Тактик 14 - Тимофей Кулабухов
От его слов я вспомнил про Ущелье Двойной Луны и то, что в его недрах жили странные твари и было много жутких туннелей. Тогда весь мой ресурс, это возможность взять пару лепёшек, несколько фляг воды и парочку солдат с крепкими нервами и без клаустрофобии. Сейчас у меня есть маги, ведьмы и солдаты.
— Да, вот ещё что… Я говорил, что старина Раккот любил оружие?
— Да, король.
— Так вот. У него среди прочего был артефакт. Не особенно ценный в те времена, но теперь мне он кажется весьма и весьма…
Арктеррион задумался и замолчал.
Я откашлялся, хотя место, в котором я находился не имело проблем с дыханием. Формально это нечто вроде виртуальной проекции, вроде матрицы, где моё виртуальное отражение может встретиться с Арктеррионом. Какие уж тут проблемы с горлом.
От моего «кашля» король пришёл в себя.
— О чём речь? — спросил я.
— Есть там забавная такая штука. Называется доспехи Ньёрва, — задумчиво произнес Арктеррион, и в его голосе проскользнули нотки религиозного благоговения. — Ньёрв был Первым из Мёртвых рыцарей и было это в Эпоху Богов. Формально, он был полубогом и доспехи хранят его силу. Его броня выкована из сплава метеоритного железа, чёрной брони антрацитовых драконов и божественной крови, которую Ньёрв добыл помимо желания доноров. И выковали её на кузне Титанов, поэтому она вбирает в себя сразу многое. И главное, это статус Владыки нежити.
Глаза духа вспыхнули внутренним светом:
— Этот артефакт не просто защищает тело. Доспехи Ньёрва даруют носителю неоспоримую власть над любым существом, лишённым искры жизни. Надев их, ты не отключишь сигнал Мёртвых богов. Но любая нежить почувствует твою власть, попробует тебя убить или покориться, как самый верный вассал. То есть, если враги приведут к тебе легионы нежити, а ты опасаешься чего-то такого, то ты просто щёлкнешь пальцами и большинство станет твоими верными псами.
— А меньшинство?
— Ты просто убьёшь их, шевельнув пальцем, приказав новым слугам. Они ведь ещё и защищать тебя будут. То есть, это как корона на голове. Доспех делает тебя Королём мертвых. Чем-то вроде полубога. Наверняка там есть свои условности, но главное, что носить доспех может и живой, если сможет убить Ньёрва.
— Нужно убить Ньёрва? — я всё ждал, когда в этом крутом торговом предложении появится большущее «но». И вот оно, кажется, проявилось.
— Нет, к сожалению, — вздохнул Арктеррион. — древний рыцарь давно исчез, его энергия развеяна, как и кости. Причём, это было даже до Раккота.
— А почему же Раккот сам не использовал доспех?
— С какой целью? Я тебе говорю, ни в эпоху войны Богов, а теперь её, наверное, стоит называть «Первая война Богов», ни в эпоху Магических войн никто не менял магический фон Гинн так, чтобы мёртвые по всему миру вставали из могил. Зачем тебе специфический доспех, если нежить — штука не особо массовая и для этого у меня есть Мёртвые рыцари, есть архиличи, есть Великие маги, которые по щелчку управляли армиями скелетов?
— То есть, ввиду отсутствия конкуренции ценность доспеха заиграла новыми красками?
— Любишь ты творческие образы, герцог. Ты же не некромант? В твоём крошечном войске некромантов нет. Великих магов в мире тоже больше нет и не может родиться. Мертвые рыцари, то есть я и мои товарищи, склонны продолжать спать дальше… И поверь мне, так будет лучше для всех. Вот и получается, что специфический артефакт может тебе здорово помочь. Однако ты должен помнить, что артефакт сводит своего владельца с ума. Он выжигает человечность, заменяя её единственным желанием: захватывать всё новые и новые царства, пока весь мир не превратится в один гигантский некрополь. Поэтому носить его, не снимая, нельзя. И, опять-же, он ценен, пока в игре только нежить. А поверь мне, это быстро изменится. Представь, что ты играешь в игорном доме, а один из игроков всё время меняет правила, придумывает новые игры, ещё и имеет возможность рисовать нужные ему карты, кости, игровые фишки? Вот что такое война богов.
— Да я и не сомневался, что всё хреново, Твоё величество.
— Не берусь пророчить, герцог, — вздохнул король Арктеррион, но когда начинается война, ей сопутствуют три вещи — голод, чума и крысы. Если говорить про такую глобальную заварушку, то вместо крыс у тебя драконы.
— Драконы? Драконы существуют?
— А чему ты радуешься, герцог? Лучше бы их не было. Хвостатые полуразумные твари наверняка используют эту ситуацию, чтобы сожрать всех и выйти в этой гонке в лидеры. Дело в том, что дракон вообще не имеет пределов в развитии силы, магии, скорости, живучести и власти.
— Но о драконах никто не слышал сотни лет, — попытался возразить я, хотя и понимал, что веду себя точь-в-точь как Альд Дэрш, который цепляется за привычный образ мира. — Они прочно переселились в сказки, мифы и рисунку на страницах старых книг.
— А крысы откуда берутся? — хмыкнул мёртвый король. — Только что не было и вот у тебя полный подвал. Аналогия не особенно точная, даже миллион крыс не создадут тебе такие проблемы, как один дракон.
— Получается, что возврат Мёртвых богов запускает цепную реакцию? — спросил я.
— Ну, да. Был баланс, спокойствие, на спине которого Бруосакс и Маэн, ослеплённые своим самолюбием, могли играть в войнушку. А теперь проснулись те, что будут разбивать на куски горы и сжигать города.
Пространство Калиновой пещеры подёрнулось рябью.
Арктеррион поднял голову и осмотрелся.
— Тебя зовут в мире живых, герцог. В общем, если тебе нужно больше ответов, ищи Мистрас. Забирай доспехи. И постарайся не сдохнуть до нашей следующей встречи.
Резкий рывок вышвырнул моё сознание из магического транса.
Воздух вокруг всё так же пах каменной пылью. Мои побелевшие пальцы мёртвой хваткой сжимали деревянные подлокотники стула.
Рядом со мной нависал массивный силуэт Мурранга. Хмурый гном-квиз тяжело дышал. В его мозолистых руках была зажата открытая армейская фляга, оттуда он лил воду в другую руку и мыл ею мне лицо.
— Дохлые огненные черви подземных пределов! Босс! Ты шибанулся? Командор, — выдохнул Мурранг, уловив осмысленный взгляд в моих глазах. Его обычно спокойный голос выдавал крайнюю степень нервного напряжения. — Тебя не было, ты пропал, мы пытались достучаться до тебя через Рой. Я, Фомир, Орофин. Хрен на рыло. Ты пропал. Хорошо, мы Иртыка нашли.
Я с трудом подвигал головой. Ощущение было такое, словно я разгрузил вагон угля. Но время, время? Мне казалось, что разговор
