Рассказы 3. Степень безумия - Яков Пешин
Из офиса вышел расстроенный Валерий Эдуардович Хрычев – начальник Сережиного управления.
– Коллеги, наш коллега Иван зверски убит. С вами желает побеседовать следователь.
Поочередно входили в кабинет заместителя директора, где обосновался следователь. После разговора выходили и продолжали толпиться: в офис пока не пускали, домой тоже не отпускали. Дошла очередь и до Сергея.
– Вы знаете что-то об убийстве Ильюшкина? – маленький толстячок, похожий на бульдога, буравил его злым взглядом.
– А что я могу знать? – Сережа пожал плечами.
– Совсем ничего не знаете?
– Нет. Я даже не знал, что его убили.
– Но сейчас знаете? – толстячок подобрался.
– Знаю.
– Откуда?
– Вы мне сказали…
Повисла пауза, и хозяин кабинета, Хмурый Семен Семенович, воспользовался ею, чтобы наклониться к уху следователя и прошептать:
– Он у нас слегка странный…
Следователь смерил Сергея взглядом, будто прикидывая, мог ли он убить Ивана.
– Вы в каких отношениях с убитым находились?
– Работали вместе.
– Конфликты были?
– Нет. Какие у нас могут быть конфликты?
– Хорошо, – толстячок протянул протокол. – Подпишите.
Сергей подписал.
– Можете быть свободны.
– Сережа, – встал заместитель директора, – идите работать.
Сергей вышел из кабинета и послушно пошел на рабочее место. Сержант уже убрался, и хотя место Ивана было обтянуто лентой, а коллеги возбужденными пчелами гудели об убийстве, Сергей включил компьютер и погрузился в работу. Деликатное покашливание заставило повернуть голову. Ира Веселкина – профлидер с выдающимся бюстом – смотрела на Сергея густо подведенными глазами.
– Что?
– Мы на похороны Ивана по пятьсот рублей скидываемся.
– А я тут при чем?
– Все скидываются…
– Чем мои пятьсот рублей могут помочь покойнику?
– Мы же не помочь, – растерялась Веселкина.
– А зачем?
– Полагается же так…
– Кем полагается?
– Ну, знаешь! Это слишком! – профлидер свалила, возмущенно дыша и колыхаясь бюстовой необъятностью.
Сергей делал работу. К вечеру все свинтили, только Сергей продолжал работать, компенсируя потерянные полдня. Сквозь стеклянные двери был виден свет в кабинете замдиректора. Следователь корпел над делом. Сергей достал пузырек, открыл, вдохнул терпкий манящий запах и, как вчера, отрубился.
Придя в себя, он привычно зафиксировал время: 19:50. Стрелка из ногтей указывала на кабинет зама, где света уже не было. Собрав ногти, Сергей ушел домой.
Назавтра весь «офисный планктон» не пустили к офису. Коридор перегораживали двое злых лейтенантов в бронежилетах и с укороченными автоматами. Накануне были зверски убиты зам и следователь. Коллеги испуганно шептались, а Сергей пристроился на брошенном ресепшене и обзванивал контрагентов.
– У тебя нервы железные, – бледный гендиректор стоял перед стойкой. – Как можно в такие моменты о работе думать?
– О чем мне еще думать, Игорь Иванович? Мертвых не воскресить, а дело делать надо.
– Ты настоящий терминатор, – то ли с осуждением, то ли с восхищением сказал генеральный. – Но пойми, в фирме должен быть командный дух, одиночкам здесь не место. А ты, как говорят, не стал на похороны Ивана сбрасываться.
Сергей промолчал – что тут скажешь?
– И на Семена Семеновича не будешь скидываться?
– А надо?
– Ну знаешь!.. – директор ушел.
Сергей продолжил обзвон. К обеду пропустили в офис. Нынешний следователь сидел в кабинете второго зама, срочно ушедшего на больничный, под охраной двух автоматчиков и опрашивал сотрудников. К 16 часам дошла очередь до Сергея.
