Няня для тайной дочери драконьего военачальника - Ольга Ивановна Коротаева
Глава 9
Эмэр солдафон или интеллигент?
Посреди двора шипит и плюётся огнём настоящий живой дракон! Существо сравнительно небольшое, от зубастой морды до кончика хвоста метров семь-восемь. А вот размах крыльев, которые он расправляет, отсекая яркие, будто лазерные лучи, удары магии, то складывает, воистину потрясают размерами. Два кожаных паруса!
Окружённый пиктанами, дракон успевает отбивать атаку каждого, хотя мужчины стараются изо всех сил. Чтобы подготовиться к удару, им приходится совершить несколько замысловатых пассов руками, и только тогда между ладоней вспыхивают огненные шары, от которых в сторону дракона летят ослепительные «лазеры».
А ещё после каждой атаки они вынуждены защищаться, ведь дракону для того, чтобы выдохнуть пламя, никаких пассов не требуется. И он отвечает на каждый выпад пиктанов, а вот те не всегда успевают поставить синеватый магический щит. На земле уже лежат, едва шевелясь, трое потерпевших поражение. От одного даже идёт тонкий дымок.
— Чего застыла? — шепчет Эллеш. — Если эмэр увидит тебя, то зажарит себе на обед!
Это меня отрезвляет. Я мотаю головой, освобождаясь от странного оцепенения, а затем бегу за девочкой и котом. Догнав, уточняю громким шёпотом:
— А этот дракон и есть эмэр Рэйслор?
— Да.
— Это потрясающе…
— Влюбилась, что ли? — ехидно щурится Эллеш, а кот презрительно фыркает.
— Просто я впервые в жизни вижу живого дракона, — признаюсь им и, вспоминая размах крыльев, воодушевляюсь. — Не думала, что на меня это произведёт такое впечатление… Интересно, а пиктаны обращаться в дракона умеют?
— Некоторые, — неохотно признаёт девочка.
— Вот бы посмотреть, — мечтательно улыбаюсь я.
— Может, тогда вернёшься к ним? — злится девочка и, потянув на себя дверь, исчезает в комнате. — Со мной нянчиться не нужно. Я уже большая!
Качаю головой. Ого, кто-то уже ревнует? Осторожно заглядываю в комнату и присвистываю при виде невероятного количества книг. Они стоят стопками на столе и даже на полу, некоторые аккуратно сложены в раскрытых сундуках, а особо ценные на вид экземпляры висят прямо в воздухе, окружённые едва заметной, будто мыльный пузырь, сферой.
Открываю дверь шире и вхожу в стихийную библиотеку. Видно, что книги в отличном состоянии, и наверняка их заботливо хранили на полках стеллажей. Уважение к эмэру возрастает в разы, ведь я думала, что он простой солдафон. Но нет, мужчина не только хорошо начитан, но при выселении из собственного комфортного дома прихватил с собой не удобную мебель, а свои книги.
— Проверим, — шепчу, подхватывая одну из них.
Открываю на середине и с любопытством смотрю на страницу. Девочка приближается, заглядывая в книгу, и даже Краас приподнимается, цепляясь когтями за мою юбку.
— Ну? — не выдерживает Эллеш. — Как?
— Странно, — бормочу, ощущая неприятное ощущение, будто смотрю на 3D-страницу без поляризационных очков. — Погоди-ка!
Моргаю, ощущая что-то непонятное. Будто смотрю на страницу своим зрением и ещё чьим-то, и возникает диссонанс понимания и непонимания. Стараюсь уловить второе, и от этого начинает гудеть голова, но кое-что удаётся прочесть.
— Скорее умею, чем нет, — с облегчением захлопнув книгу, сообщаю девочке. — Но явно нужны тренировки.
Она топчется на месте, будто решаясь на что-то, а потом выпаливает:
— А можешь научить меня?
— Наверное, — не спешу я.
