Мы спасаем попаданцев - Дмитрий Карпин

– А ты еще кто такой? – Он окинул Фадеева взглядом и через секунду заявил: – Хотя не важно! Хватай ее за ноги, паря, держать будешь, кабы кабанчик не брыкался!

Денис растерянно кивнул. В голове роем зажужжали мысли: «Что делать?.. Вмешиваться нельзя! Вдруг она кто-то из приближенных к царской семье и ее должны расстрелять!.. Но в таком случае этот придурок не стал бы ее тут насиловать… „Денис, ты не должен вмешиваться! Это переломный момент истории – любое вмешательство чревато глубокими последствиями!” – сказала бы Юля и оказалась бы полностью права…»

– А ну ползи сюда, – тем временем продолжал изгаляться над жертвой красноармеец. – Сейчас ты у меня будешь визжать… – Он схватил девушку за зад, притянул к себе, шлепнул ладошкой…

Беззащитный писк донесся в ответ.

– Я тебя, кабанчик, сейчас на шампур насаживать буду! – Красноармеец рванул за трусы-панталоны, ткань разорвалась, и девушка обреченно разрыдалась. Барышня завизжала, садист засмеялся, его пальцы постарались проникнуть в жертву, и она рванулась из последних сил, попутно кошкой выпустив коготки в лицо насильника, но зацепив лишь вскользь.

Но красноармеец взревел и задрал руку с целью ударить беззащитную жертву, и… Его рука остановилась, Денис перехватил запястье.

«Прости меня, Юленька, – мысленно покаялся Фадеев, – но в изнасиловании малолетки принимать участие я не желаю!»

– Ты? Ты че делаешь, мать твою? – удивленно прошипел красноармеец, обдав агента запахом лука, самогона и махорки.

– Да так, не бери в голову, – пожал плечами Денис и, развернув к себе красноармейца, с силой ударил его локтем в челюсть. Боец революции осел, но агент не остановился, переступил за его спину, обхватил горло горе-насильника предплечьем и принялся душить. Бедолага пытался сопротивляться, махал руками, но безуспешно, вскоре от нехватки кислорода он лишился чувств.

А Денис развернулся к напуганной до безумия девчонке. Та перестала плакать, но глаза округлились еще больше. Она глубже вжалась в угол кровати; видимо, неожиданно появившийся спаситель своими действиями напугал ее даже сильнее, чем насильник. От того девчушка знала, что ожидать, а от этого, нового…

– Ты кто такая? – Денис задал вопрос, который волновал его больше всего.

– Я?.. – девушка опешила. Казалось, такой простой вопрос ей не задавали никогда в жизни, либо никого в этой жизни не волновало то, кто она. – Я Настька… из деревни Камышевка.

«И действительно, кошка, причем кошка драная, деревенская, отнюдь не домашней-дворянской породы». – У Дениса отлегло от сердца.

– Слушай сюда, Настька из деревни Камышевка!

«Кошка» вспорхнула василькового цвета глазками.

– В общем, тут сейчас будет очень жарко, просто огонь, – наконец смог продолжить Фадеев. – К тому же, я думаю, ты не хочешь дожидаться того момента, когда этот урод придет в себя?!

«Кошка» покачала головкой.

– Верно. Поэтому тебе надо свалить отсюда, и как можно скорее.

– Как? – бедняжка заморгала васильковыми глазками.

– Как-как, – пробурчал Денис и взглянул на окно, надежно защищенное стальной решеткой. – Дом снаружи почти не охраняется, посты сняты, а те, кто должен его охранять, ну… их, в общем нет. Давай, снимай с себя одежду.

Настенька еще ниже натянула ночную сорочку, прикрыла босые ножки и вжалась в стену.

– Зачем? – пролепетала она, вот-вот готовая вновь разрыдаться.

