Грецкий 2 - Александр Изотов
Это что, Дра'ам её туда заточил? А может, имя Дра'ам на древнеэльфийском означает «таз»? Это заставило меня улыбнуться.
Я, чуть склонив голову, протянул палец к воде. Ведьма вытянула свои, пытаясь меня схватить… и лишь намочила мой палец.
Тогда я коснулся поверхности воды. Мою руку тут же рвануло и больно стукнуло костяшками о самое дно. И я вскрикнул, почувствовав укус.
Выдернул руку:
— Ау! — я посмотрел на белые следы зубов, — Эй, чего кусаешься?
— Да я сожру тебя живьём! Выпусти меня-а-а-а-а!!! — таз снова затрясся, — Ааа, ааа, ааа!
Я отошёл, задумчиво почёсывая затылок, чтобы не слушать вопли. Ладно, буду ходить неумытым. Но что за хрень здесь происходит?
Голос ведьмы исчез, осталось лишь приглушённое эхо. Я успел услышать, что она теперь рыдала.
Ну, на женские слёзы я особо не реагировал, если они были явной манипуляцией… Могу, конечно, простить капризы, но не этой же дряни, которая хотела меня убить ночью?
Я растёр по лицу воду с рук, вытерся полотенцем и, напялив мокрую одежду, отошёл обратно к столу. Всё это время я задумчиво косился в угол на таз с водой, но тот не шевелился.
Ну и пусть себе там сидит. Хоть тысячу лет просидит.
Тогда я решил выглянуть наружу. На всякий случай взял нож со стола, чтобы было хоть какое-то оружие — вдруг снаружи ещё кто есть? Непроизвольно протёр грязное лезвие пальцами…
И шарахнулся, узрев в блеснувшем металле лунные глаза.
— Грязный орф! Верни моё тело!
Я бросил нож на стол и отошёл. Снова глянул на кучу пыли возле стула. Гадство! А вот теперь я, кажется, начал потихоньку понимать, что произошло. Но надо проверить.
Закрутившись в поисках блестящих предметов, я подошёл к полке с банками. Думал протереть одну, с куском плоти, но решил не рисковать, когда заметил осколок зеркала, покрытый пылью.
Осторожно взял его. Перенёс к столу и, подставив к плошке и проведя по нему полотенцем, уставился на лицо ведьмы…
— Твою ж мать, — вырвалось у меня.
— Не смей упоминать её! — лунные глаза грозно сверкнули, — Этой великой первородной нет уже более двух тысяч лет!
— Извини, не хотел её обидеть, — вполне искренне кивнул я, а потом поморщился, — Это что ж получается, мне теперь даже не расчесаться?
Ведьма от моего вопроса впала в ступор.
— Что ты имеешь в виду, полукровка? При чём тут расчёска⁈
— Да при том, что я не вижу своё отражение… — буркнул я, и тут по моей коже пошли мурашки. Я теперь что, вампир⁈
Сразу потрогал клыки… Нет, всё на месте. На орфячьем месте.
— Что ты делаешь⁈ Вернись! — её голос затих, когда я отошёл от стола к связке с чесноком, замеченной мной на полке.
Понюхал. М-м-м, его бы сейчас да с рулькой запечённой. А в этом мире вампиры как к чесноку относятся?
Чертыхнувшись, я пошёл не к столу, а к тазу с водой.
— И где ты был? — прозвучал возмущённый вопрос. Как будто жена мужа встретила.
До меня стал доходить поистине вселенский масштаб этой проблемы… Я что, эту стерву буду видеть во всех зеркалах⁈
Стоп! А может, она сейчас просто в другом измерении, но в этой избе? Может, она призрак, прикованный к этому месту?
Надо проверить!
Я быстро пролетел через избу и распахнул дверь. Свежий воздух чуть не свалил меня с ног — он влетел в мои лёгкие таким дурманом, что голова закружилась.
Изба ведьмы, кстати, находилась в очень живописном месте… За избой лес, а перед ней заросший цветочным разнотравьем луг.
Рядом стояла телега, возле неё в траве паслась гнедая лошадь. Подняв голову, она заржала и удивлённо глянула на меня: «Мол, а где хозяйка?»
Выскочив на улицу, я заметил деревянную бочку возле стены, покрытую мхом и будто утонувшую в земле. Она была до краёв полна водой, и я тут же оказался рядом…
— И что это значит? Ты пытаешься сбежать?
Я даже не ответил, отвалившись от бочки. Лицо ведьмы в чёрном омуте проводило меня взглядом, подпрыгивая и пытаясь заглянуть за край.
Плюхнувшись на траву, через пару мгновений тишины я расслышал журчание… Так-так-так!
Вскочив, я, словно оборотень, учуявший добычу, понёсся через траву. Вслед донеслось укоряющее ржание лошади. Бегают тут всякие, воняющие кабанами.
Ручей нашёлся шагах в двадцати, и я, подскочив, упал на колени. Бережок оказался скользким, и я съехал по мокрой траве прямо в воду, где уставился на своё отражение…
Да-а-а!!! Боже, какая радость! Закончилась чёрная волшба, Грецкий свободен!
Значит, только в избе эта ведьма, так? И значит…
Моё отражение вдруг обняли сзади, из-за моего плеча появилась прекрасная эльфийка. Я почувствовал на себе её руки, сначала огладившие мою грудь, а потом впившиеся ногтями в кожу.
— Ты в моей власти, смертный! И если ты сейчас же не вернёшь всё назад…
— То что? — растерянно спросил я, разглядывая теперь два отражения. От её ногтей ощущения были немного притупленные, в реальности это было бы гораздо больнее.
Ведьма тут же сомкнула руки, и тот я, что в ручье, просто исчез. Я почувствовал кратковременную боль, но тут же отлегло. А тёмная эльфийка, закрыв глаза, расхохоталась…
Смеялась она зловеще и долго, но ей вскоре это надоело, и она приоткрыла один глаз.
— Ты что-нибудь почувствовал? — с лёгкой ноткой паники спросила она.
Я не ответил, лишь поморщился и устало потёр лоб. Почувствовал или нет, а проблема то осталась.
Здесь воды было много, и я всё же принялся как следует умываться… И всё это под истошные крики ведьмы о том, какой я грязный, вонючий, недостойный, и что если я её не верну, то ещё мгновение, как я умру самой ужасной смертью.
— Да, да, — проворчал я, чувствуя, как моя голова от её криков уже звенит. Да и надоело, что ведьма то и дело плещет в меня водой.
Я вылез из ручья, бухнулся на траву, и визгливый голос тут же затих, словно улетевшее эхо.
Боже, какое же блаженство! Тишина… Никто не выносит мне мозг. Я даже и не думал, что всего за пять минут можно так утомиться.
Лёжа в траве и разглядывая плывущие облака, я позволил себе ни о чём не думать несколько минут. Потом всё же встал и стал оглядываться, пытаясь понять, где нахожусь.
Ну да, места красивые. Зелёные горы вокруг, вздымающиеся из леса, и так до самого горизонта… Я на какой-то возвышенности, это тоже большой холм, одна сторона которого тоже поросла лесом.
Ни хрена не знаю, где я…
