Бездна - Николас Биндж
Медленно и намеренно она откладывает клавиатуру и разворачивает кресло — как бы подчёркивая, что её отвлекают от очень важного дела.
— Что значит «уходить»?
— Уходить из здания. Идти домой.
— Это и есть дом.
— Тогда где вы спите?
Она громко вздыхает — видно, что всё ещё злится на этот вопрос. Встаёт, подходит к картотечному шкафу и выдвигает ящик. Пустые фоторамки на верхушке звякают. Она вытаскивает длинный листок бумаги и размахивает им перед ним.
— Вы видите это? Это количество задач, которые мне нужно выполнить сегодня. Сегодня! Я уже катастрофически отстаю. А если я не доделаю сегодня — завтра отстану ещё больше, вот почему я работаю через обед. Или пыталась. — Джо смотрит на часы: 16:26. — Значит, нет, я не сплю. Ладно? Слишком занята! Слишком много дел!
— Вы не спите?
— Я… я не сплю уже семь лет, — бормочет она, и голос её ломается, тело оседает. Под раздражением — тихое отчаяние. — Если я отстану, это плохо скажется на моей аттестации. Так что, пожалуйста, оставьте меня в покое.
Глаза её — влажные и умоляющие — смотрят на Джо с единственным желанием: чтобы он вышел из комнаты.
Горло у Джо перехватывает — такое искреннее проявление уязвимости.
— Просто я… я не знаю, как выйти.
Она выпрямляется и одаривает его доброй улыбкой — промельк другой женщины, проталкивающейся на поверхность: кто-то по-настоящему заботливый. Но пока она появляется, Джо видит, как та борется с нарастающей тревогой. Нервный взгляд на компьютер. На объём работы. На время.
— У вас всё будет хорошо, — говорит она. Потом, сглотнув: — Но вам правда надо уходить. Я не могу вам помочь.
Джо качает головой. Достав из кармана листок бумаги, который ему дал Вёрджил, он кладёт его на стол.
— Посмотрите на это.
Хильда хмурится, поднимая листок.
— Что это?
— Не знаю, — признаётся Джо. — Просто… просто посмотрите, ладно?
И она смотрит.
Страница втягивает её взгляд — и все нервные взглядывания в стороны исчезают. Сосредоточенность её так интенсивна, так неотрывна, что рука начинает дрожать от самого напряжения.
— Хильда? — спрашивает Джо. — Вы в порядке?
Медленно — будто преодолевая силу тяжести — она отрывает взгляд от уравнения.
— Где я?
— В IT-офисе, в Ponos.
Она кивает.
— Да-да. Помню. Прости. И ты Джозеф, верно? Джо. Прости. Я так погрузилась в… в нечто, что казалось таким важным, — а теперь, хоть убей, не пойму, чем это было так принципиально.
Джо облегчённо вздыхает. Хильда, на мгновение проглянувшая сквозь поверхность, кажется, выкарабкалась, и ему нужно использовать это как можно скорее — прежде чем он снова её потеряет.
Ему нужно выбраться. Вытащить их обоих. А для этого нужны ответы.
— Как давно вы здесь работаете?
Она хмурится — как будто вопрос её озадачивает. Прижимает руку к голове, закрывает глаза.
— Я работаю здесь всю свою жизнь.
— Правда? Но вы же не могли здесь родиться.
Она качает головой.
— Нет… я имею в виду… — Она отворачивается и начинает осматривать комнату — будто видит её впервые. Берёт зубную щётку — кладёт обратно. Разглядывает пустые обёртки от сэндвичей.
Очень тихо она говорит:
— Я не помню жизни до этой комнаты.
Горло у Джо сжимается.
— Что?
Широко открытые глаза Хильды смотрят на него в поисках помощи.
— Когда я пытаюсь вспомнить — там… там ничего нет.
Глубокий колодец страха, который копился в нём с того момента, как Вёрджил застрелил того человека, искажается — раздуваясь, прорываясь на поверхность. Внутренности скручивает. Хильда полностью потеряла почву под ногами.
Если Джо не найдёт выход — это будет его судьба.
Боль в животе усиливается, и ему приходится наклониться вперёд — он опирается руками о стол посреди комнаты. Он опускается на колени, дыхание приходит урывками, которые едва удаётся поймать.
Что же со мной не так? — думает он, но остановиться не может — и с каждым тяжёлым вздохом нос и горло заполняются, а глаза намокают. Нет, невозможно. Это слишком. Просто всего слишком.
