казалось, ее грудь взорвется. Но наконец-то мы двинулись в путь.
– Держитесь за мои боковые карманы, – сказал я. Так мы с сестрой ходили по улице, если у меня были заняты руки.
– Почему? – спросила Пич.
– Мне нужно держать фонарик.
– А можно я его возьму? – попросила она.
– Держитесь за карманы, – повторил я.
Мы приближались к месту, где я оставил Паджетта. Нужно было проявить осторожность. Необходимо было осветить туннель и найти тело. Если этого не сделать, мы могли запнуться и угодить в лужу крови. Если Пич и Джулиет еще не испугались до смерти, падение на труп их добьет.
Но если мертвеца будет видно слишком хорошо, девчонки разбегутся, визжа от ужаса.
– Пич, – сказал я. – Закрой глаза. Ты тоже, Джулиет.
– Это мерзко? – спросила Джулиет. Она впервые открыла рот.
Я вспомнил, как всадил мачете в живот Паджетту. Жуткое хлюпанье. Поток крови.
– Да, – сказал я. – Очень.
Джулиет вздрогнула у моего бедра, но глаза закрыла.
Я посмотрел на Пич: она тоже.
Мы подошли к месту, где, как я думал, осталось тело. Я гордился тем, что взял с собой мачете. В фильмах ужасов главный герой обычно слишком потрясен после убийства маньяка, чтобы забрать его оружие.
Мы крались по туннелю, девочки прижимались к моим ногам.
Ни следа Паджетта.
Я нахмурился.
– Мы еще не прошли? – спросила Пич.
– Тихо, – сказал я, всматриваясь во тьму.
Ничего.
Неужели Паджетт сбежал?
«Это могло быть правдой, – осознал я. – Я ведь только ранил его в живот».
Но что случилось с телом Брэда? Я знал, что он мертв, так что если он не превратился в зомби…
Впереди стал виден блеклый просвет. Мы приближались к выходу из пещеры.
Я думал, что услышу крики, вопли, звуки борьбы. Но либо драка с Паджеттом уже случилась, либо ребята просто ждали нас.
Какая-то бессмыслица.
– Что такое, Уилл? – спросила Пич.
– Помолчи, – ответил я.
Она не протестовала, но ее тело было напряжено.
Просвет стал ярче. Я подумал, что мы примерно в двадцати ярдах от входа, но все еще не видел Паджетта. Может, где-то было ответвление от туннеля, которое я не заметил? Наверное, так. Иначе куда Паджетт утащил Брэда? Где…
Что-то врезалось в меня.
В стене туннеля была маленькая ниша, пространство, заполненное тенью, и из него на меня налетел мертвый Брэд Рэлстон.
Я закричал, охваченный детским ужасом перед зомби и другими чудовищами. Тяжелое тело Брэда придавило меня к стене. Я лихорадочно колотил по нему и в конце концов сумел оттолкнуть. Брэд упал на пол. Мертвый, понял я. Несмотря на рану в животе, Паджетт сумел затащить крупное тело в нишу и швырнуть в меня в нужный момент.
Меня ждало новое потрясение, хуже прежнего.
Паджетт схватил Пич.
Они шли к свету.
Таща за собой Джулиет, я бросился за ними.
Кошмарный калейдоскоп образов обрушился на нас, когда мы вышли из темноты.
Ребекка бежала к нам – во взгляде ужас.
Курт Фишер застыл около ржавого голубого «Студебекера», прикрыв ладонью рот; его глаза округлились от страха.
Крис оцепенел на краю поляны.
Мия показывала пальцем на две фигуры, появившиеся из пещеры незадолго до нас.
Они стояли в центре поляны.
Карл Паджетт и моя сестра.
Паджетт прижал пистолет к виску Пич.
– Отпусти ее! – закричала Мия.
Ребекка была в десяти футах от них, когда Паджетт к ней развернулся, подняв мою сестру в воздух.
– Замри! – приказал он.
Я проклял свои небрежность и неумелость. Теперь
