Страшные сказки о нечистой силе - Автор Неизвестен -- Народные сказки
Поутру дед встал, собрался и пошел за сыном. Приходит к колдуну. «Ну, старик, – говорит колдун, – выучил я твоего сына всяким хитростям. Только если не узнаешь его, оставаться ему при мне на веки вечные!» Выпустил колдун двенадцать голубей: «Узнавай, старик, своего!» – «Мудрено узнать: ишь, все ровны». Стали голуби летать, а один все повыше других забирает. Старик заприметил его и говорит: «Надо быть, это мой». «Узнал, дедушка!» – отвечает колдун. Потом вывел колдун двенадцать коней. Стал дед ходить вокруг тех коней да приглядываться. Топнул один конь правой ногой; старик сейчас же на него показал и говорит: «Надо быть, это мой». «Узнал, дедушка», – отвечает колдун. Наконец, явились двенадцать добрых молодцев – рост в рост, волос в волос, голос в голос, все на одно лицо и одежой ровны. Дед раз прошел мимо тех молодцов – ничего не заприметил, в другой раз – прошел – тоже ничего, а как проходил в третий раз, увидал у одного молодца на правой щеке малую мушку и говорит: «Надо быть, это мой». «Узнал, узнал, дедушка, – сказал колдун. – Только не своим ты умом дошел, а сын тебя научил, меня, колдуна, перехитрил».
Взял старик сына и пошел с ним домой. На ту пору скачут охотники, гонят красного зверя, лисицу. «Батюшка, – говорит сын, – я обернусь борзой собакой и схвачу лисицу. Как наедут охотники и станут отбивать зверя, скажи им: „Господа охотники! У меня свой пес, я тем свою голову кормлю“. Захотят охотники меня купить и будут давать тебе хорошие деньги. Ты меня и продай. Только ошейника с веревкой ни за что не отдавай». Тотчас обернулся он борзой собакой, погнался за лисой и схватил ее. Наехали охотники. «Ах ты, старый! – кричат. – Зачем пришел сюда нашу охоту перенимать?» – «Господа охотники! У меня свой пес, я тем голову свою кормлю». – «Продай его нам». – «Купите». – «Сколько хочешь?» – «Сто рублей». Охотники и торговаться не стали, заплатили ему сто рублей и берут себе собаку, а старик снимает с нее ошейник и веревку. «Что ж ты веревку тащишь?» – «И-и, кормильцы! Мое дело дорожное: оборвется на лаптях оборка – навязать пригодится». «Ну, ладно, возьми себе!» – сказали охотники, накинули на собаку свою привязь и ударили по лошадям. Ехали-ехали, глядь – бежит лисица; пустили они за ней своих собак; те гоняли-гоняли, никак догнать не могли. Вот и говорит один охотник: «Пустимте, братцы, новую собаку». Пустили – да только и видели: лиса – в одну сторону, а собака в другую… Нагнала старика, ударилась о сырую землю и сделалась молодцем по-прежнему.
Пошел старик с сыном дальше. Подходит к озеру; охотники стреляют гусей, лебедей, серых уток. Летит стая гусиная, и говорит сын отцу: «Батюшка, я обернусь ясным соколом и стану хватать-побивать гусей; придут к тебе охотники, начнут приставать, ты им скажи: „У меня свой сокол есть, я тем голову свою кормлю!“ Будут они торговать сокола – ты птицу продай, а путцев ни за что не отдавай!» Обернулся молодец ясным соколом, поднялся выше стада гусиного и стал гусей хватать-побивать да на землю кидать. Старик едва в кучу собирать поспевает. Как увидали охотники такую добычу, прибежали к старику. «Ах ты, старый! Зачем пришел сюда нашу охоту перенимать?» – «Господа охотники! У меня свой сокол есть, я тем свою голову кормлю». – «Не продашь ли сокола?» – «Отчего не продать, купите!» – «А дорого?» – «Два ста рублей». Охотники заплатили деньги и берут себе сокола, а старик путцы снимает. «Что ж ты путцы снимаешь, аль жалко?» – «И-и, кормильцы, мое дело дорожное: оборвется на лаптишках оборка – навязать пригодится». Охотники не стали спорить и пошли отыскивать дичь. Долго ли, коротко ли – летит стадо гусиное. «Пустимте, братцы, сокола!» Пустили – да только и видели. Сокол поднялся повыше стада гусиного и полетел вслед за стариком; нагнал его, ударился о сырую землю и сделался молодцем по-прежнему. Воротились они домой и зажили себе припеваючи.
В воскресенье говорит сын отцу: «Батюшка, я обернусь нынче конем. Веди ты меня на торг, только смотри: коня продай, а уздечки не моги продавать, не то домой не ворочусь». Ударился молодец о сырую землю, сделался славным конем, и повел его дед на базар продавать. Обступили старика торговые люди, все барышники: тот дает дорого, другой дает дорого, а колдун тут же явился и дает дороже всех. Старик не признал его и продал ему сына, а уздечки не отдает. «Как же я поведу коня? – говорит колдун. – Дай хоть до двора довести, а там, пожалуй, бери уздечку: она мне не в корысть». Тут все барышники на старика накинулись: «Так не водится: продал коня – продал и уздечку». Нечего делать – отдал старик уздечку. Колдун привел коня к себе на двор, поставил в конюшню, крепко привязал к кольцу и высоко притянул ему голову. Стоит конь на одних задних ногах, передние до земли не достают.
«Ну, дочка, – говорит колдун, – ведь я купил нашего хитреца». – «Где же он?» – захотела она подлинней отпустить повод, стала распутывать, а конь, как затряс головой, сбросил с себя узду, вырвался и побежал в чистое поле. Дочь к отцу кинулась: «Батюшка! Что я наделала! Ведь конь-то убежал». Колдун ударился о сырую землю, обернулся серым волком и пустился в погоню… Вот близко, вот нагонит! Конь прибежал к реке, ударился о землю, обернулся ершом – и бултых в воду. А волк за ним щукою. Ерш плыл-плыл водою, добрался к плотам, где красные девицы белье полоскали, перекинулся золотым колечком и подкатился к купеческой дочери прямо под руку. Купеческая дочь увидала колечко, подхватила и на пальчик надела. А колдун сделался по-прежнему человеком и пристает к ней: «Отдай мое золотое колечко!» «Бери», – говорит красная девица и бросила кольцо наземь. Как ударилось оно – в ту Минуту рассыпалось мелким жемчугом.
