Мастер Рун. Книга 8 - Артем Сластин
— Третий Этаж, — сказал Цао. — Нам сюда, но сначала… нет, позже.
— Мастер, а почему на Третий, а не ниже? Или выше?
— От первых двух остатки находятся на уровне города, там совсем ничего не осталось. А третий нам как раз.
Выход на Третий Этаж через горизонтальный туннель оказался длиннее, чем я думал, метров пятнадцать по прямой, потом лёгкий поворот, и стены раздвинулись, и мы оказались в коридорах, которых я раньше не видел и которые не были похожи ни на что из моего гильдейского опыта.
Тут не было привычных рунных светильников. Гильдия их не устанавливала, потому что этот сектор не был освоен, и нанесён на карту, а может и вовсе был неизвестен никому, кроме тех, кто знал про цепь. Свет давали только наши фонари, и он ложился на стены двумя неровными пятнами, и за пределами пятен начиналась та особенная подземная темнота, в которой глаза напрягаются до рези, пытаясь что-то различить, и не различают ничего.
Стены грубые, необработанные, потолок низкий, местами мне приходилось пригибаться, и наконечник копья за плечом скрежетал по камню, пока я не приноровился идти чуть согнувшись, чтобы держать оружие ниже свода. Мастер Цао шёл впереди, уверенно и без колебаний, как по дороге домой, и я подозревал, что для него это и была дорога домой, в каком-то смысле, он ходил тут сотни раз за свою жизнь, знал каждый поворот и каждый камень.
— Гильдия сосредоточилась на Четвёртом, — заговорил Цао, не оборачиваясь, и голос его в узком коридоре звучал гулко, с лёгким эхом, которое бежало впереди нас по стенам. — Там артефакты, ценные материалы, и там деньги. Третий для них — пустышка, мелкие твари и ничего интересного. Я бы с ними поспорил, но не стану, мне их глупость на руку.
— Много тварей?
— Хватает. Мелочь в основном, но мелочь быстрая, злая и в достаточном количестве, чтобы неопытного практика загрызть. Тебе подходит. Хреновый из тебя боец будет, если тебя не потренировать на чём-нибудь попроще, чем ментальные монстры.
— Спасибо за оценку, мастер.
— Не за что. Правда глаз не колет, она его выжигает. Держи копьё ниже.
Я опустил копьё. Коридор расширился, потолок поднялся, и я наконец смог выпрямиться и размять спину, которая ныла от согнутого положения. Мастер остановился, поднял фонарь выше, и свет выхватил развилку, два прохода, левый широкий, правый узкий. Сейчас мы находились на настоящей древней улице, где вместо потолка и крыш была сплошная скала, а стены сохранились вполне себе. Проёмы, показывающие где тут были двери о окна.
— Налево, — сказал Цао. — Направо не ходи, там обрыв через двадцать шагов. Один хрен, если бы я тебе не сказал, ты бы туда полез.
— Не полез бы.
— Полез бы. Ты всегда лезешь туда, куда не надо, это я уже выучил.
Мы пошли налево, и через пару минут я услышал шуршание. Тихое, на грани слышимости, впереди и чуть левее, нечто мелкое перебирало лапками по камню. Звук по камню шёл далеко, и я понял, что слышу тварь за несколько коридоров, может быть метров за десять, и что она двигается нам навстречу.
— Слышу, — сказал я тихо.
— Я тоже. Твоя. — мастер ушел за спину, пропуска меня вперед, а следом из бокового прохода выскочила тварюга. Я увидел её раньше, чем она увидела меня, и к тому же умудрилась попасть под свет и замерла ослепшая.
Каменный жук. Размером с футбольный мяч, может чуть больше, с панцирем, который тускло блестел в свете фонаря, как полированная галька, и жвалами, короткими и толстыми, способными перекусить палец или прогрызть кожу доспеха, если дать время. Мелочь по меркам Этажей, но и мелочь была опасна, если относиться к ней без уважения, и, если их тут за сотню.
Одна тварь угрозы не представляла, и быстрым ударом я пришпилил ее к полу лишая жизни.
— Если бы эта дрянь была размером с собаку, побегал бы ты тут кругами. — буркнул недовольный Цао. — Давай, вырезай ядро.
Я присел над дохлым жуком и вырезал ядро, маленькое, с горошину, мутное и тусклое, из тех, которые в Гильдии ценились в несколько медяков и ни на что толковое не годились. Даже у первой костяной крысы, которую я убил, ядро было чище и лучше, чем это. Но мне оно нужно было не для себя. Я положил его в мешочек на поясе.
— Пошли дальше, — скомандовал Цао. — Впереди будет интереснее.
И он оказался прав.
Следующая тварь попалась через десять минут, подземный скорпион размером с мою ладонь, с длинным сегментированным хвостом и жалом на конце, которое светилось бледно-зелёным, и этот свет был неприятным. Яд никому не нравится.
Этот бой я провёл так же чисто. Ждал, читал движения, маленькие глазки скорпиона блестели в свете фонаря, как бусинки, хвост покачивался из стороны в сторону, выбирая момент для удара. Я увидел этот момент раньше, чем скорпион его совершил, потому что Глаз бойца на девятке работал как положено. Мышцы хвоста напряглись за полсекунды до удара, и я прочитал намерение по натяжению сегментов, и убил его буквально за миг до начала атаки. Легкотня.
Цао кивнул. Не похвалил, но кивнул, и я уже знал, что этот кивок стоил десяти похвал от кого угодно другого.
— Следи за хвостом, — сказал он. — Даже дохлый может дёрнуться и достать тебя. Рефлексы у них работают минут пять после смерти. Хреновая была бы история, приволочь тебя обратно с парализованной ногой.
— Учту, мастер.
— Учти, учти. Знал бы ты, сколько учеников калечились о дохлых тварей, потому что торопились ядро вырезать и не ждали, пока тушка остынет. Один мой знакомый, между прочим, тоже кузнец, потерял три пальца на левой руке именно так. Сунул руку в паучиху, а та возьми и сомкни жвалы, хотя ей голову снесли за минуту до этого. Три пальца. Хрясь, и нет. Ничего, приспособился, но он и раньше хреново ковал, так что особо ничего не изменилось.
— Жуткая история, мастер. — улыбнулся я. — А будет что-нибудь покрупнее?
— А тебе сразу не на жизнь, а на смерть надо, да? Любишь пощекотать нервишки?
Мы двинулись дальше, и бои пошли один за другим. Мы искали тварей, но скорее это они находили нас сами, шли на свет фонаря и на запах живых. И очень скоро я понял, что Третий Этаж, который Гильдия считала пустышкой, оказался не таким уж пустым.
Ещё два
