Черный ксеноархеолог - Юрий Валерьевич Максимов
– Я полностью за!
Мы откинулись на спинках кресел. Я приобнял Лиру, а она положила мне голову на плечо.
В тот момент я любил все и всех. Весь мир. И астероид Кесум. И автотакси. И людей, которых видел за окном. Даже хмурые рабочие доков теперь казались прекрасными и брели по улице с каким-то глубоким смыслом.
Я хотел, чтобы все были счастливы! Разделить на дольки свое счастье и вручить каждому встречному – и оно бы не уменьшилось, настолько огромным оно было!
– Может быть, я пожалею об этом вопросе, но тебя не смущает, что твой муж психически нездоров?
– Я ведь, кажется, сказала, что люблю тебя, ты прослушал, что ли? Или забыл?
– Этого я не забуду никогда.
– Ты сам поставил себе диагноз?
– С помощью Герби, – ответил я и добавил, когда она засмеялась: – Я понимаю, как это звучит, но в моем случае симптом весьма очевидный – голос пришельца в голове.
– А к специалисту сходить не было желания?
– Специалистов по таким случаям, как у меня, не существует.
– А вдруг это не раздвоение личности? Ты не думал, что это на самом деле может быть сознание Смотрителя?
«Твоя самка задает правильные вопросы».
– О, я об этом думал немало. И не смог найти способа надежно определить, действительно ли в меня подселилось чужое сознание или же это распад моего собственного. В таких обстоятельствах приходится выбирать наиболее реалистичный вариант.
– Мы разберемся с этим вместе.
– Ты хочешь исследовать меня?
– А ты возражаешь?
– Нисколько. Только тебе я и могу это доверить.
– Ага. После Герби.
По дороге я послал андроиду сообщение, что мы вернемся завтра утром. Не хотелось писать об этом напрямую Келли, он стал бы звонить, задавать кучу вопросов… Про то, что мы с Лирой поженились, лучше рассказать не по планшету, а лично. Завтра. Сегодня – наш день!
Счастливые, мы вернулись в «Метрополь» и снова получили ключи от номера 203. Лира отправилась туда первой.
– Я догоню тебя! – сказал я ей и повернулся к усатому администратору.
Достав из сумки несколько купюр, я положил их на стойку перед ним.
– Господин Смоллер, это вам! – Мой голос дрожал от переполнявших меня эмоций. – За принципиальность! Как я рад, что оказался на этом чудесном астероиде, в этом великолепном отеле и именно в вашу смену! Вы делаете мир лучше! Позвольте пожать вашу руку. Всегда оставайтесь таким принципиальным! Обещаете?
– Конечно, сэр. – Он печально улыбнулся. – Это, как я понимаю, чаевые?
– Разумеется! За вашу исключительную работу!
– Благодарю, сэр. Вот ваша квитанция на эти деньги.
Он выписал и протянул ее мне.
– Хорошо, – сказал я, забирая бумажку. – Самое главное: никогда не меняйтесь! Обещайте!
– Обещаю, сэр.
Женитьба, поцелуй, признание в любви, роскошный номер отеля и мы вдвоем на огромной кровати в нашу первую брачную ночь!
Наверняка вы думаете о том, что Лира при всех этих обстоятельствах сделала исключение и… Я бы солгал, если бы сказал, что мне не приходили такие же мысли или, вернее, надежды в тот вечер. Приходили, конечно.
Однако исключения не было.
Но я все равно чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Хотя, честно говоря, жалел о том, что не принял этенул.
Когда Лира вышла из ванной комнаты в коротком белом халатике и легла рядом со мной, у меня перехватило дыхание. Тело внутри пылало от еле сдерживаемого желания. Это было одновременно прекрасно и ужасно тяжело.
– Не такую первую брачную ночь ты себе представлял, – с улыбкой сказала моя любимая, глядя мне в глаза.
В ее голосе чувствовалось сожаление и даже как будто вина.
Мы лежали друг против друга, положив голову каждый на своей подушке.
– Еще утром я не смел и мечтать о том, что у нас будет первая брачная ночь. Я счастлив, Лира.
– А я нет. Еще никогда я не чувствовала себя такой ущербной…
В ее глазах блеснули слезы.
– Ну что такое говоришь…
Я придвинулся к ней и обнял, прижав к себе. Вдруг понял, что впервые вижу, как Лира плачет. Комок подступил мне к горлу, когда я растерянно бормотал что-то утешительное.
– Если бы ты не была такой, какая есть, мы бы не поженились.
– С чего бы это? – буркнула она.
– Потому что ты уже была бы замужем. А если даже нет, то не стала бы связывать жизнь с парнем, у которого в голове пришелец.
– Много ты обо мне знаешь!
Я улыбнулся, заметив, что она перестала плакать.
– А если бы я оставался таким, как все, и этот пришелец не поселился в моей голове, мы бы тоже не были вместе.
– Почему?
– Я бы не осмелился лететь на Лодвар и искать там пилота.
Она положила мне руку на грудь и спросила:
– Значит, это промысл?
Я вздрогнул, услышав знакомое слово.
«Конечно, промысл», – промолвил Гемелл.
Затем мы заказали роскошный ужин в номер и прекрасно провели вечер, в завершении которого заснули друг рядом с другом.
День двести семьдесят четвертый
Как вы понимаете, я совершенно забыл о том, что рано утром у меня доклад на семинаре в Тигардене. Но мой лучший друг Келли не забыл. То, что я опишу сейчас, – краткое изложение рассказов Герби, Иши и самого Келли.
В пять утра он разбудил неккарца. Андроида будить не нужно было – тот и так не спит. Мой друг понял, что мы с Лирой задержались в Коммуне астероида Кесум, и решил мне помочь. Дернуло ведь меня сказать вчера, как важно приглашение профессора Симмонс! И Келли в итоге реализовал идею, которая мне бы даже в страшном сне не приснилась.
Он попросил Иши выступить вместо меня с докладом!
– Ты ведь и так говоришь голосом Сереги, – убеждал он неккарца. – А здесь Герби устроит через камеру дипфейк в реальном времени, так что участники и видеть будут его лицо вместо твоего. Раз плюнуть!
– Но я не знаю, что говорить.
– Серега просто пересказал в своем ролике то, что ты нам сообщил про ваше спаривание. Тут головастики с Тигардена и заинтересовались. Повтори им то же самое и ответь на вопросы. Что тут сложного?
Неккарец долго молчал, а затем сказал:
– Это будут первые люди за пределами вашего экипажа, с которыми мне придется говорить.
– Понимаю, стремно. Но Серега вернул тебя к жизни, познакомил с нашим миром, кормит, поит, каюту выделил – а ты не хочешь даже малость сделать, чтобы ему помочь? У вас, неккарцев, вообще, что ли, понятия благодарности нет?
– Такое понятие
