Сильнейший Столп Империи. Книга 12 - Алексей Ермоленков

Если лорд Фенриор действительно состоит в ордене охотников, то мне придётся туго. И если нам удастся победить в открытой борьбе за магическую Землю, то я смело смогу оставлять мой новый мир на защитников, а сам сосредоточусь на уничтожении этого ордена, но в одиночку это сделать очень трудно, если вообще возможно при моём текущем развитии.

Значит, мне нужны соратники — те, кому я могу безоговорочно доверить свою жизнь. К сожалению, с магической Земли я не могу никого забрать, потому что ослаблю её защиту. Остаётся только один вариант. Мне нужно вернуться в мой изначальный мир и предложить моему отряду переехать туда, где магия творит чудеса.

Я уже не первый раз думаю об этом, и чем дальше, тем больше мне эта идея нравится, но всегда есть нюансы.

Дело в том, что они меня уже похоронили и выгляжу я совсем по-другому. А ещё я учил их не верить ничему и никому, кроме членов нашего отряда. Вот и сомневаюсь, что они смогут мне поверить. Но то, что меня попытаются грохнуть, это к бабке не ходи.

Единственный способ доказать, что я — это я, — это рассказать им то, чего не знает и знать не может никто другой. Конечно, сразу они мне не поверят и сначала попытаются взять в плен, чтобы на допросе узнать, как мне удалось заполучить эту информацию, но, поняв, что пленить меня не удастся, меня попытаются убить. Именно тогда они и примут решение, от которого будет зависеть их участие в моей дальнейшей судьбе.

Минуты шли за минутами, часы за часами, и вот конферансье объявил:

— На арену приглашается победитель турнира лорд Максим Валерьевич Бессмертный.

— Ваш выход, — прокомментировал администратор и открыл портал.

Вскоре я и мой противник уже стояли перед артефактом, положив на него руки.

— Начали! — скомандовал судья, и мы оба провалились в темноту.

Я моментально разросся, а моему сопернику понадобилось чуть больше времени, поэтому я занял немного больше пространства.

Мой противник выигрывал бои немного медленнее, чем я, но всё равно достаточно быстро по сравнению с другими участниками. А это значит, что у него есть своя техника, которая позволяет так быстро побеждать.

Я решил не ждать и принялся наносить удары, но не шипами, а просто выпуклостями, однако тут же прекратил это занятие, потому что это было бесполезно. Оказалось, что мой соперник превратил свою волю в натуральную жидкость, поэтому даже мои шипы были не в состоянии справиться с ней.

Что ж, тогда я вижу лишь один выход. Просто давить, как это делают все на этом турнире. Однако я слегка изменю эту тактику. Да, шипами я ничего не добьюсь, но кто сказал, что я не могу использовать толчки для оказания давления на всю поверхность соприкосновения?

Я так и сделал, сначала надавил, затем резко отступил назад и снова надавил в два раза сильней, но результат оказался не тем, который я ожидал. Он был прямо противоположным.

Кажется, его воля, помимо текучести, как у воды, имеет ещё одно качество. Она не сжимается. Благодаря этому свойству его воля проникла между моей и стенками артефакта, после чего я не смог свою волю прикрепить обратно. Она уже не держалась на стенках, будто её смазали маслом.

И вот тут до меня дошло, что все, кто с ним сражался, делали одну и ту же ошибку. Они пытались его выдавить, но вместо этого теряли свою территорию. Что ж, я не все и соображаю значительно быстрее, чем остальные.

Раз уж поверхность моей воли, которая отошла от стенок артефакта, прикрепить обратно невозможно, я просто переместил её немного ближе к центру. Теперь мне необходимо вернуть территорию, которую я потерял, а до этого я буду использовать новую тактику.

Для начала, я создал в центре своей воли углубление, и жидкость потекла в неё, а я, чтобы компенсировать занятое соперником пространство, продвинул вперёд область соприкосновения моей воли с артефактом. При этом моя воля не отошла от стенок, когда я занял его территорию.

Судя по всему, он не в состоянии в жидкой форме управлять своей волей. Возможно, он умеет её наращивать, но давить ею не получится, а мне это под силу. Поэтому я продолжил.

Увеличивая углубление в своей силе воли, я продвигался по всем стенкам артефакта одновременно. Какое-то время противник не предпринимал никаких действий, но, когда я оставил ему меньше четверти всей площади, он решился и, увеличив плотность до желе, с силой надавил на центр, где располагалась отверстие, в надежде вытолкнуть меня наружу.

Глава 12

Встреча лордов. Место проведения турниров.

Кажется, ему повезло изобрести отличную тактику, но до конца он её не продумал. Продвинувшись вглубь моей силы воли, он ослабил сцепление со стенками артефакта, чем я и воспользовался.

Я занял оставшуюся часть поверхности артефакта, после чего принялся наносить удары по силе воли противника шипами. Да, с учётом текущего расположения, я его не выдавливал, но зато мои удары приятными вряд ли назовёшь. Поэтому через некоторое время противник решил вернуть своей силе воли жидкое состояние, сделав именно то, чего я и добивался.

В результате вся поверхность артефакта соприкасалась исключительно с моей силой воли, и единственное место, куда могла деться воля противника, — это отверстие, через которое она сюда попала.

Я улучил момент и толкнул силу воли противника с такой силой, что моего соперника откинуло метров на двадцать. Когда я выбрался из артефакта, первым делом спросил у судьи:

— Как он? Кажется, я перестарался.

— Ещё не знаю. Лекарь только бежит к нему, — указал он куда-то в сторону.

И действительно, к моему противнику спешил мужчина с чемоданчиком, на котором был нарисован красный крест.

— Можно подойти? — поинтересовался я у судьи.

— Если только вы не собираетесь его добивать, — ответил он.

— И в мыслях не было. Наоборот, хочу узнать, вдруг моя помощь пригодится.

— Тогда можете подойти, — разрешил судья, и я быстрым шагом направился туда, где лекарь склонился над моим соперником.

— Как он, док? — спросил я.

Но лекарь даже не поднял глаз.

— Ну хоть жить-то будет? — искренне начал переживать я, и тут мой соперник зашевелился, а потом застонал.

— Если надо чем-нибудь помочь, вы только скажите,