Герой Кандагара - Михаил Троян

− Вставай, падла!

Тот в непонятках просыпается. Ещё бухой, соображает туго. Не поймёт ничего. Она ему орёт:

− Ты зачем меня побил, скотина?

Он в шоке, вообще мирный по жизни. Наоборот, по бухе она его пресануть может.

− Да я не бил!

− А это что? Она показывает на свою красивую мордашку, таранившую пятиэтажку.

Он в шоке, говорит:

− Да я не мог! Я же никогда!

− Не мог он… Короче! – говорит она ему. − Ты мне набил морду, а я тебе! Иди вон… в зеркало глянь!

Дядя Жора посунул к зеркалу. Вообще пришёл в шок, как увидел себя. С пьяного спросонку принял разрисовку за настоящие фингалы. Говорит, дочка уже не выдержала. Вышла из спальни и сказала, что это мама ему нарисовала.

− Нормально тётка повеселилась! − весело сказал Кеся.

Мы уже вышли на освещённую улицу, где недалеко от перекрёстка была остановка.

− А куда едем-то? − спросил я.

− Пока это секрет! – Курбет лукаво ухмыльнулся.

У автобусной остановки застыла в ожидании женщина в строгом сером костюме. Юбка чуть выше колен. Она держала лакированную сумочку не сбоку и не на плече, а точно перед собой двумя руками.

Наша компания, вывалившаяся из переулка, не заставила её даже повернуть голову. Она спокойна, потому что в пятидесяти метрах, за светящимися окнами, маячил фасад райотдела милиции.

Да и молодёжь в это время не была так опасна для взрослых. Было какое-то почтение перед старшими. А вот между собой подростки были уже другие.

− Садимся! − Курбет указал на лавочку.

− Зачем? – спросил Гоша.

− Потом узнаешь.

Мы присели, кто курил, достали сигареты. Детдомовцы тоже курили Приму.

На дороге появился свет фар.

− Ща машину поймаем! Курбет отделился от нас и стал голосовать. Красный жигуль проехал мимо.

− Вот… чмо! – Курбет сплюнул.

Женщина отошла подальше от греха, но стояла с невозмутимым видом.

– Ааа… Вот, прёт еще одна! – Курбет встрепенулся, как охотник, уловивший добычу. Машина приближалась на приличной скорости.

Курбет шагнул на асфальт, его рука взметнулась вверх – жест властный и привычный. В те времена частников на дорогах было раз-два и обчёлся, и каждая машина была шансом. А водители останавливались охотно, чтобы подзаработать. Особенно здесь, в шахтёрском краю, где у людей в карманах после получки гуляли не только пятаки, но и бумажные червонцы, а то и четвертаки.

Автомобиль пискнул тормозами, и резина зашуршала. Перед нами замерла голубая жигулёнка – шестёрка, голубого цвета Валентина.

Не дожидаясь приглашения, Курбет рванул ручку и распахнул пассажирскую дверь.

– Дружище, на Сороковку подкинь! – бросил он, вкладывая в голос всю свою бойцовскую обаятельность. – Червонец плачу, без обмана!

Водитель, чернявый мужчина лет сорока, в синей спортивной куртке, только открыл рот, чтобы что-то возразить или спросить, но Курбет уже плюхнулся на переднее сиденье. Он обернулся к нам, скрывая ухмылку, и махнул рукой:

– Ну чё залипли? Залазьте, пацаны, быстро!

Мы дружно ринулись загружаться с обоих дверей, в тесный для четверых салон.

− Вы куда? – водила еле выдохнул воздух от изумления. − На заднее сиденье только трое! Вчетвером нельзя! Гаишники тормознут…

− Да ладно тебе! – уверенно проговорил Курбет. – Ещё пятёру сверху накину! А если гайцы остановят, штраф оплачу я. Только ты валяй через кладбище!

Через кладбище, это значит закоулками, а не через центр.

Водила молча включил скорость, и машина тронулась.

− Курбет! Так мы что, вправду на сороковку едем? – спросил Гоша.

− Мы-то едем! А по приезду получишь по башке!

− За что?

− Там узнаешь!

Все замолчали. Впереди маячили две тёмные головы. И водитель, и Курбет стрижены коротко.

Кстати, только сейчас обратил внимание. Мужики ходят с короткими стрижками, а вот молодёжь носит более длинные волосы. У меня средние, но тоже непривычно как-то смотреть на себя в зеркало. Надо будет подстричься покороче.

На себя… Во мне стало смешиваться две памяти. Они не превращались в кашу, но… Чем больше я находился в этом теле, тем больше во мне просыпались повадки и манеры бывшего хозяина тела. Слышал про книгу, где в одном мужчине жили двадцать семь личностей. Скорее всего это вымысел.

Но один раз в прошлой жизни я столкнулся с таким явлением. Жил тогда в частном доме с женой, которая потом меня бросила и умотала в Москву с одноклассником. Симпатичная была, жили поначалу нормально. Но потом начались претензии, что мало зарабатываю. И тут приезжает одноклассник с зароботков, перспективный и с баблом. Помахала мне любимая ручкой и всё. Вот так близкий человек, ради которого ты мог пойти на всё, удаляется из жизни и становится для тебя никто.

Пришёл я тогда с работы, захожу во двор. И тут слышу с соседского огорода мужской голос:

− Я вызываю прокуратуру! Я вызываю прокуратуру!

Быстро бегу в дом, у жены спрашиваю:

− Что там за разборки у соседей в огороде? Кого-то у них на огороде убили, что ли? Прокуратура ведь вызывается при серьёзных преступлениях.

− Да нет, − отвечает. − У них там работник на огороде ковыряется, траву рвёт.

А дело в том, что у них в ряд стояли сеновалы и часть огорода видно не было.

Время такое было, что нужно сорняки на огороде тяпать. Вот я и пошёл. Тяпаю и слышу с их огорода разговор. Человек кому-то рассказывает про сизо, какие-то там интриги. В общем, арестантская тема. И тут голос такой грубый, низкий спрашивает:

− А он что?

И мужичок рассказывает дальше. Через время опять низкий голос опять его спросил. Он дальше рассказывает.

Пошёл я к сеновалу, заглянул незаметно. Думаю, посмотрю, у кого такой странный низкий голос.

На соседском огороде мужик пригнулся и рвёт траву один. Рассказывает, ни на кого не смотрит. И тут он рассказывал одним голосом, а потом низким голосом что-то комментирует. В общем, общается между собой разными голосами.

Мне тогда жутковато стало. Непонятно, то ли сумасшедший, то ли в нём бес сидит. А может и вправду две личности в одном теле. Пришёл и сказал жене, чтобы на огород не ходила, когда меня