Фэнкуан: циклон смерти - Женя Дени
Егор двинулся дальше, стараясь ступать как можно тише. И тут услышал: кап-кап-кап… На перила, у которых он стоял секунду назад, сверху падали мелкие, тяжёлые капельки крови. Он поднял глаза наверх и встретился взглядом с голодными, безумными, ничего не выражающими глазами рыжеволосой женщины. Всё её лицо было разрисовано кровавыми разводами, а чей-то мясной фарш прилип к губам, свисая отвратительными, влажными кусками. Она смотрела на потенциальную жертву и начала медленно, но неуклонно спускаться вниз. Благо, их разделяло теперь целых пять этажей, так что время на раздумья оставалось.
— Не в моём вкусе, — коротко бросил Егор и, не тратя ни секунды, прибавил шагу, ускоряясь вниз. — Жди другой поезд.
В экстренной ситуации он почти не замечал плохого самочувствия, оставшегося после интоксикации препаратом Евы, борьба за выживание отодвинула слабость куда-то на третий план, сделав её почти неощутимой, заглушив все побочные эффекты приливом адреналина.
— Отлично… Ещё один этаж, и наконец-то парковка, — прошептал Егор, чувствуя, как внутри поднимается воодушевление и долгожданное моральное облегчение.
Проходя мимо выхода на первый этаж, он услышал приглушённый, надрывный плач девушки и грубые, низкие мужские голоса, доносившиеся из-за двери.
— Дуй дальше, не твоя забота, — приказал он себе, машинально поднимая глаза вверх, чтобы проверить, преследует ли его рыжая или уже отстала. Преследует. Никуда не делась, ковыляет себе по ступеням.
— Неет! Пожалуйста-а-а! Нееээээт! — женский визг оборвался резко, на самой высокой ноте, но следом за ним послышался мужской громкий, пьяный, издевательский гвалт и мерзкий, раскатистый гогот.
Егор замер на ступеньках, ведущих на парковку. В висках резко, болезненно запульсировало, сердце заколотилось о рёбра тяжёлыми, глухими ударами. Это оно постучало в дверь совести, как бы давая понять, что просто так взять и уйти, отвернуться от чужой беды нельзя.
— Чо там? — послышалось за дверью первого этажа. — Ты слышишь, нет?
Окно в двери было чем-то заклеено. Похоже, куском газеты или листовкой, видимо, чтобы случайные прохожие или заражённые не увидели живых людей сквозь мутное стекло.
— Ни хрена не слышу, — ответил второй голос, ленивый и равнодушный. — Эта сука так орёт, услышишь тут чо!
— Да не орёт она уже, — хохотнул третий. — Вон как наяривает, гы-гы.
— Иди займи нам очередь пока что.
— Так я уже вообще-то.
— Тихо, бля! — резко оборвал их кто-то, видимо, более старший или просто более трезвый. — Слышите?
Они тоже услышали приближающиеся шаги рыжей на лестнице. Егор по-прежнему стоял на месте, не двигаясь ни вперёд, ни назад. Ему оставалось пройти каких-то шесть ступенек вниз, дойти до прозрачной двери на паркинг и выйти на свободу. Но он стоял, не в силах сделать выбор.
Рыжая, увидев его неподвижную фигуру, не поверила своему счастью. Она обрадованно заурчала, издала гортанный, радостно-голодный звук и, потеряв равновесие, кубарем покатилась вниз по лестнице, ударяясь о каждую ступеньку.
— Бля, ты слышал?
— Кто-то ёбнулся!
Егор тоже, естественно, слышал, как она падает, и слышал, как с противным хрустом ломается её шейный отдел. Однако, кажется, она всё ещё оставалась жива, потому что позади него доносилось жуткое, булькающее хрипение: что-то среднее между стоном и предсмертным клокотанием.
— Дай гляну.
— Нет! Вдруг там их много и они сюда ворвутся!
— Да дай гляну, мля! — один из мужиков отодвинул край мокрой газеты и через запотевшее, перепачканное стекло попытался разглядеть, что творится на лестничной клетке.
— Опа… — присвистнул он, разглядев распростёртое тело. — Минус одна. Это Оля с четырнадцатого.
— Зомбячка?
— Конечно, зомбячка, — хмыкнул наблюдатель с явной насмешкой. — У неё точно шея свернута, а он вон как дрыгается.
— Сколько этих уродов ещё там?
— Да никого… вроде…
— Хорошо, что мы забаррикадировались.
— Угу. Только лифты-то работают!
— Так нам и надо, чтобы они работали, — довольно заметил кто-то из компании. — Зомбаки ими пользоваться всё равно не умеют. А так мы хоть по хатам прошвырнёмся, плюс выход на парковку и на крышу.
— Сдался тебе выход на крышу, бля.
— Ты тупой, баклан, — огрызнулись в ответ. — За Валериком же батяня прилетит. Тут же вертолётная площадка над патио.
— Главное, чтобы нас забрали, — подытожил третий. — На остальное нам похер.
— Значит, дверь закрыта, — подумал про себя Егор. — Ну что ж… тогда прокатимся на лифте.
Он бесшумно спустился по последним ступенькам и толкнул стеклянную дверь, ведущую на парковку.
— Бля, опять какие-то звуки? — прозвучало с первого этажа.
Егор знал: эти крысы в любом случае ничего не поняли и не поймут. Будут думать, что там очередной заражённый шуршит на лестнице, не больше. Он достал смартфон из кармана и нажал на кнопку поиска машины. Аурус послушно моргнул фарами и коротко пискнул, отозвавшись где-то в десяти метрах от входа.
— Архграх.. — эхом разнеслось по парковке, отражаясь от бетонных стен и потолка.
Егор замер, прислушиваясь. Кто-то услышал сигнал и теперь медленно плёлся на звук. Однако понять, с какой именно стороны исходил шум, было совершенно невозможно, потому что замкнутое пространство с бесконечными рядами машин и бетонными колоннами безжалостно искажало звук, не давая определить направление. Он осторожно оглядывался по сторонам, но чем ближе подходил к своей машине, тем отчётливее слышал ещё один, совершенно другой звук: будто кто-то старательно пережёвывал хрустящие хрящи. Обогнув огромный внедорожник, Егор увидел своего сменщика Денисенко - вернее, то, что от него осталось. Его доедали без соли, без хлеба. Судя по всему, мама, папа и сын лет десяти. Семейка сидела на корточках вокруг распотрошённого тела и смачно, с наслаждением причмокивала, вгрызаясь в ещё тёплую человеческую плоть.
— Да уж… Семейное новогоднее застолье...— прокомментировал он, не скрывая отвращения.
Отец семейства отвлёкся от трапезы мгновенно, едва услышав его голос. Он уставился на Егора налившимися кровью глазами и попытался подняться на ноги. Однако не успел. А точнее, вообще никто из них подняться не успел. Каждый получил свою пулю точно в лоб, без всякой надежды на второй шанс.
— Эх, Костик… Что ж ты… —
