Графиня де Монферан - Полина Ром
Соседки Сюзанны по комнате тратили деньги на сладости или украшения, на атласную ленту или кружку пива в каком-нибудь трактире, в компании ухаживающих за ними лакея. Пожилая горничная, которую звали тётка Кэтрин, выходной проводила в церкви, оставляя часть своего заработка в кружке для денежных сборов. Сюзанна копила...
Копила истово, не позволяя ни одной медяшке уйти на сторону. Тщательно складывая медяки, что изредка перепадали от гостей, к тем деньгам, что нехотя выплачивала горничным экономка. Она верила в свою удачу, и, когда настал нужный момент — прибытие молодой госпожи в дом графа, — отправилась к госпоже Мартайн.
При себе Сюзанна имела скопленные за пять лет службы три серебряные монеты. Просьба горничной показалась госпоже Мартайн очень дерзкой и вызвала целую отповедь:
— Ты никогда не служила при таких особах, Сюзанна! Это наглость с твоей стороны: требовать такое место! Госпоже графине нужна умелая горничная, способная сделать причёску, следить за кружевами и украшениями и оказывать все другие услуги. То, что ты иногда помогала гостьям графа шнуровать платье, не делает тебя камеристкой. Ступай...
Но за те пять лет, что Сюзанна провела среди прислуги особняка, она научилась многому. В том числе и разговаривать со старшей экономкой. Кроме того, что она убедила госпожу Мартайн в собственном умении делать причёски, сообщила, что знает более пятидесяти рецептов выведения различных пятен с шёлка и бархата, умеет незаметно штопать шёлковые чулки и многое другое — ещё у Сюзанны были с собой три неоспоримых серебряных довода...
И ведь новоявленная камеристка даже не врала экономке о своих умениях. Пусть девушка и была неграмотна, зато обладала прекрасной памятью и никогда не ленилась спрашивать у старших служанок, что и как чистится, плоится или ремонтируется. И даже причёски ей действительно приходилось делать, помогая гостившим в особняке дамам.
Именно поэтому, случайно проболтавшись, Сюзанна так перепугалась: она боялась потерять с таким трудом приобретённое место. Все же у личной камеристки госпожи не только зарплата выше. Это место давало огромный ряд преимуществ, и именно на нем девушка собиралась устроить своё будущее. То, что госпожа побожилась её не выдавать, да ещё и наградила несколькими монетами, заставило Сюзанну сильно задуматься о том, как вести себя дальше.
Девушка имела весьма ограниченный словарный запас и далеко не всегда могла сформулировать свою мысль правильно, но была вовсе не глупа. Она прекрасно понимала, что все деньги и власть в доме принадлежат графу. Но за пять лет работы на его светлость, обжигая руки в щёлочи и ломая спину при чистке каминов, она не получила ни гроша, ни шёлковой ленточки в благодарность. Только тошнотворную, частенько пригоревшую, кашу, чёрный хлеб, зачастую — плохо пропечённый, и оплату за труды такую, что за пять лет, не тратя никуда, могла бы себе позволить одно нарядное платье.
Играть на стороне слабого было страшно, но это был тот момент для Сюзанны, когда требовалось сделать выбор...
И она выбрала госпожу. Возможно, если бы не её собственный, Сюзанны, огрех в виде неосторожно сорвавшихся слов, она бы так и продолжала старательно выполнять приказы и молча кланяться. Но раз уж все сложилось к её пользе, то горничная решила рискнуть и помогать молодой графине столько, сколько сможет.
По крайней мере, графиня за эту помощь платила не только мелкими монетами, но и личным доверием. Как ни странно, это тоже оказалось для Сюзанны важно. До сих пор камеристка даже не задумывалась, насколько она одинока, проводя дни в толпе таких же служанок. Интерес графини к её собственной жизни заставил и саму горничную обдумать и понять многие вещи.
* * *
Вечерние беседы стали для графини и камеристки настоящими минутами отдыха от тяжёлого дня. Сюзанна, категорически отказавшаяся садиться с госпожой графиней за один стол, со временем оборудовала себе недалеко от обеденного места уютный уголок: лёгкое креслице и изящный круглый столик на высокой резной ножке. Туда ставилась половина сладостей и лакомств со стола графини, и вечерами девушки наслаждались тихой беседой обо всём на свете...
Глава 23
Первая прогулка в королевский парк оставила у Николь очень странное впечатление. Парк выглядел довольно необычно: чёткие широкие аллеи для прогулок, украшенные мраморными и бронзовыми статуями в конце и в начале, а особо длинные — ещё и в середине. Все деревья были подстрижены и почти не давали тени, зато выглядели довольно картинно.
Огромные клумбы, вокруг которых шли прогулочные дорожки, посыпанные песком, оказались так искусно заполнены цветами, что представляли собой яркие рисунки: королевский герб, различные эмблемы или какой-нибудь геометрический рисунок. Кованая ограда парка и все металлические детали скамеек и фонарей были выполнены с удивительным искусством.
Весь парк казался драгоценной шкатулкой, чётко поделённой на части низкими изгородями из самшита. Изгороди так же были аккуратно подстрижены, и вся эта вылизанная геометрическая эстетика оказалась расцвечена, как драгоценными камнями, нарядами гуляющих дам и кавалеров.
Прикрывая от зонтика лица кружевными парасольками, по аллеям бродили кукольно-нарядные женщины и мужчины, раскланиваясь и тихо разговаривая друг с другом при встрече.
Мадам Жюли и Николь, так же вооружённые зонтиками от солнца, медленно фланировали по аллее, и компаньонка негромко рассказывала:
— …вон та, в голубом, видите?
— Кто она? — равнодушно уточнила Николь.
— Сама по себе — никто, пустое место. Нищая дворяночка, даже не имеющая титула, — несколько пренебрежительно ответила компаньонка. — Но вот её любовник занимает весьма серьёзный пост в свите короля и безудержно балует свою даму сердца. Ходят сплетни, что юная нахалка ухитрилась вызвать гнев всесильной мадам Рителье! Тот сапфировый гарнитур, который она посмела надеть на последний бал, чуть не стал причиной её удаления от двора. Именно поэтому, госпожа графиня, вы должны понять, как важно для вас и вашего мужа выглядеть достойно в момент представления его величеству, но в то же время не вызывать зависть у вышестоящих особ. О, госпожа Николь, поверьте мне: это весьма сложное искусство. Вы обязаны надевать на бал драгоценности, но не имеете права перещеголять тех, кто выше статусом.
На солнце было довольно
