Древние Свитки V. Скайрим. История одного прохождения. - Александр Калинкин
Аэвар устал, так как солнце нещадно палило, а ветер не мог остудить его, но он смог всё же недолго отдохнуть в тени деревьев. Его ноги были сбиты до крови, и а глаза слипались, но он продолжил свой путь, направившись к Камню Солнца. И опять, Создатель заговорил с ним.
«Согревающее тепло солнца украдено, и теперь оно только жжёт. Освободи солнце из Залов Полумрака».
И Аэвар пошёл на запад, через промёрзлые земли, пока не достиг Залов Полумрака. Воздух внутри был плотным и тяжёлым, и он ничего не видел дальше своей руки. Но всё же, он постепенно пробирался вдоль стен, отовсюду доносились звуки шагов, и он знал, что это место населено Нечестивыми Зверями, которым не терпится разорвать его плоть и перегрызть его кости. Многие часы он пробирался во тьме, пока вдалеке не увидел слабый свет.
Там, из-за стены толстого льда, исходило сияние столь яркое, что ему пришлось закрыть глаза, чтобы не ослепнуть навечно. Он выдернул горящий глаз одного из Нечестивых Зверей и изо всех сил бросил его в лёд. Во льду появилась маленькая трещина, которая затем стала становиться больше. Постепенно, через эти трещины стал пробиваться свет, расширяя их, раскалывая лёд. С оглушительным треском, ледяная стена обрушилась, и ослепительный свет залил Залы Полумрака. Аэвар услышал вой Нечестивых Зверей, которые были ослеплены и сожжены. Он выбежал из Залов, и без сил упал на землю.
Когда он опять смог встать на ноги, солнце нежно согревало его, и он был очень рад этому. Он направился назад, к Камню Солнца, где Создатель опять заговорил с ним.
«Дар Солнца опять возвращён скаалам. Он согреет их и даст им свет».
Аэвару осталось вернуть один, последний дар, Дар Ветров, поэтому он пошёл к Камню Ветра, который стоял на западном берегу острова. Когда он прибыл туда, Создатель опять заговорил с ним, дав ему последнюю задачу.
«Найди Жадину, и освободи Ветер, пленённый им».
И вот, Аэвар пошёл по острову в поисках Жадины. Он искал повсюду, но Жадины нигде не было. Не было его ни около океана, ни в глубоких пещерах, и звери не видели его в тёмных лесах. Наконец, Аэвар наткнулся на покосившуюся хижину, и он знал, что именно там он и найдёт Жадину.
«Кто ты такой, — прокричал Жадина, — что без разрешения вламываешься в мой дом?» «Я Аэвар из скаалов», — отвечал Аэвар — «Я не воин, не шаман, и не старейшина. Если я не вернусь, никто не будет скорбеть по мне. Но я вернул Океаны и Землю, Деревья, Зверей и Солнце, и я также верну моему народу и Ветра, чтобы мы опять могли ощущать дух Создателя в наших душах».
И с этими словами, он схватил мешок Жадины, и открыл его. Ветра вырвались на свободу, завертев Жадину в вихре и унеся его далеко-далеко, прочь от острова. Аэвар дышал свежим ветром, и его сердце наполнялось радостью. Он пошёл назад, к Камню Ветра, где Создатель заговорил с ним в последний раз.
«Ты хорошо потрудился, Аэвар. Ты, самый молодой из скаалов, вернул им мои дары. Жадины больше нет, и он долго ещё не будет беспокоить твой народ. Твой Создатель доволен. А теперь иди, и живи согласно твоей Природе».
И Аэвар пошёл назад, в деревню скаалов.
«А что было дальше, дедушка?»
«Что ты имеешь в виду, дитя? Он пошёл домой».
«Нет. Когда он вернулся в деревню», — продолжало дитя — «Он стал воином? Или изучил пути шамана? Он стал возглавлять скаалов в бою?»
«Я не знаю. На этом моя сказка заканчивается», — сказал дедушка.
«Но это не конец! Сказки не должны так заканчиваться!»
Старик рассмеялся и встал со своего кресла.
«Почему нет?»
Каджит увлекся чтением так, что выпал на какое-то время из реальности. А очень зря. Такая беспечность непростительна. Со стороны послышались разговоры и гневные выкрики.
Кошакевич едва не прозевал чужаков и не подготовился к встрече подельников контрабандистов. Действительно, к схрону приближалась троица новых бандитов. Сильно разозленных, на то, что кто-то посмел мало того, что убить их товарищей, да ещё и решил наложить руку на их запасы.
М'урр-зик прикинул, как это выглядит со стороны. Какой-то воришка каджит обчищает полку со скумой. Да шкуру живьём содрать с него!
Однако, Кошакевичу его шкура была весьма дорога, поэтому, стоило сматываться.
Троица контрабандистов оказались серьезными ребятами. Один, явно практик магии, атаковал каджита "Искрами".
Не тратя время на подготовку атакующего заклинания, каджит призвал питомца, а сам нацелился нанести как можно больше урона колдуну одноручным оружием. Правда, плану было сбыться не суждено. Подошедшая троица была слеплена несколько из другого теста, чем охраняющие лагерь бандиты и умели драться в команде.
Взмах двуручного меча - и питомец растворяется, словно его и не бывало. Маг атакует чарами, бугай с двуручником замахивается уже на каджита, а третий противник, прикрывает первых двух стрельбой из лука.
Довакин разозлился. Мало того, развесил уши, книжку почитать решил, так Лидию оставил далековато от сюда. Она не видит схватки, на помощь не придет. Мохнатый бестолочь, ярился М'урр-зик сам на себя. Следовало со всех ног бежать в сторону Лидии.
Тут каджит взвыл от боли. Нанесенный удар двуручником по броне едва не пришиб свежеиспеченного Довакина. Здоровья осталось по минимуму. Унести бы ноги...
- "Фус" - первое слово Крика "Безжалостная сила", как последний козырь в сторону здоровяка. Поток воздуха на мгновение дезориентирует боевика. Пользуясь предоставившимся шансом, каджит на бегу пьет зелье исцеления. Иначе, он просто упадет замертво.
Зелье подействовало сразу. Стала отступать боль, ушибы и порезы затягивались на глазах. Скума нынче дорого обходится.
- А ну... Умри! - кричал дышащий в затылок бандит.
Каджит краем глаза оглянулся. Орк. Снова проклятый орк! Таким грешным делом, он станет ненавидеть эту расу больше, чем высоких эльфов. Все орки были очень физически сильны. Даже женщины. Они были созданы для тяжёлых доспехов и двуручного оружия. Секиры, молоты...в руках этих зверей, порхали, как бабочки. А тут ещё следом за первым, откуда-то вынырнул и второй душегуб. Только это был уже, судя по всему, норд. Но и он был вооружен чем-то весьма увесистым.
- Да будет Шор милосерден к тебе! Не таких убивали! - слышал М'урр-зик крики догоняющих.
- Лидия, Лидия...где же ты? - Кошакевич уже подбегал к месту засады. - А вот и она!
Как гора с плеч. Хускарл стреляла по врагу, пока
