Хроники Затерянных Станций. Часть 1. Дом - Владлика Чистякова (Night train)

И вдруг все взгляды ринулись к Синице. Двенадцать пар любопытнейших глаз. Она даже слега испугалась – вдруг о плане её они знают? Девушка сглотнула. Растерялась. Промолчать? Ну, нет, не в этот раз! Пусть ненавидят – птица всё стерпит. Пусть кричат, горла́нят и лают.

– Я..! – набралась она смелости. – Я хочу птичьей свободы! – её взгляд отыскал Кудряша, что с волнением ждал продолжения. – Я безумно люблю это место. И здесь прожи́тые годы. Но мне тесно в запертой клетке. Я на грани изнеможе́ния. Я считаю, что мир нам открыт, и я хочу упасть в его объятья. Пока мы здесь, нам ничего не угрожает. Но мы не движемся, неизменен наш путь, – её мысль кратка, но доходчива: «Может быть, прятаться хватит?». – Если нам представится возможность, то я бы хотела… рискнуть.

Главарь отвел глаза. Он ожидал другого. Будто усилия его идут ко дну. Он так старался, чтобы каждый был здесь счастлив. Но напрасно хотел птицу приручить. Из-за страха её потерять, он привязал её к Базе. Одну. Пытаясь смиренью и робости насильно её научить. Стыдно. Немыслимо стыдно. Вожак уперся лбом в свои пальцы, сложив их в непрочный замок, и неслышно с тоскою вздохнул. Слишком юн и неопытен был лидер команды скитальцев. Из-за страха остаться одиноким он ни раз птицу обманул.

За столом в кой-то веки воцарилась атмосфера настоящей, крепкой дружбы. Беда с Лихой крепко обнимались, пытаясь горести друг друга разделить. Даже сплетница, задумавшись, примолкла. Для нее такие чувства были чужды: не привыкла о своих терзаниях тем боле вслух девчонка говорить. День откровений для ребят пошел на пользу, но для кого-то он был хуже страшной пытки – здесь были люди, что внутри таили гораздо большую боль. Пятеро из них скрывали тайну – их рты зашили плотные нитки. Но вы же знаете, как порой трудно сохранять хладнокровность и контроль

– Что ж, закончим на сей приятной ноте, – кудрявый оглядел побродя́жек. – Но прошу вас, друзья, не расходиться. На повестке дня еще один вопрос. Он касается нас и нашей Станции, – вожак вновь закурил, вдыхая тяжко. Задержал дым в легких. Сощурился. И напряжённо выдохнул через нос. – В нашем Хранилище кончается вода. До осени мы, может быть, протянем. Я хочу, чтобы вы приняли решение: остаемся или ищем новый дом, – лидер почесал подбородок.

– Ты ради этого устроил цирк с конями?! – цыкнул Змей, и состроил гримасу. – Ты когда нам собирался..?

– Потом! Будешь мне устраивать истерики, – кудрявый в пальцах затушил сигарету. – Нам нужны бумага и ручка.

– Но, Кудряш, скажи, как же так? – Беда была очень напугана. – Иного выхода разве…нет?

– Нету. Я обязан был вам рассказать.

Кащей выдохнул горестно:

– Мрак..!

Мысли Синицы устремились вверх голубкой: может, и Станцию не нужно поджигать? Лишь бы выпало побольше нужных «за», и Кудряш не сможет воспротивиться. Она взглянула на Длинного, Воробку. Им не нужно было объяснять. Эти точно поддержат её. Остальные – пускай с этим мирятся. Надежда вспыхнула в её светлых глазах. Птица отыскала Мозгляка. Он тоже взглянул на неё, немедля поправив очки. Уже четыре положительных ответа были в кармане у неё, наверняка. Змей будет пятым, она знала точно, чужим запретам вразрез и вопреки.

Лиха снова чуть было не заныла, но Беда пихнула её в бок.

– Собелись, Лиха. Будь стойкой! – та похлопала себя по щекам. – Я помогу потом всё сосцитать! С «матесей» у меня все было «ок»!

Кудряш с удивлением поднял брови, и молвил:

– Хорошо, по рукам.

Лиса открыла тетрадь со и вырвала две пустые страницы, а затем принялась их злостно рвать. Длинный воскликнул:

– Лисица, ты чего?

– Нам же нужны «бюллете́ни», – распахнулись рыжие ресницы. – Мы на них будем писать "за" и "против"?

Вожак кивнул:

– Типа того, – он принялся считать клочки бумаги. – Всё, хватит, Лиса. Их тринадцать. Ребята, разбирайте, – скомандовал, и себе схватил один клочок. Все с каким-то опасением тянули. Решенье трудное ждало этих скитальцев. Синица схватила бумажку за неровный рваный уголок. Они с Травницей переглянулись мельком. У белоко́сой на лице застыл вопрос: "Что ты будешь выбирать? Что мне ответить?"

– Это не экзамен, если что. Здесь нет правильных ответов, – выдал лидер, чем позабавил зама:

– Понял, босс! Но нам лучше выбирать, что ты захочешь?

Лидер буркнул:

– Щ-щас получит кое-кто..!

– Да ладно, ладно, – Длинный по́днял руки. – Ты не кори меня за мой длинный язык! Ты же знаешь, я люблю подтрунивать, – парень схватил последнюю бумажку. Лидер лишь слегка ухмыльнулся.

– Знаю-знаю. Я уже привык.

– Вот и чудно! – блондинчик осклабился. – Спасибо, любезный, за поблажку.

– Все взяли по листку? – спросил вожак. Кивки в ответ. Лидер сказал: – Отлично! Лисица, давай ручку, я начну. Мне абсолютно нечего скрывать. Я "против" ухода со Станции, – он зашкря́бал по листку ручкой. – Лично… я не хочу с другими Базами за крышу и воду с провиантом воевать. У меня другой план. Позволишь, Лиха? – он протянул пальцы к её шапке. Та беспрекословно подчинилась, оголив свое несчастное "гнездо". Кудряш смял бумажку с словом "против" и бросил внутрь – та потерялась в складках. – Мы наладим водоснабжение. Да, блондинчик?!

Тот выдал:

– А то!

– Не подведи, – протянул ему ручку, тот схватил её мягко за корпус. Даже здесь зам чувствовал давление, что оказывал их главарь Кудряш. "Не подведи!", " Сделай правильный выбор!" – гонял он в мыслях. – "И получишь бонус: прокатишься за рулем его тачки!" – начался́ внутри него ажиота́ж. Рука ж выводила торопливо короткое, двухбуквенное слово. Длинный скомкал бумажку и бросил её в шапку к клочку главаря. Кудряш потряс головной убор, а Длинный выдал кратко:

– Всё, лидер. Готово. Кто следующий? Ну же, налетайте!

Синица руку протянула:

– Можно я?

Блондинчик пожал плечами и отступил подальше. Ручка, словно змея, застыла в птичьей руке.

– Хорошая идея с голосами. Так решались разногласия раньше, – птица присела на стул, грациозно свершая пике. И вдруг очень тихо добавила. – Ты, верно, знаешь мой выбор. Я считаю его в корне верным, но позволишь ли ты мне считать?

– Синица..?– главарь улыбнулся.

– Мой «ответ» уже там не первый, – она встала, устремив тяжелый взгляд.