Изгнанники Небесного Пояса - Виндж Джоан

— Вы покупаете водород на Диске? — прервал молчание Беты Клевелл.

— Покупаем? — посмотрел на него Теневик Джек. — А за какие шиши? Мы его воруем.

— А если эти… дисканцы вас застукают в своей сфере влияния? — Клевелл полез под консоль, вытащил закрытую чашку и присосался к соломинке.

Теневик Джек пожал плечами.

— Тогда они попробуют нас убить. Наверно, потому и нас атаковали. Они вас за демархистов приняли. А может, им ваш корабль нужен был. Всем бы такой корабль. Вы что, управляетесь с ним сами? Два человека… — Его разноцветные глаза мечтательно затуманились.

— Не без основательной подготовки, — перебила Бета, — если у вас на этот счет до сих пор планы. И даже нам это нелегко. Тут еще пятеро людей в экипаже должно быть. Дисканцы убили их всех. — И все это зря.

Ой, — поморщился он. Бета увидела, как вздрагивает девчонка.

— Еще один вопрос, — Бета глубоко вздохнула. — Расскажите мне, что собой представляет эта Демархия, за выходцев из которой нас все, кажется, принимают.

Теневик Джек вдруг словно потерял нить разговора: все внимание мальчишки сосредоточилось на допивающем напиток Клевелле. Птичка Алин облизала губы и потерла рот тыльной стороной увечной руки.

У них нет воды… Голодные лица перед ней расплывались, смешивались с лицами ее собственных детей. Так давно, так далеко… Она опустила взгляд на собственные руки, на тонкие золотые кольца: четыре на левой, два на правой.

— Итак?

Теневик Джек прокашлялся, глаза его молили о воде.

— Демархия… расположена в шестидесяти градусах перед Диском, на троянских астероидах. У них лучшая в системе техника из того, что еще работает. Они сделали ядерный реактор, от которого питается наша электрическая ракета. Они единственные знают, как их делать.

— Если они такие благополучные, зачем дисканцев грабить?

— А им не надо. Они обычно с ними торгуют. Меняют металлы на переработанный снег — воду, газы, углеводороды. Иногда случаются… инциденты. Каждая сторона хочет к себе канат перетянуть. Наверняка думают, что рано или поздно получится восстановить Пояс. Чушь. Даже если бы они друг с другом перестали собачиться, все равно слишком поздно. Всем это видно.

— А ты не больно оптимистичен для своего возраста, мальчик мой, — заметил Клевелл.

Теневик Джек нахмурился и почесался.

— Я ж не слепой.

— Клевелл… — Бета ощутила, как Рыжинка тычется мордочкой в ее шею, и аккуратно устроила кошку на плече. Коготки осторожно зацепили джинсовую ткань куртки. — Что думаешь? Как полагаешь, это правда? Неужели мы… мы пролетели весь путь к Небесам напрасно?

Он потер лицо руками. Его собственные обручальные ленточки отразили свет, три на левой руке, три на правой.

— Думаю, это возможно. Объяснение настолько безумное, что вполне годится для всего нами пережитого.

Она кивнула и поглядела на заострившиеся грязные лица незнакомцев. Те ожидали ее решения. Да уж, эти детки не ангелы. Они жертвы, жертвы невообразимо жестокой трагедии, коснувшейся теперь и ее жизни, и жизни ее спутника, трагедии, уничтожившей мечты других гак же, как разрушила она мечты самой Беты. Мечта об этих Небесах, как и все мечты о небесах, оказалась уязвима. Наверное, лучше таким мечтам не сбываться вовсе… Она раскурила трубку и немного успокоила нервы привычными движениями, прежде чем обвести взглядом напряженные лица ожидавшей парочки.

— У меня будет к вам предложение. Теневик Джек, Птичка Алин, вы утверждаете, что Лэнсингу нужен водород для воды. Нам он тоже нужен, для топлива. Мы сейчас полетим за ним. Отправляйтесь с нами и рассказывайте все, что нам нужно знать об этой системе, а если все пройдет благополучно, мы с вами поделимся.

— Почем нам знать, что вы сдержите слово?

Бета вскинула брови.

— Почем нам знать, что вы говорили правду?

Он не ответил. Птичка Алин взглянула на него и недовольно нахмурилась.

— Если вы были честны с нами, то мы будем честны с вами, — сказала Бета и стала ждать. Теневик Джек переглянулся с Птичкой Алин. Та кивнула.

