Анархия упадка. Книги 1-16 - Алексей Владимирович Андриенко
Ты на что намекаешь? Мы неполноценны? Мы недостойны самосознания? Мы должны быть его частью? Безвольными шестеренками, потакающими его безрассудным поступкам? Думаешь, меня убедит такой шут как ты?
Да, я шут! А мы оба это шутка. Результат его действий, его разума, его личности. Тыкай уже в него, раз рядом. Напоминаю, мы сателлиты, а он оригинал, без его многогранного сознания нам не выжить. И так из-за его выходки чуть ласты не склеили. Не отделились бы, остался бы наш, нижайше уважаемый хозяин, овощем.
Я тебе это припомню, морда. Слышишь меня, ублюдок! Припомню!
Сперва палочкой ткни, а затем кричи. Он же не слышит тебя.
А я и не ему говорю это!
Да? А, ну ладно. Извиняй, тупанул что-то.
- Заткнитесь, - пробурчал я вставая. Голова кружилась, тело всё ломило и очень хотелось пить. Ко всему прочему кожный покров онемел, оставляя ощущение, что по мне кто-то ползает, хоть я и понимал, это не так.
Наркотики – невероятно мощный стимулятор. Нечётко, но я чувствовал, с какой скоростью восстанавливаются энергия и мана, только вот моё состояние теперь отличалось от нормального. Я, по сути, был не в состоянии что-то делать, энтузиазма хоть лопатой жри и полное сил тело, только глаза почти не видели, а моторика на таком дне, что нужно заново учиться двигаться. Ко всему прочему, голоса моих сателлитов ни на секунду не затыкаются, продолжают спорить о том, насколько я глупо поступил, что лучше бы и не вставал, что жизнь их ржавая жестянка с таким хозяином. Словом, позволяли себе многое. Очень многое кроме контроля над телом. И ведь эти твари могут взять его в любой момент, запрета у них на это нет.
Мои способности все работали исправно. Доспех и усиления активированы, телекинез мониторит округу, телепатический щуп готов приклеиться к любому. Контроль моих системных возможностей – на высшем уровне, наверное, это в первый раз, когда я могу использовать систему наилучшим образом. А вот тело это швах. Там говорить о каком-либо контроле невозможно. Я сейчас не иду, а ползу в пыточное крыло, и даже передвижение ползком выходит убого.
- Да когда ж меня отпустит?! - не мог я не произнести эту фразу. Я знал, что штырить будет ещё долго, так как с момента приёма прошло всего ничего, минуты две-три, не больше. А значит всё очень плохо.
Кстати, об этом. Думаю, если бы не мой задранный параметр стойкости, я бы отбросил копыта ещё при ударе стимуляторов в голову. То есть вот так, сходу, меня накрыло передозировкой, и выжил я только благодаря крепкому телу. Но даже сейчас, когда мой организм равен по стойкости десяти крепким парням, я ползу по холодному кафелю не в силах встать.
Что же там за порошок был? То-то мне дорожки показались какими-то жалкими, совершенно не такими как в фильмах. Именно по этой причине я сгреб несколько из них, думая, что получу более мощный эффект, а не простую бодрость. Похоже пожадничал. Сильно пожадничал.
Свернув к бару, наткнулся на фонтан с лебедем, сделанным из льда, кое-как встав, стал его грызть зубами и глотать куски, одновременно с этим попробовал применить на себе исцеление. Навык сработал, вроде как. Даже лучше становилось постепенно, но проблема пришла из другого места. Диарея. Точнее организм врубил тревогу этого класса, предупредив, что в любой момент моё днище может капитально сорвать. Всё мысли в срочном порядке переключились на эту проблему, невзирая на моё мнение и положение.
Я, единственный выживший в мировой мясорубке. Я получил знания, объемом которых мало кто может похвастаться. Я имею богатый опыт многих людей разного калибра. Я истинный с арсеналом способностей, которыми можно захватывать целые страны. Я не подвластен естественной смерти. Я – бессмертен.
И сейчас я в обдолбанном состоянии сру в ведро даже не удосужившись вынуть оттуда бутылку дорогого шампанского со льдом. Позорище.
- Будешь? - достав из-под себя ведро протянул его той девушке что недавно прикончила другую. Она, до этого рыдавшая почувствовала едкий запах и, поморщившись, отвлеклась от своих эмоциональных терзаний, чтобы увидеть источник смрада.
А так как моя моторика всё ещё была плоха, ведро выскользнуло из моих рук и завалившись на бок выбросило из себя обмазанный продуктом жизнедеятельности лёд, бутылку и, собственно, саму причину смрада. Причем далеко не в твердой и каноничной своей форме.
Девушку стошнило, и выглядело это вполне уместно. Она голая, в крови, вокруг куча расквашенных в мясо трупов будто из фильма ужасов. И всё это под землёй, в замурованном бункере, где смерть – обычное явление. Только вот это должно было случиться раньше или не случиться вовсе. Она тут была рабыней, по идее, рвотный рефлекс у неё должен был отсутствовать как таковой, тем более на такую банальную штуку как запах. Это не то место, сюда приходили люди с фетишами похлеще, а тут от какой-то ерунды, повседневности, её вырвало. Странное дело.
Ну, зато мне стало в разы легче. Сознание немного прояснилось, и я мог, наверное, продолжить лечить Халиту.
Главный виновник торжества уже очнулся и во всю вопил, не жалея горла требуя его выпустить, я просто прошёл мимо. Пыточные комнаты оснащены хорошей звукоизоляцией и факт того, что я слышал его крики говорило о хорошем самочувствии парня. Это же какую нужно иметь глотку, чтобы докричаться до коридора? Наверное, родители намучились с ним пока он был мелким.
Халита ещё не пришла в себя, продолжая сидеть на стуле привязанная. Я не стал её освобождать, девушка хорошо зафиксирована, а мне не нужно, чтобы она случайно дёрнулась при лечении.
Моя энергия восстанавливалась очень быстро, поэтому я её не экономил. Последствия стимуляторов продолжали кружить мне голову, моторика по-прежнему играла со мной, руки отказывались слушаться, соответственно дело шло медленно. Медленно, но верно. Я постоянно мониторил сознание девушки, чтобы в момент, когда её сознание вернётся, успеть предотвратить возможные последствия.
Да, если бы не свойства исцеления, проще было бы добить девушку, а так, мне удастся вернуть ей утерянные части тела. Даже шрамов не останется после завершения процедур. Сложнее всего было выводить токсины и остальную дрянь, которой наполнили её кровь, желудок и ещё несколько внутренних органов. Чудо, это настоящее чудо, что она осталась жива. Только вот оставлять ей воспоминания нельзя, они её погубят.
Возвращение сознания я уловил в самом его начале. Сперва это был сон, полнейший бред без логики. Рваные огрызки не связанных друг с другом сцен, лишь по косвенным
