Сильнейший Столп Империи. Книга 8 - Алексей Ермоленков
Глава 26
Пуритания. Неизвестно где.
— Ещё не всё потеряно. Крайне редко случается такое, что открывают миры, которые по своему развитию не только не уступают некоторым открытым мирам, но и превосходят их. Не все, конечно, но их уровень развития достаточно для того, чтобы признать мир полноценным, а людей из него — достойными цивилизованного общества, — улыбнувшись, ответил я.
— А толку-то? Наш мир уже открыли и его видели. Лорд Варгот и его прихвостни очень многое знают про наш мир, — в расстроенных чувствах выдала Ю.
— И что? Неважно, что он знает и что он скажет, важно, как нас примут другие. Ты себе представляешь количество открытых миров? Практически все они понятия не имеют о том, кто такой лорд Варгот, и плевать на него хотели. Так что у нас всё ещё может получиться.
— И что нам для этого нужно сделать? — от расстройства принцессы не осталось и следа.
Сейчас передо мной стоял человек, внимающий каждому моему слову и готовый пойти на многое, чтобы спасти наш мир. Нравится мне в ней эта черта. Умеет она моментально останавливать сопли и принимать правильные, взвешенные решения.
— Для начала выучить общий язык. Он является единственным цивилизованным языком, все остальные считаются рабскими.
— А одежда, поведение, манеры?
— Всё это никакого значения не имеет. Миры абсолютно разные, и в каждом свои ценности. Имеют значение только сила, богатство и умение договариваться. Причём всё равно, каким способом. Можешь договариваться при помощи языка или при помощи силы, а можешь подкупать — неважно. Важно, что ты способен не только заполучить что-то, но и удержать это, поскольку желающих отобрать твою собственность будет великое множество. Авторитет в этом играет очень важную роль.
— Так почему открытые миры не уничтожили друг друга?
— Потому что грубой силой нельзя удержать свою собственность, а уж тем более чужую. Нужно уметь строить козни, плести интриги, заключать союзы — и всё это в разных масштабах. Например, наёмники, которых я здесь убивал, делают это на своём уровне. Пусть они и низшее звено, но считаются цивилизованными, а такие, как лорд Варгот, — уже более крупная рыбка. Я уверен, что у него во владении не один мир. Элитой же считаются те, кто владеет сотнями миров, а другие владыки у них на побегушках. Правда, и врагов у такой элиты значительно больше, — пояснил я и развёл руками.
Ю задумалась, прикусив нижнюю губку и уперев взгляд в землю, а потом спросила:
— А почему во внешних мирах всё именно так? Почему нужно грызть друг другу глотки, предавать, подкупать и обманывать? Разве это цивилизация?
— А в нашем мире как-то по-другому? — задал я очевидный вопрос.
В любом мире цивилизация сильных навязывается слабым. Эта отмазка универсальная. Неважно, где происходит война за территорию: в отдельно взятой стране или в целом секторе миров. В большинстве случаев захватчики говорят, что несут цивилизацию в массы.
Рим считал, что без его цивилизации немецкие племена обречены на вымирание. Потом Германия навязывала остальному миру свою цивилизацию вместе со своими идеалами. Так происходило всегда. Не стоит удивляться, что в других мирах происходит то же самое.
Я прикоснулся рукой к щеке своей невесты, и она прижала её плечом.
— Я не утверждаю, что в других мирах не существует любви и настоящей дружбы. Всего этого очень много, но когда у кого-то что-то есть, найдётся тот, кто пожелает это забрать. Именно поэтому даже те, кто ценит человеческую добродетель, считает цивилизованными именно тех, кто в состоянии защитить свои интересы, своих близких— всех, кого он обязан или всей душой желает защищать.
— Я тебя поняла. Но ведь существуют какие-то общемировые законы? Есть те, кто следит за их соблюдением? Должны же быть защитники, суды. Цивилизация без этого не может существовать.
— Ты права. Всё это есть, но не настолько примитивное, как в нашем мире. И людям из нашего мира предстоит не просто изучить это, но и научиться грамотно пользоваться общемировыми благами.
— Ты научишь меня этому?
— Я научу тебя необходимому минимуму. Остальное, если захочешь, сможешь изучить сама, а я помогу, — пообещал я и перевёл взгляд на пацана, который внимательно следил за нами, но не вмешивался в наш разговор.
— Город отсюда далеко? — спросил я его.
— Не знаю, но не близко точно, — пожав плечами, ответил Сандре.
— Ты не знаешь, на каком расстоянии отсюда находится город? А с чего ты тогда решил, что он в той стороне? — вмешалась Ю, выслушав перевод.
— Так тут всё просто. Мох на деревьях говорит, что север там. Значит, вон тот горный хребет восточный. С того момента, как первые утренние лучи добираются от нас до горного хребта, проходит чуть меньше времени, чем это происходит от города. Значит, мы находимся восточнее, а следовательно, город находится в той стороне, — пояснил Сандре так, будто умудренный опытом наставник разъясняет прописные истины новенькому ученику.
— Надо было отобрать у последнего отряда портал, — с сожалением об упущенном моменте озвучила свои мысли принцесса.
— Мы бы не смогли им воспользоваться. Это защищённый портал, и через него могут пройти только те, у кого есть пропуск. Я уже об этом говорил, — напомнил я, посчитав, что моя невеста невнимательно меня слушала.
— Значит, существует какой-то способ обойти это ограничение. Ты забыл, что они тащили Сандре именно в портал?
— Что она говорит? — спросил Сандре, я перевёл ему наш разговор о портале.
— Они сделали на меня пропуск. Правда, сам я в этот портал войти не мог. Меня можно было туда только занести. Они же не просто так меня подвесили. Не думаю, что таскать меня на своём горбу им реально нравилось. Проще было бы вести меня, чем нести, — пояснил парень, и я перевёл это своей невесте.
— Он что, замечает такие мелочи? Спроси у него, кто его этому научил.
— Так, стоп! Вот выучишь общий язык и сама у него спросишь. Я не собираюсь подрабатывать переводчиком. Нужно выдвигаться. Мы не знаем, сколько нам добираться до города, поэтому не стоит терять времени.
— Ну, тогда учи меня общему языку. Чем-то же в дороге заниматься нужно, — попросила Ю.
И она права. Я рад, что моя невеста сама приняла это решение и стремится влиться в