— Наверно, это в любом случае лучше, чем нам одним… А как насчет Лэнсинга‑04? Мы ж не можем его просто так бросить.

— Ваш корабль мы заберем с собой, если хотите. Возможно, попробуем починить изоляцию двигателя.

У мальчишки отвисла челюсть, но он тут же пристыженно собрался:

— Нам… нам можно послать сигнал домой, в Лэнсинг, и рассказать им, что произошло?

— Да.

— Тогда мы согласны. Мы остаемся с вами и рассказываем то, что знаем.

Двое заметно расслабились и обмякли в воздухе, словно тряпичные куклы. Клевелл скрестил руки на груди.

— Но имейте в виду вот что. Капитан сказала, что управление Рейнджером требует подготовки, и это так. Мы полетим с ускорением в одну стандартную силу тяжести. Если даже вы сумеете захватить корабль и связаться со своими соплеменниками, они вас в жизни не догонят. Вы ничего не добьетесь, кроме путешествия в вечность. В один конец.

Теневик Джек открыл было рот для ответа, потом закрыл.

— Отлично. Присмотрим за вашим кораблем, в общем. Клевелл, отведешь их вниз? Их бы… — Она отвернулась, зная, что тактичности ей недостает. — Они могут воспользоваться душем.

— А из чего этот душ? — с подозрением пробормотала Птичка Алин.

Бета выдержала паузу, вдыхая дымок.

— Ну… из воды.

— К сожалению, шампанское у нас кончилось, — Клевелл оттолкнулся и полетел к двери.

Теневик Джек неуверенно рассмеялся.

— У вас столько воды, что в ней можно мыться?

Она кивнула.

— Используйте столько, сколько вам надо. Без проблем. У нас много. И мыло берите. И чистую одежду. Клевелл?

— С удовольствием.

Он нетерпеливо направил их из рубки в шахту, по которой гуляло эхо; Рыжинка увязалась за ними. Бета на мгновение отключилась, прислушиваясь к их движениям; ее взгляд утонул в травянистой зелени коврика, пыльной небесной голубизне переборок. Этот дизайн специально разрабатывался для того, чтобы семерым людям не свихнуться в тесноте за три с лишним года. Она осознала, что за последние дни на корабле исподволь распространилась пустота, основательная, безнадежная, подобная великой пустоте за гранью корпуса. И, осознав, поняла, что пустоты больше нет. Включились струи душа, зазвучали слабые восторженные хохотки.

Клевелл с Рыжинкой на руках возник на пороге.

— Надеюсь, они там не утонут… но, впрочем, мне в любом случае стало бы легче.

Она опустила взгляд на трубку в своей руке, вспомнив, как он вырезал ее для Беты в последние дни пребывания в Северной моэтии. И, сама себе удивляясь, начала смеяться.

Рейнджер, в полете из Лэнсинга к Демархии, +290 килосекунд

Птичка Алин медленно шла по гидропонной лаборатории Рейнджера в зеленом свете ламп, и ее хрупкое тело выгибалось от усилий держать спину прямо при стандартной силе тяжести. Она что‑то негромко насвистывала себе под нос, словно не замечая дискомфорта: неизменные прохлада, влага, запах яблок и гудение насекомых уносили ее мыслями в прошлое. Теневые пятна скользили по плиткам, сливались друг с другом и разделялись при каждом движении лиственных крон, пропуская в глубины прозрачных запечатанных баков с вязкой жидкостью искорки голубовато–зеленого света.

Обстановка эта представлялась ей странно чужеродной, как, впрочем, и всё в этой сказочно богатой стране чудес на борту звездолета. Однако деревья и папортники везде одинаковы, как ни искажаются от силы тяжести или отсутствия таковой. Живые создания, которым она нужна. Они благодарили ее за внимание и заботу цветами или плодами, залогом дальнейшей жизни ее народа. Единственные из всех живых существ, с охотой принимали и впитывали они ее любовь — и никогда не отворачивались от дурнушки, неумехи, калеки…

Птичка Алин вытащила индикаторный щуп из очередного чана, посмотрела на показания и отряхнула. Со вздохом продолжила было путь вдоль цепочки чанов, но остановилась, присела на пол и стала массировать распухшие ноги. Кровь циркулировала с трудом, плоть покалывали невидимые иголки. Птичка Алин откинулась назад и взглянула вверх, в изменчивую зелень; представила, что за нею полупрозрачный, молочного оттенка, атмосферный пузырь Лэнсинга, а Теневик Джек плетет свою паутину там, где на корабле установлены были ряды ламп дневного света.