Системный Предок - Алексей Валерьевич Шмаков
— Сами вы жульничали, когда дали Су Мо артефакт земного ранга. А ещё заготовили кучу ловушек на арене, — ничуть не смутившись, ответил я. — И это против практика этапа сбора Ци. А потом вмешались в наш поединок, чтобы защитить своего ученика. Как после этого Су Мо вообще может показываться людям на глаза?
Старик Мо стиснул кулаки, его глаза налились яростью, но это стало единственным, что он позволил себе в присутствии главы секты. Даже духовное давление оставил при себе. И, судя по реакции, я попал в больное место.
— Что, ваш ученик не смог пережить позора и теперь не показывается на люди? Или решил уйти из секты?
Левый глаз седьмого старейшины начал активно показывать, что я попал в цель. Такой лёгкий тик, усиливающийся с каждой секундой.
— Передайте ему, что он не в праве так поступить. Теперь только мне решать, как в дальнейшем сложится его судьба. А секте нужны столь способные практики. После проигрыша Су Мо должен приложить все усилия, чтобы подобного больше не повторялось. Даю ему десять лет, чтобы выйти на пик этапа сотворения. Если справится, то получит возможность бросить мне ещё один вызов.
— Да ты… Да как… Я… Я передам твои слова ученику. Но будет гораздо лучше, если младший скажет ему это всё лично. Можешь в любой момент прийти в мой дом. Младший ученик Су Мо сейчас находится там на лечении.
А старик может быть вполне адекватным и реально заботится о Су Мо. Что же, обязательно загляну к нему в гости, когда разберусь с первоочередными делами, среди которых сейчас — получение пилюли восполнения Ци.
Просто кивнул, и этого для старика Мо оказалось достаточно. А дальше минут сорок он пытался отстоять столь ценные пилюли, которые у него всё же были, но в весьма ограниченном количестве. Всего четыре штуки, и те были сделаны не самим стариком Со, а Великим Старейшиной Дзинго. Естественно, сделаны для меня, что и стало решающим аргументом в этом споре. Но всё получить не вышло. Старейшина Мо согласился отдать только две штуки.
Одна осталась в качестве образца, если вдруг придётся создавать такие ещё. А вторая пойдёт в качестве подарка для Великого Мудреца Небесного Озера. Вот такие странные традиции — дарить подарки тем, кто приезжает на похороны.
А ещё через час я стоял перед знакомым валуном, закрывающим вход в пещеру уединения. Вместе с Шури, Юй Тинг, старцем Хенгом Вейдуном, Пенгом и Жу Вей, которая и привезла нас всех сюда. Лететь на спине дракона оказалось даже хуже, чем на огромном мече: укачивает сильнее, и скорость гораздо больше.
— Нам точно стоит идти туда? Не самые лучшие воспоминания связаны с этой пещерой.
— Если не хочешь уничтожить половину секты, то точно, — безапелляционно заявила Шури и первой нырнула в темноту.
Глава 39
Стоило всем войти в пещеру, как Жу Вей безапелляционно заявила: «Мне закрывать вход». Сделать это оказалось ничуть не сложнее, чем его открыть. Приложил свой жетон и валун всё сделал сам.
— Ну и пылища здесь! Закройте глаза и уши, а ещё лучше спрячьте куда‑нибудь головы.
После этих слов за спиной Жу Вей появились крылья, и она использовала их по прямому назначению, создавая ветер и поднимая тонны пыли к пролому в своде. Прятать мне ничего не пришлось. На этот раз ни одна пылинка ко мне даже не приблизилась, словно сама пещера таким образом извинилась за две тысячи лет, что я здесь провёл.
А вот остальным досталось знатно. Особенно Вейбину и старцу Хенгу. Первый был слишком большим, и на нём оседало больше всего пыли, а второму она набилась под панцирь. Одна только Шури встретила пылевую атаку совершенно не напрягаясь. Каждая частичка пыли, что пыталась сесть на неё, превращалась в снежинку, и, когда очистка пещеры завершилась, Властительница ледяного континента стояла практически по колено в снегу. И, судя по улыбке, ей это очень нравилось.
— Словно дома оказалась. Так хорошо, прохладно, — она схватила горсть снега и растерла им себе лицо, не забыв остатки бросить куда‑то в декольте. — Новый Лао, веди нас. Показывай, где здесь ты устроил себе место для медитации.
— Чего тут показывать? Как раз под проломом в своде. Туда било Небесное Испытание, когда я только пришёл в себя.
Света от дыры в своде было вполне достаточно, но Шури решила, что слишком уж темно, и создала систему ледяных линз, первую из которых разместила под проломом. Уже через несколько секунд в пещере было светло, как на улице. При помощи нескольких линз Шури смогла осветить каждый уголок.
Только сейчас я смог нормально осмотреться в месте, в котором моё тело провело больше двух тысяч лет. В принципе, пещера как пещера. Ничем не отличается от того, что я видел в прошлой жизни, в основном в фильмах и книгах, конечно, но пару раз довелось побывать и в настоящих пещерах.
Кругом камень и больше ничего. Никакой растительности, даже мха. Никакой живности, в том числе пауков и прочих насекомых. Только куча каменных обломков как раз на том месте, где я и сидел. А значит, там и есть место для медитации.
— Вейбин, убери эти камни. Они завалили место, где я сидел в медитации.
Для медведя эта задача оказалась совсем плёвой. Он даже не напрягался, когда поднимал камни весом в несколько центнеров. Жетон в тот день спас меня от участи превратиться в лепёшку.
Когда основная часть была расчищена и остались только мелкие камни, в дело вновь вступила Жу Вей и её крылья. Каменная шрапнель ударила в противоположную стену пещеры, а перед нами открылся практически идеальный круг с вписанными в него цепочками магических знаков, которые встречались в центре круга. Там как раз было место, чтобы поместился человек в позе лотоса.
Знаки, как и в прошлый раз, были очень сильно стёрты, поэтому разобрать ничего не получилось.
— Похоже, что за эти две тысячи лет к тебе заглядывали гости, — рассматривая круг для медитации, сказала Юй Тинг. — Знаки, вырезанные в камне, не могут так стереться, даже если пройдут сотни тысяч лет. Эта пещера защищена от внешнего воздействия окружающей среды. Здесь нет воды, нет ветра и нет существ, питающихся камнем.
— Выходит, что
