Фэнкуан: циклон смерти - Женя Дени
Он обрадовался, что сомнительная и неширокая дорога, петляющая между какими-то складами и промзонами, не привела их в белоснежный тупик, по крайней мере пока что. Колёса уверенно шли по спрессованному снегу, и это вселяло надежду.
— Угу. Всего ничего ехать осталось.
Ехать и правда оставалось совсем немного, но дальше всё оказалось затруднительно. Здесь, очевидно, ранее проезжали военные, и дорога действительно была более-менее чистой в плане снега, но подъезжая к торговому центру со стороны промзоны, они увидели, что всю парковку оцепили бетонными блоками, а по ним шла колючая проволока. Кое-где можно было едва протиснуться, не зацепившись.
— И вот нахера они это сделали? — выматерился Серёга, разглядывая непреодолимое заграждение.
— Чтоб не мародёрили, — коротко ответил Артём, глуша двигатель. — Выходим, что ли.
— Что ли выходим.
— Мужики, а чо тут? — Олег высунулся со своей монтировкой из корейца, озираясь по сторонам. — Нам бы поближе ко входу подобраться… Девчонок как-то ж надо забирать. Они могут быть не иммунными, вдруг заразу подхватят...
— Ну, как видишь, — Артём развёл руками, показывая на бетонные блоки. — Чо-нибудь придумаем.
— А ты чего это? — Олег наблюдал, как Тёма снимает с себя амуницию.
— Хочу под куртку пока убрать, если там кто-то стоит на точках, то у них явно будут ко мне вопросы.
— Здраво. — Серёга решил подымить, пока друг суетит снаряжением.
До торгового центра они дошли всего за пару минут бодрым шагом, увязая в снегу и стараясь ступать по натоптанной тропе. Внутри ограды тут никто ничего не расчищал.
До входа оставалось пять метров, как с террасы третьего этажа на них направили яркий луч фонаря, ослепляя и заставляя зажмуриться. Хотя освещение здания работало прекрасно, но это было сделано, чтобы поймать врасплох.
— Стоять! — раздался приглушённый респиратором голос. — Дальше проход запрещён! Здание на карантине. Разворачивайтесь и уходите тем же путём, которым пришли. Повторять не буду.
— Слушай, друг… — Олег шагнул вперёд и состроил самую жалобную мину, на какую только был способен. Вообще-то у него от природы имелось лицо побитого щенка. Такое выражение могло разжалобить кого угодно, хоть каменное сердце. — М-моя жена в торговом центре! Она успела мне позвонить, когда всё только начиналось, и сказала, что они с подругой спрятались…
— Я сказал, разворачивайтесь и уходите, — перебил его военный, и луч фонаря упёрся Олегу прямо в глаза, заставляя прикрываться рукой. — Здание закрыто, вход воспрещён. Это последнее предупреждение.
— Друг! — Олег не унимался, и голос его дрожал так искренне, что даже Артём поверил. — Ну ты пойми меня! Ну жена! Беременная! Ну будь ты человеком! Ну что тебе стоит?! Мы… мы даже заходить не будем! Я так понимаю, раз ты тут сидишь, значит, почистили торговый центр, да? Мы заходить не будем, мы тут постоим. Ну может, она сама хоть выйдет ко мне, а? Но у тебя же тоже наверняка семья есть, ты ж меня понимаешь…
Второй военный, стоявший чуть поодаль и до этого молчавший, шагнул вперёд и встал рядом с первым.
— А тебе свою жену не жалко? — спросил он, и голос его звучал жёстко, вообще без намёка на сочувствие. — А если она заразиться? Или если ты сам заразный и покусаешь её?
— Разворачивайтесь и уходите отсюда! — рявкнул первый, присутствие второго придало ему больше уверенности.
— Не уйду я без своей жены! — упёрся Олег, делая ещё шаг вперёд.
Артём понял, что они будут стоять на своём уже просто из упрямства, но не мог не попытаться:
— Ребят, может договоримся? Чего вы хотите?
Но это была ошибка.
— Ты пытаешься подкупить роса?! — оскорбительным тоном произнёс второй.
— Я пока ничего не предложил, жду вашего ответа… — Хотя Артём уже заранее знал его.
Оба военных одновременно, с хорошо различимым лязгом, передёрнули затворы своих автоматов. Стволы, до этого направленные в пол, поднялись и упёрлись на три мужские фигуры. Военные не сказали больше ни слова, просто давая всем своим видом понять, что делать троице тут нечего.
— Вы? — у Олега от эмоций затряслись щёки. — Вы чё, серьёзно? Вы расстреляете меня только за то, что я пришёл за своей беременной женой?!
— У них приказ, Олег, — твёрдо сказал Артём, кладя руку ему на плечо. — Они нам их не отдадут. Разворачиваемся.
— Чего? — Олег оторопел от услышанного, переводя взгляд с военных на друга и обратно. — Вот так просто развернёмся и уйдём?
— Да, вот так просто развернёмся и уйдём.
Артёму сейчас было нелегко, ой как нелегко. Каждое слово давалось с трудом, желваки на скулах заходили, но он заставил себя развернуться первым и сделать несколько шагов прочь от лестницы. За ним, помедлив, пошёл Серёга.
— Олег, давай же… — процедил Артём сквозь зубы, не оборачиваясь. — Давай, баклан. — А сам уже незаметно расстёгивал куртку.
Олег обречённо посмотрел в спину друга, потом перевёл взгляд на военных, которые всё так же держали его на прицеле, и, сжав кулаки до боли, злобно зашагал за ребятами.
— Эй! Артём! — Олег отчаянно позвал его, но тот не оборачивался.
Серый заметил, как рука друга, идущего впереди, медленно тянется к кобуре под курткой. Не раздумывая ни секунды, он взял левее, к Олегу, и резко перехватил его, с силой повалив на снег, накрывая собой.
— Да какого хрена?! — заорал Олег, пытаясь освободиться.
Но в ту же секунду Артём резко развернулся на месте, и в руке у него уже блестел пистолет. Три выстрела прогремели один за другим, и гулкие хлопки эхом разнеслись по заметённой снегом парковке. Военные совершили роковую ошибку, когда сбились в одну точку, потому как для стрелка с опытом подобная мишень оказывается лёгкой и идеальной, не смотря на расстояние и падающий снег. Первый же выстрел отправил одного из них в небытие: пуля угодила точно в голову, пробив пластиковый экран респиратора, и тело замертво рухнуло на пол. Второй рос, инстинктивно попытавшийся уйти в сторону, получил в плечо. Пуля развернула его на месте, и он схватился за пробитую броню, однако третья пуля вошла ему примерно в область шеи. С такой травмой он больше не жилец.
— Что? — Олег находился не просто в шоке, а в самом настоящем ужасе, от которого