– Вы что-то можете пояснить? – щуплый следователь нервно дернул левым плечом.
– По вопросу?
– У вас в офисе три трупа, – зловещим шепотом сказал следователь, – а вы спрашиваете, по какому вопросу должны пояснить?
– Так точно.
Автоматчики переглянулись и крепче вцепились в автоматы.
– Вы наркотиками не балуетесь? – доверительно улыбнулся следователь.
– Не. А вы?
Следователь побагровел, выпучив глаза, как при базедовой болезни.
– У убитого Махрова пометочка про тебя была! – он вскочил со стула, нависнув над Сергеем. – Колись! – хлопнул ладонью по столу. – Это ты их убил, псих? Говори!
– Кто такой Махров? – Сергей смотрел задумчиво.
– Что? – растерялся следователь.
– Вы сказали, что у Махрова была пометочка про меня…
– Это убитый следователь.
– Скажите, а заключенным трудовой стаж идет?
– Чего?
– Заключенным, спрашиваю, пенсионный стаж для начисления пенсии учитывается?
Следователь долго молчал, гоняя желваки и глядя на Сергея. Потом с усилием взял себя в руки и сел на место.
– Идите, мы вызовем вас позже, – сказал устало.
Сергей вернулся на рабочее место и, открыв стол, задумчиво посмотрел на пузырек. Сомнений не было: содержимое пузырька явно было полезнее, чем клей, пускай даже и дешевый. Осталось придумать, как распорядиться внезапно свалившимся на голову могуществом. Приподнявшись, посмотрел на кабинет Хрычева. Допустим, его не станет… На его место сядет зам – вредная толстая женщина Лариса Викторовна, приходящаяся генеральному двоюродной сестрой. А на ее?.. Кроме Сергея, обладающего недюжинными математическими способностями и высокой организованностью, достойных кандидатур нет – это даже ЛВ (как ее звали за глаза подчиненные) при всей своей тупости должна была понять. Без него ЛВ даже простейший отчет не сможет подготовить. Остальные сотрудники сильны в угождении начальству и лести, но в работе разбираются через пень-колоду.
Значит, карьерный рост не за горами. С годик покантоваться замом, зарекомендовать себя, а там… Там, глядишь, и на похороны ЛВ придется по пятихатке собирать… Спрятал пузырек в карман опрятного, но поношенного пиджака, оставшегося от отца. Еще не вечер. Сегодня вряд ли, а вот на следующей неделе – отчеты, и начальнику управления волей-неволей придется задержаться сверхурочно. Кстати, о похоронах. Что там генеральный говорил про «командный дух»? Придется отложить по пятьсот рублей на похороны недоуска и Семена Семеновича, чтобы не выделяться из массы.
Набрал внутренний номер Веселкиной.
– Ира, это Сергей Ромчиков.
– Чего тебе? – неприветливо спросила Веселкина.
– Я решил сброситься на похороны.
– Молодец! Я в тебя верила! Сейчас зайти?
– Нет, я сам принесу, – положил трубку и, встав, еще раз пристально посмотрел на кабинет Хрычева. Сделал усилие, придавая лицу приветливое и слегка смущенное выражение.
Через пять месяцев Сергей был заместителем начальника управления, а еще через три месяца, сменив большую часть подчиненных, – самым успешным начальником управления в компании, и к нему уже присматривались из министерства… Маньяка, на кровавом счету которого было шесть до неузнаваемости изуродованных жертв, так и не нашли.
Аргос Бигбаев
Недобрый сказ о Пиковом Тузе
10
В такие дни так и хочется принести боль своему ближнему, и совсем не важно, за что и кому. Хочется кого-нибудь поколотить – без повода, без оправданий. Хочется высечь кого-нибудь кнутом, заставив трепетать и плакать. Хочется просто кого-нибудь убить, медленно и крайне жестоко.
В такие дни спасают лишь фантазии, глупые, безумные, жестокие фантазии. Когда хочется пошлости, мерзости, крови – всегда можно перечитать де Сада или сходить в Гран-Гиньоль, но не теперь,
