Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego
– Что случилось? Дела приняли нехороший оборот?
Она погладила меня по спине. Затем сняла свое пальто и накинула на меня. Как и всегда, Сурен была сообразительной. Поняв, что я замерзла, она надела на меня толстую шерсть, чтобы передать мне тепло. Как я вообще могла подумать о том, чтобы сбежать от нее? Мне удалось без особых проблем собрать средства для побега Деона тоже благодаря ей. Хотя в конце концов это оказалось бесполезно.
– Как ты узнала и пришла встречать меня? Я ведь не отправляла никаких вестей о своем возвращении.
– Нам передали новости из столицы, и мы знали общую ситуацию. Главный дворецкий замка принца сказал, что сегодня состоится суд. Я думала, вы вернетесь примерно в это время, если что-то пойдет не так, – прошептала она.
Когда я усмехнулась, Сурен окинула меня взглядом.
– Вы вернулись. А я думала, не сможете. Мне казалось, неважно, сколько я буду ждать. Вы не вернетесь.
Она крепко сжала мою руку. Думаю, она хотела меня согреть, но, возможно, из-за того, что она и сама долго стояла снаружи, ее руки тоже стали холодными.
– Впервые я надеялась, что вы не вернетесь… – После этих слов Сурен плотно сжала губы.
Не составляло труда понять, что она имела в виду.
– Почему ты ждала меня, если желала, чтобы я не вернулась?
– Грустно же, когда никто не встречает по возвращении. Да и вы все-таки вернулись, леди… Вероятность неудачи была весьма высока.
Она вырвалась из моих объятий и взяла меня за плечи. Встряхнула меня легким движением, но от этого у меня закружилась голова.
– Вы потерпели неудачу? На всякий случай я немного подготовилась. Хотите сразу сбежать? – осторожно спросила она с тревогой на лице.
В письме не было конкретного плана побега от принца, но Сурен, похоже, уже обо всем догадалась. И то, что в случае неудачи мы можем спутаться с высокоранговыми аристократами и нашим жизням будет грозить опасность.
Я покачала головой:
– Нет. Он жив.
– С принцем все в порядке?
– Да, все вернулось на свои места.
– Вот как. Рада слышать, – облегченно выдохнула Сурен.
Но, увидев мое странное выражение лица, снова наклонила голову:
– Но почему у вас такое лицо? Разве не хорошо, что все благополучно вернулось на свои места?
– Это хорошо. Но, Сурен… – Я произнесла слова, которые томились в моей душе. – Все просто вернулось на свои места. Но почему где-то в груди так болит?
Казалось, перед судом предстал не Деон, а я. Никто не стучал дубинкой, но суд твердо убедил меня, что я ничем не смогу ему помочь. Я не была ему ни коллегой, ни близким товарищем. Мы не прошли вместе через жизнь и смерть. Я была просто его инструментом.
Я чувствовала облегчение при мысли, что с ним все в порядке, но в то же время на меня накатывала обида. Наверняка он решил, что не было необходимости раскрывать мне план.
Какой толк говорить о чем-то столь важном фальшивой любовнице?
Слезы, которые я сдерживала, хлынули из глаз. Сурен снова обняла меня, взяла за руку и повела в особняк. Внутри стоял холод, как будто долгое время никто не разжигал огонь. Мои руки дрожали.
Пока я массировала ноющие икры, Сурен зажгла свечу, и все вокруг осветилось. Когда загорелся огонь в камине, свет вокруг стал еще ярче.
В мягком свете было хорошо видно, как неказист наш особняк. Внутри стояло запустение. Трудно было поверить, что здесь живут люди.
Пока я медленно осматривалась, появилась Сурен, пыхтя и таща ведро с водой. Вода была теплой.
Сурен сняла мою обувь и смочила мои ноги. Едва они коснулись теплой воды, усталость как рукой сняло. Чистая вода плескалась у моих лодыжек. А ведь что-то подобное случалось, когда я ушла в горы на Севере. Ко мне вернулись воспоминания тех дней.
– Ноги опухли еще сильнее, чем на Севере. – Сурен терла мои лодыжки и, похоже, тоже вспоминала те времена.
Мои ноги покраснели. На мизинцах появились волдыри, а на больших пальцах – мозоли. После нескольких омовений вода остыла. Подошвы ног покалывало.
Сегодня я прошла слишком много дорог. И даже те, по которым ходить не было никакой нужды.
