Злодейка и князь, который ее убил - Юлия Андреевна Архарова
– Мэймэй, ты была в павильоне? – ахнула первая девушка.
– И как только осмелилась?! – вторила ей вторая.
– Нет, брат рассказывал… – смутилась пятая.
– Лин-цзе, а ты как думаешь? – аккуратно дотронулась своим веером до рукава моего ханьфу девушка в серебристо-сером наряде. – Господин регент и правда прикажет казнить министра?..
Эту фамильярно обратившуюся ко мне особу я не знала. Вернее, кажется, видела ее три дня назад на банкете в честь возвращения Минхао. Тогда среди гостей я заметила трех аристократок примерно одного возраста со мной. Но я понятия не имела, кем они были: моими дальними родственницами, дочерьми соратников регента или их супругами. Тем вечером пообщаться ни с одной из них не успела, так как сбежала с мероприятия.
Судя по тому, как ко мне обратилась девушка в серебристо-сером, мы были близко знакомы. Возможно, даже дружили… Да и та особа, которая рассказывала про Павильон нефритового дракона, кажется, на банкете Минхао была. И вроде бы на площади во время казни одну из этих девушек я видела…
Черт!..
Веер дрогнул и чуть не выпал из внезапно ослабевших пальцев. Я быстро совладала с собой, поудобнее перехватила ручку веера и вновь продолжила мерно им обмахиваться, как будто весенним вечером страдала от духоты.
Слишком много новых лиц и знакомств! Я не успевала все запомнить, не говоря уже о том, чтобы проанализировать. За прошедшие дни, помимо досье Ян Нина, я изучила и другие. Но, вот беда, сведения имелись только на врагов регента или потенциальных противников, вроде казначея Цзян Хуна и его внучки Суань. Про соратников и родственников информации не было. Да и вряд ли на каждую из вьющихся вокруг меня аристократок кто-то стал бы заводить отдельное досье. Цзян Суань станет наложницей императора и моей соперницей при дворе. Остальные девицы – фигуры куда менее значимые.
Но даже если бы досье были, все равно оставалась другая проблема – большинство характеристик, которые я успела прочесть, пока не ассоциировались с конкретными лицами.
– Лин-цзе?.. – повторила незнакомка, в голосе ее звучала тревога.
Молчать было нельзя.
– Не мне обсуждать решения моего почтенного отца, – продолжая неторопливо обмахиваться веером, произнесла я.
– Тяньлин-цзе, права, ни к чему злословить и предаваться пустым рассуждениям. – С милой улыбкой к беседке подошла внучка казначея. Она легко поклонилась, приветствуя меня, и продолжила: – Дождемся полуночи или завтрашнего утра, тогда все и узнаем.
– Да, давайте не тратить этот чудесный вечер на обсуждение какого-то разбойника! – тут же поддержала Суань одна из юных аристократок.
Другие девушки тоже послушно защебетали.
Внучка казначея еще раз мне легко поклонилась и величаво направилась к садовым воротам, за ней устремились трое девушек из моего окружения. Еще двое замешкались, явно не понимая, как поступить, но потом остались.
Особа в серебристо-сером склонилась к моему уху и, прикрывшись веером, тихо прошептала:
– Цзян Суань на прошлом поэтическом вечере заняла первое место. Она вообще в последние месяцы посещает многие мероприятия и пытается заручиться поддержкой.
Сердце стальными когтями сжала тревога. Я и не подозревала, что сегодня намечалось какое-то соревнование поэтов. В сочинении стихов я была не сильна, произведения местных классиков не знала. Надеюсь, мне не придется ничего декламировать.
В досье Суань не было написано про ее победу на предыдущем поэтическом вечере. Видимо, эту информацию посчитали малозначительной. Вообще сведения оказались весьма скупыми и касались лишь основных этапов жизни и черт характера. Если верить анализу составителя досье, то Суань была талантливой, скромной и послушной барышней – достойной дочерью рода.
– Теперь желающих поддерживать род Цзян поубавится, – фыркнула девушка с коралловой шпилькой в волосах.
– Тише, Тан-тан, – укоризненно посмотрела на нее особа в серебристо-сером. – Это все слухи…
– И ничего не слухи! – возразила Тан-тан. – Должников старика Цзяна теперь явно стало меньше.
– Тише!.. – вновь, как рассерженная кошка, зашипела девушка. Она бросила красноречивый взгляд на других аристократок, которые в беседе не участвовали, но с нескрываемым любопытством прислушивались к разговору.
– Да ладно, – отмахнулась Тан-тан. – Все знают. Даже слуги. Три дня об этом только и говорят.
– Тан-тан, не унижай себя пересказом чужих сплетен. Разве это достойная тема для беседы в обществе Лин-цзе?
– Жосинь, но это не сплетни, а факты… – попыталась возразить Тан-тан.
– Любой факт, поданный без такта, превращается в базарную сплетню, – наставительно выставив перед собой веер, парировала Жосинь. – Думаю, Лин-цзе разделяет мое мнение.
Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Хотя очень хотелось узнать, о чем три дня шептались слуги. В отличие от прежней Тяньлин я не брезговала сплетнями, а наоборот, считала, что в пересудах простых людей может содержаться ценная информация.
– Может и нам уже стоит пройти в сад… – задумчиво проговорила я.
– Можно и пойти, – согласилась Жосинь, – но пока дедушка не придет, все равно ничего не начнется. Лучше провести время здесь, чем скучать в саду.
На языке вертелись вопросы, ни один из которых я не могла озвучить вслух.
Вдруг гул голосов у входа в сад стих, сменившись натянутой, почти звенящей тишиной.
На площадь вышел император Ли Фэн и уверенно, не обращая внимания на приветствия и почтительные поклоны, направился к воротам. Следом за ним, отстав на шаг, семенил невысокий полный слуга – скорее всего, евнух. А затем шел князь Ян.
Если император был облачен в парадное ханьфу, расшитое золотом, то Ян Нин вновь не изменил себе – его одежда подошла бы для военного похода, но не для светского мероприятия.
Если Ли Фэн не смотрел по сторонам, то Ян Нин, казалось, видел всех и каждого. На мгновение его взгляд остановился на мне. Глаза чуть прищурились, уголок губ презрительно дернулся, а потом князь Ян отвернулся, словно потерял ко мне всякий интерес.
Они прошли мимо, не замедляя шага, и скрылись в воротах. И только тогда толпа выдохнула и зашумела, заволновалась. Некоторые молодые аристократы тоже поспешили следом за императором и князем.
– Раньше император на поэтические вечера не приходил, – склонившись к моему уху, горячо зашептала Жосинь. – И князь Ян тоже…
Мимо нас к воротам направилась компания аристократов.
– Интересный нас ждет вечер! – воскликнул один из молодых господ.
– Думаешь, Его Величество тоже будет стихи читать? – удивился второй.
– Император Ли? Вряд ли. Не слышал, чтобы у него были таланты в стихосложении, – сказал первый.
– А кто тогда? Этот северный варвар? Я не уверен, что он читать умеет…
– Сдается
