Тёмный Хогвартс. Третий курс - ВеенРок
Многое стало гораздо, гораздо понятнее в этой школе. Я решил создать свой клуб… Как раз в то время, когда студентов для удовлетворения потребностей этой мерзости нужно довольно много. Вот Дамблдор и решил дать мне шанс, но только при условии, что я… стану палачом. Тем, кто убьёт студента или утянет на дно с десяток других. Но почему? У него ведь есть целый клуб верных последователей! Зачем так заморачиваться? Заче-е-ем?!
Теперь же, после череды неудач и провалов, я просто не мог не исполнить его желание и волю. Ибо только так я был способен спасти и вернуть своих пропавших друзей — на это мне, по крайней мере, намекнула профессор Весс перед всей этой катавасией с вторжением дементоров.
Что же… я условие выполнил. Совершил то, на что меня весь год исподволь подталкивали. Выбрал Нотта, потому что… он навредил моим друзьям. Не он один и вряд ли по своей инициативе — скорее всего, злопамятный слизеринец был простым подручным МакГонагалл, что точила на меня зуб, и действовал по её указке. Ну… теперь два моих врага так или иначе отправились на тот свет. Хоть что-то хорошее в этом всём виднеется.
Теперь черёд Дамблдора. Грюм отпустил меня с места преступления, что уже было хорошим знаком. Но чего мне ожидать дальше? Казни или всё же милости?
* * *
Первым вернулся Симус. Только-только прошло очередное полнолуние, после которого он зашёл к нам в комнату под самый вечер, будто бы и не пропадал вовсе практически на целый месяц.
— Симус! Это и правда ты! — вскочил радостный Гарри и полез обниматься. Я тоже не остался в стороне.
— Где ты был, что с тобой происходило? Рассказывай, друг.
— Кайл, — он посмотрел на меня грустным взглядом. — Мы так сглупили… Не подумали, клюнули на эту ловушку…
— Всё это в прошлом, Симус. Главное, что ты жив и ты вернулся.
— Всё да не всё. Я теперь… теперь… — казалось, наш вечно смелый и позитивный ирландец был готов вот-вот расплакаться.
И у меня не нашлось слов, чтобы его хоть как-то утешить. Да, теперь он оборотень, и это с ним на всю оставшуюся жизнь. Недавно он пережил своё первое превращение, прочувствовал, что это такое, и отныне будет проходить через данные метаморфозы по двенадцать-тринадцать раз в году…
— Как ты будешь учится? Люпин сказал мне, что тебя могут исключить… — взял Гарри инициативу в разговоре в свои руки после небольшого молчания.
— Он и мне подобное говорил. Утверждал, что моя судьба ещё не определенна, а недавно… сказал, что меня решено оставить в Хогвартсе. И что я буду переживать полнолуния совместно с ним и под его присмотром.
— Ты был прав, когда сделал это, Кайл… — прошептал Гарри, которого при всей нашей дружбе всё же задело до глубины души моё хладнокровное убийство однокурсника на глазах у всей школы. — Прав… Другие тоже должны вернуться!
— Я так и знал, что это ты приложил руку к моему спасению, — отреагировал Симус, обращаясь ко мне. — Вроде бы это мы шли спасать тебя, а в итоге получилось всё ровно наоборот…
— Пустое. Мы столько всего прошли сообща, что я не мог бездействовать. Как и вы с Гарри. Один за всех и все за одного, да? — я искренне улыбнулся, казалось, впервые за долгое время.
— Именно так, — подтвердил мои слова Симус. — Кстати, Гарри, поздравляю. Люпин просил передать, что наши с тобой проклятия сняты. Бонус, так сказать, за случившееся со мной.
— Точно, ведь мы так и не выяснили, что они из себя вообще представляли. Ну, отлично, — сказал Гарри, пожав плечами.
Вместе с возвращением Симуса выдохнул и я… Эти пару дней, что прошли с момента убийства Нотта, меня никто не трогал. Сторонились студенты, не обсуждали случившееся преподаватели… Я был в информационной изоляции. И теперь был полностью уверен, что поступил ужасно, но… правильно. И Симус — живое тому подтверждение.
На следующий день наша компания вновь пополнилась. Гермиона и Драко тоже вернулись из заточения… Исхудавшие, истощённые, грязные и до жути робкие, будто бы не верящие своему счастью от обретения свободы.
— Кайл! — тут же кинулась Гермиона в объятья, как только увидела меня. — Ты живой!
— Главное, что ты жива, Гермиона. И ты, Драко, — кивнул я слизеринцу.
— Дерьмовый получился год, да, Голден?
— Именно так, Драко. Именно так… Но теперь всё должно быть позади. Я понял, чего от меня добивались и сделал это.
— Да, мне уже рассказали… Теперь тебя боятся чуть ли не наравне с преподавателями, знаешь? По крайней мере, на Слизерине. После такого гулять по замку как ни в чём не бывало… Многие не понимают, почему ты всё ещё в школе.
Именно этого я по сути и добивался своим представлением. Да, мне пришлось убить студента, и скорее всего Дамблдор ожидал, что я сделаю это тихо и незаметно, как и предлагала Уэнсдей, но… Я, видимо, стал совсем уж прожжённым циником, раз решил воспользоваться даже столь ужасным событием ради пользы и выгоды. Но если убийства не миновать, то какая по сути разница — произойдёт оно втайне или на виду у всех? Последствий-то со стороны школы так и так быть не должно.
Пусть уж лучше я стану опасным и ужасным студентом со связями в администрации школы, чем продолжу быть изгоем, о которого вытирают ноги. Ведь только крыша от директора могла оставить это безнаказанным, верно? Именно так теперь и думали практически все студенты Хогвартса, что играло мне только на руку.
— Я так волновалась! А этот Квирелл — он изверг! Самый настоящий! Держал нас словно скот, глумился и… и…
— Тише, тише, Гермиона. Всё хорошо. Теперь ты свободна и снова с нами, — я погладил её по голове, продолжая обнимать.
— Ребята, — слово взял Гарри. — Симусу уже успели прояснить, что если он не подтянет все темы из пропущенных занятий, то в конце года его ожидает что-то очень плохое. Так что и вам нужно как можно скорее догонять программу.
— Благо мы поможем, да и не думаю, что Гермиона способна хотя бы немного отстать, не так ли? — поддержал я нашу отличницу, вызвав у неё слабую улыбку сквозь слёзы.
Наша компания воссоединялась… Как же хорошо стало на душе. Уже и Нотт не так часто мелькает в ночных кошмарах. Да…
Ещё
