Фэнкуан: циклон смерти - Женя Дени
Временами Еву начинало мелко трясти, будто от озноба во время сильной лихорадки. По спине пробегали неприятные, колючие мурашки, а ладони становились влажными. Она лежала с широко открытыми глазами, уставившись в потолок, и чувствовала, как внутри нарастает тяжёлая, давящая тревога. Ева была совершенно уверена, что сегодня произойдёт что-то ужасное. Не завтра и не через неделю, а именно сегодня, в ближайшие часы.
В четыре часа утра она резко села на кровати, понимая, что всё равно не уснёт ни минуты. Пол в комнате был холодный, и ступни неприятно заныли, когда она встала на него босыми ногами. Ева осторожно включила вечернее освещение, потому что только такой свет почти не пробивался сквозь щели и не мог привлечь внимание её элитных пупкарей(надзирателей). Блэкаут-шторы были плотно задёрнуты лишь в спальне, поэтому она действовала предельно аккуратно, стараясь не включать никаких ярких источников.
На комоде у стены лежал её тревожный рюкзак. Ей вдруг отчаянно захотелось перепроверить его содержимое. Пальцы нервно забегали по вещам: вытаскивали их наружу, перебирали, оглядывали и тут же складывали обратно. Потом она начинала всё заново, и снова, и снова. От спешки вещи ложились неровно, криво, тяжёлые предметы давили на ткань изнутри, и в итоге рюкзак начинал напоминать тряпичный мешок, набитый острыми камнями. Ева прекрасно знала, как правильно укладывать снаряжение: тяжёлое должно лежать ближе к спине, мягкое распределяться по краям, а острые предметы прятаться между слоями одежды. Обычно она собирала всё быстро и аккуратно, однако сейчас пальцы её не слушались, путались в лямках и застёжках. Когда Ева нервничала, мозг превращался в густую кашу, мысли разбегались в разные стороны, движения становились бестолковыми, а любая простая задача внезапно превращалась в неразрешимую головоломку.
— Амёба, — мрачно подумала она про себя.
Так как и за ней, и за соседом следили, с Юрой они договорились общаться необычным способом. Они использовали один и тот же почтовый ящик, но не отправляли письма друг другу. Каждый из них просто заходил в аккаунт, открывал новое сообщение и писал текст, после чего сохранял его в черновиках. Второй человек заходил позже, открывал тот же черновик, читал написанное, редактировал текст и снова сохранял. Фактически никакой переписки не происходило. Ни одно письмо не уходило через почтовые серверы, не проходило через маршрутизацию и не попадало в систему доставки сообщений. Вся информация оставалась внутри одного аккаунта как обычный несохранённый документ. Для автоматических систем мониторинга такая схема выглядит как обычная работа пользователя с почтой. Человек открыл черновик, что-то набрал, что-то удалил. Миллионы людей делают это каждый день. Чтобы обнаружить именно коммуникацию между двумя людьми, спецслужбам пришлось бы анализировать журналы входов в аккаунт, сравнивать IP-адреса, устройства, геолокацию и время активности. Но ведь это ещё и догадаться нужно - залезть в черновик объекта. Кроме того, сами тексты не передаются по сети как отдельные письма и не проходят через системы фильтрации, которые обычно анализируют отправляемую корреспонденцию. По сути это выглядело так, будто один человек просто постоянно редактирует собственный черновик.
Ева подошла к ноутбуку, откинула крышку и несколько секунд неподвижно смотрела на экран, чувствуя, как в груди снова начинает подниматься давящая тревога, от которой невозможно избавиться. Пальцы замерли над клавиатурой, так и не коснувшись клавиш. Ей отчаянно нужно было проверить, не оставил ли Юра сообщение, но этот увалень, как назло, ничего не написал. Откуда же Еве было знать, что сосед тоже не спит этой ночью и точно так же ждёт весточки от неё, то и дело поглядывая на экран своего телефона.
— Я приглашаю тебя на соски в тесте. Надеть фартук, они жирные. — быстро набрала она и, не перечитывая, отправила сообщение в черновик, после чего помчалась в туалет.
Юра, который только что закончил очередную кампанию в зомби-шутере, чисто машинально зашёл в почту проверить, нет ли чего нового. Увидев свежий черновик, он вытянул челюсть и несколько секунд тупо смотрел в монитор.
— Чего? — выдавил он наконец. — К-какие соски?
Он застучал по клавиатуре, чувствуя, как внутри закипает смесь недоумения и лёгкой паники:
— Соски?
Ответ пришёл через две минуты, когда он уже успел десять раз передумать всякое.
— Блин, СОСИСКИ! СОСИСКИ В ТЕСТЕ!
Юра облегчённо выдохнул, но расслабляться было рано.
— Хорошо, мне принести что-то к чаю? — набрал он.
— Багет.
— Мля, шо за багет? — пробормотал он вслух, почёсывая взъерошенный затылок, и уточнил в сообщении: — Какой именно?
— Подлиннее и потвёрже!
Юра перечитал переписку, и до него начало медленно доходить. Сосиски в тесте. Твёрдый и длинный багет. Он проморгался, потом протёр глаза и снова уставился в экран.
— У неё чо, овуляция?
В этот момент в соседней квартире Ева скривилась, как будто услышала его слова сквозь стены.
— Блин, у меня что, овуляция? — Она открыла приложение с женским циклом, пробежалась глазами по календарю и застонала. — Блин, реально… Я овуляшка. Ужас.
Она вновь заклацала маленькими пальчиками по клавиатуре, стараясь игнорировать внезапно проснувшееся либидо, которое сейчас было совсем некстати:
— Приходи после того как наш гость зайдёт в подъезд. Сразу же.
Юра прочитал и с мученическим видом откинулся на спинку кресла.
— Я чо, должен ещё у окна караулить? — простонал он в пустоту.
Ну а что поделать? Только у него окна выходили на обе стороны, и ему хотя бы частично было видно двор, в котором стоял Аурус орехового цвета с госномерами. Вообще, по уму, наверное, ФСОшкам стоило выбрать машину поскромнее, но служебная тачка есть служебная тачка.
К одиннадцати часам утра утомлённый своим бдением Юра наконец заметил движение. Из противоположного дома к Аурусу подошёл брюнет среднего роста в довольно странном прикиде, открыл дверцу и что-то взял изнутри и поговорил с водителем. Затем он резво направился в сторону подъезда, а сам водитель поехал на парковку под домом.
— Началось!
Юра так волновался, что, когда спрыгнул с подоконника, умудрился запнуться о собственные ноги, плашмя полететь вперёд и со всей дури приложиться подбородком об
