Алмаз Тёмной Крепости - Джин Дюпро
— Любопытно, — ответил Дун. Это было действительно неглупое рассуждение. Дуну пришлось признать, что Трогг умел видеть причину и способ решения проблемы. Но все же парень не считал своего похитителя умным. Трогг думал, что он все знает, размышлял Дун, но это и заставляло воспринимать его глупым. Человек, который считает, что он все знает, не осознает, что он не знает гораздо большего.
Дун взял ведро и поплелся к квартире, на которую указал Трогг, когда услышал шум за своей спиной.
Парень оглянулся. Худой мальчишка из семейства Трогга, взяв ведро, покачиваясь, отправился за Дуном. Парень дождался, пока тот догонит его, и пошел следом за мальчиком через дверь наверх по лестнице в квартиру, которая превратилась в жилище Троггов.
Дун хорошо знал это место — это был дом одного из его одноклассников, Орли Гордона, и Дуну доводилось бывать здесь раньше в прежние времена. Тогда в комнатах было чисто и аккуратно, хотя дом и был ветхим, как все в Эмбере. Теперь же жилище изменилось до неузнаваемости.
При тускло-оранжевом искусственном освещении Дун увидел главную комнату, переполненную мебелью. В помещении находилось пять кроватей, шесть кресел, рыжая кушетка с горой подушек и одеял на ней и три стола, заваленных тарелками. Трогги, должно быть, разграбили десятки квартир, забирая все, что им было по нраву. Пальто, свитеры, шарфы и прочая одежда были развешены по крючкам, прибитым к мебели. Всюду шатающимися башнями стояли бесчисленные коробки с консервами.
Мальчик-проводник пробирался через лабиринт вещей к ванной. Дун проследовал за ним и увидел, что темная вода заполнила примерно половину ванны с закрытым сливом. Мальчик наклонился и зачерпнул воду ведром, Дун тоже наполнил свое, и тут он решил рискнуть.
Дун знал, что юный проводник при случае мог бы рассказать о разговоре Троггу, но старался об этом не думать.
— Они держат тебя здесь силой? — спросил Дун у своего спутника.
Тот покачал головой.
— Но ты же не по своей воле здесь, верно?
— Да, — ответил мальчик, с трудом вытаскивая полное ведро из воды; его ладони дрожали.
Дун протянул руку, чтобы помочь ему.
— Но Трогги считают тебя рабом! — проговорил парень. — Разве ты не сбежал бы, если б мог?
Мальчик снова покачал головой.
. — А если я выясню, как отсюда убежать, пойдешь со мной? — закинул удочку Дун.
— Я не смогу… — грустно ответил мальчик, указывая на искривленную ногу. — Я плохо хожу.
— Как же ты сюда добрался? — поинтересовался Дун.
— Он перенес меня на спине.
— Он — Трогг? Он что, и вправду заботится о тебе?
— Да, немного, — ответил мальчик. — Он пытается сделать меня сильнее…
. — Но есть и еще причина, по которой он для тебя что-то значит, так?
Мальчик кивнул:
— Он забрал мои сокровища.
— Сокровища?
— Да, некоторые вещи, которые я люблю… Я собираю их.
Глаза и голос мальчишки были настолько печальны, что Дун отвел взгляд, поднимая из ванны тяжелое, полное воды ведро.
— Почему же он забрал их?
— Я не слушался…
Дуну было сложно представить этого робкого маленького человека непослушным.
— Ты имеешь в виду, что спорил с ним?
— Нет, нет… просто я недостаточно быстро вскочил, когда он приказал мне.
— Как тебя зовут? — спросил Дун.
Мальчик грустно смотрел на темную воду.
— Он дал мне новое имя, — наконец ответил он и, с усилием подняв полное ведро, двинулся к двери
Дун, дребезжа ведром, отправился следом.
— Слушай, помоги мне найти ключ… Если бы у меня получилось снять эту цепь, я мог бы пойти и привести помощь
Мальчик не ответил. Он подошел к лестнице; вода в его ведре тихо плескалась. Когда он стоял уже на верхней ступеньке, то вполоборота повернулся к Дуну.
— Он убрал мои сокровища на верхнюю полку… — сказал мальчик. — Я не могу достать их.
— Какую верхнюю полку? Где?
— На кухне…
Мальчик поставил свое ведро, сделал первый шаг по ступенькам с больной ноги, потом, прихрамывая, переступил другой ногой на следующую ступеньку, взял ведро, переставил его ниже по лестнице, и так и повторял эти неуклюжие движения всю дорогу вниз.
Дун следовал за ним.
Они тащили воду в полной тишине. Подойдя к костру, мальчики, следуя указаниям Трогга, вылили воду в большой котел, который их поработитель повесил над огнем.
Потом наступило время ожидания. Хромой мальчик уселся на землю, прислонившись к куче мешков и прижав к подбородку колени, и, не мигая, смотрел на огонь. Минни суетилась с приготовлением обеда, а Трогг развалился в кресле и пил воду, черпая ее из ведра. Дуна он усадил рядом с собой — на землю.
— Наступит день, — начал разглагольствования Трогг, — когда ты поймешь, что тебе весьма повезло попасть сюда к нам, в Черную крепость. И когда это произойдет, мы сможем избавиться вот от этого… — он, наклонившись, побренчал цепью, связывающей ноги Дуна. Минни, проходящая мимо с кулем картофеля, аж подскочила от этого звука.
— Но, конечно, я должен быть абсолютно в тебе уверен, прежде чем это произойдет… — закончил Трогг.
Да, это был выход — притвориться, что он счастлив здесь и не собирается убегать, думал Дун. Но потребовалось бы очень много времени, чтобы доказать это Троггу.
Дун задумался о Лине, скитающейся в одиночестве сейчас, и о своем отце, раненом инвалиде. Он думал о людях Искры, у которых было так мало возможностей пережить зиму. Он думал о древней книге, которая наверняка много значила для жителей Эмбера, как что-то важное, и которую он так жаждал найти. Но больше всего Дун думал о большом, освещенном солнцем мире и был абсолютно уверен, что лучше он будет голодным там, чем