– Да не собираюсь я тебя насиловать, дуреха! – Денис даже обиделся. – Снимай с себя одежду и переодевайся в ту, что на этом… любителе девочек… – Кивок в сторону лежащего без чувств красноармейца. – И не переживай, что она велика, в случае чего издалека тебя примут за своего и, возможно, так тебе удастся провести охрану, если такая попадется, но в остальном я тебе не помощник. И так уже сверх меры наследил.

– А решетка?

– С этим я разберусь.

Фадеев вытащил из-за спины плазменный револьвер, щелкнул тумблером, поставил оружие в режим режущего лазера и повернулся к окну.

– Переодевайся, я тебе говорю! – прикрикнул на девчонку Денис, поскольку та раззявила рот и с удивлением уставилась на странный мигающий голубым огоньком пистолет.

Настенька вроде зашевелилась и принялась стягивать с себя ночную сорочку, Фадеев краем глаза увидел ее голую спину и худенькие плечики, будто девчонку морили голодом. «Хотя, кто мог питаться от пуза в послереволюционные годы?» Денис отвернулся, открыл окно и один за другим принялся срезать прутья.

– Что, готова? – когда работа была сделана, спросил Фадеев, не поворачивая головы.

– Ага, – пискнула Настенька.

Денис повернулся. В одежде красноармейца девчонка выглядела довольно комично. Огромные сапоги, штаны-галифе, словно два мешка, свисающий, будто пальто, френч и фуражка, из-под которой на плечи спадали длинные волосы.

– Эх, – вздохнул Денис. – Волосы под фуражку спрячь.

Настенька кивнула и убрала непослушные локоны. Фадеев поднял с пола оказавшийся очень кстати уголек и, подойдя к барышне, мазнул ей под носом, создавая эффект усов.

– Ну, прямо Чарли Чаплин какой-то, – покачал головой Денис. Маскировка была никудышной, и девчонка могла рассчитывать на спасение, только если ее не приметят или приметят, но издали. Но большего для нее Фадеев сделать не мог.

– Кто? – не поняла Настенька.

– Чарли Чаплин, – повторил Денис и махнул рукой. – Да узнаешь когда-нибудь, если до утра доживешь. Ладно, теперь вылезай в окно. Когда окажешься на улице, по возможности прячься за кусты и деревья и ползком пробирайся за ограду, а потом беги отсюда, беги, не оглядываясь, и как можно дальше.

Девчонка кивнула, подошла к окну и высунулась наружу. Перед тем как спрыгнуть, она обернулась к Денису и произнесла:

– Вы, наверное, английский шпион? Скажите, как вас звать, чтобы я знала за кого молиться?

Он усмехнулся:

– Почти. Фадеев, Денис Фадеев, – перефразировав незабвенного Джеймса Бонда, улыбнулся агент.

– Спасибо вам, Денис Фадеев, я вас никогда не забуду. – На ресничках юной барышни блеснули росинки слез.

– Ну все, ступай, – произнес Денис с чувством, что совершил добрый и важный поступок, который когда-нибудь, возможно, ему зачтется, коль загробная жизнь существует.

Девочка кивнула и кошкой вспорхнула в открытое окошко, скрывшись в прохладной летней ночи.

«Надеюсь, у нее все будет хорошо», – подумал Денис и коснулся наночасов.

И вдруг дверь в комнату отворилась.

«Черт!» – выругался Фадеев и быстрее шагнул к входящему, чтобы тот не заметил лежавшего без сознания в углу товарища.

В дверях стоял помощник коменданта Никулин.

– А я думаю, куда ты подевался. Чего тебе тут понадобилось?

– Да живот опять скрутило, думал тут сортир, – пулей выскочив из комнаты, произнес Денис.

– Не время срать, товарищ, когда нас зовет долг революции! – хохотнул кто-то рядом.

Фадеев повернулся в сторону, там стояло еще четверо бойцов-красноармейцев.

– Отставить шуточки, Медведев! – прикрикнул на сказителя Никулин.

Красноармеец тут же замолчал.

– Двинулись, – велел помощник коменданта, и все зашагали по узкому коридору в сторону