Самой бы для начала разобраться, а уже потом учить ребёнка. Освободив юбку от кошачьих когтей, подхожу к большому фолианту, который висит в воздухе, и рассматриваю изображение огромной змеи с пастью дракона. Эллеш запрокидывает голову и, прислонив ладонь к глазам, вещает:
— Вижу, что можешь!
— Но раз видишь, значит, так и есть, — смеюсь я, и девочка тоже улыбается.
Краасу наскучивает с нами, и кот обходит комнату, обнюхивая фолианты. Замирает у одной из стопок и, развернувшись к ней хвостом, мелко-мелко трясёт им. Кажется, я догадываюсь, почему Эмэр не любит, когда в его «библиотеку» заходят другие.
— Попробуй почитать эту, — отвлекает меня Эллеш.
Суёт мне в руки небольшую и очень потрёпанную книжку, которая отличается от других в этой комнате так же разительно, как очаровательная малышка с кудряшками от мрачных пиктанов, что сражаются сейчас снаружи.
Не могу отказать ребёнку и, усевшись прямо на полу, открываю первую страницу. Сердце ёкает при виде моего родного языка. Оправившись от шока, торопливо заглядываю в конец. Так и есть! Издательство Азбука, тысяча девятьсот девяностый год. У меня дрожат руки, да и голос сипит, когда я начинаю читать ребёнку легенды своего мира.
— Василиск и Василиса, — начинаю я.
Девочка опускается рядом и слушает внимательно, даже приоткрыв рот. Мне и самой интересно, ведь я никогда не слышала о такой сказке!
— Как-то девочка провалилась в яму, которая оказалась пещерой василиска, — продолжаю я, увлекаясь повествованием всё больше и больше. — Но внутри оказался не страшный змей, от взгляда которого люди каменеют, а прекрасный юноша.
Опасные приключения Василисы в царстве василисков завораживают нас с Эллеш, и мы даже не замечаем, что дверь открывается, и кто-то подходит. Лишь утробное урчание кота, который вдруг становится похож на пушистый шарик, отвлекает нас от книги. Но уже поздно — над нами убийственной наледью, готовой вот-вот обрушиться на головы нарушителей, возвышается эмэр.
Глава 10
Предложение руки и дельца
После случившегося мы с Эллеш сидим в гостиной, занимая единственный диван, и ждём страшной кары эмэра. Он ходит из угла в угол, странно поглядывая в мою сторону, а я слежу за ним, при этом мимикой изо всех сил изображая искреннее раскаяние. Слава актёрскому мастерству!
— Я просил не покидать своего крыла, — замирая рядом со мной, цедит мужчина.
— Вы ещё нас на поводок посадите! — на миг позабыв о необходимости изображать раскаянии, возмущаюсь я.
— Хорошая мысль, — неожиданно одобрительно кивает он и оборачивается: — Ирвин, неси цепи и ремни!
Молодой пиктан растерянно моргает, но тут же кивает и направляется к выходу, а я вскакиваю, закрывая собой ребёнка:
— Я же пошутила…
— А я абсолютно серьёзен, — сквозь зубы отвечает эмэр. — Раз ты не в состоянии выполнять простые приказы, придётся заставить тебя слушаться.
— Я вам не собака.
— Верно, — соглашается он. — Собаки верные и послушные, а ты хитрая, изворотливая и непредсказуемая. Настоящая осселинка!
— А вы самый натуральный солдафон! — не выдержав, я подаюсь к нему, глядя прямо в синие глаза. — Слышите лишь себя любимого и требуете, чтобы окружающие подпрыгивали по команде. А я попыталась хоть как-то облегчить жизнь этой невинной девочки!
— У неё прекрасная жизнь, — нехорошо прищурившись, холодно замечает генерал.
— Правда? — хохотнув, я приподнимаюсь на носки, чтобы шея не ныла из-за запрокинутой головы. Выпаливаю ему
